- Да,- подтвердил Еспер.- По-моему, тетя Альберта только недавно поняла, как сильно Полли привязана к этой вилле. Ведь ты сама сказала ей об этом, правда, Полли? Помнишь, ты говорила ей, что тебе плохо в Стокгольме и что ты хочешь вернуться домой?
Полли кивнула - короткие русые волосы упали ей на щеки.
- Только не плакать,- приказал комиссар таким тоном, что у Полли мгновенно высохли все слезы.- Лучше расскажи, как Альберта отнеслась к этому.
- Она… она обняла меня. И сказала, что все будет в порядке. Но только при одном условии.
- Сначала ты должна получить вокальное образование?
- Да,- ответила несчастная Полли.
- Когда состоялся этот разговор?
- В воскресенье, я приехала навестить ее. Это было тринадцатого февраля.
- Правильно,- раздался бас доктора Северина.-
Ровно через неделю мы с Еленой Вийк подписали новое завещание.
- Ты давнишний друг Альберты. Неужели она ничего тебе не объяснила? - допытывался Кристер Вийк.
- Нет, почему же, - ответил Даниель Северин.- Только она сказала как-то чудно: «Больше всего я хочу, чтобы мой дом остался в надежных руках. Но если я
увижу, что ошиблась, изорву завещание в клочки».
- Так вот почему она не поставила нас в известность,- пробормотал Сванде Странд.
- Моя дорогая сестра хотела посмотреть, как будет вести себя дальше ее беспомощная девочка,- догадался пастор.- Франс Эрик Фабиан часто говорил, что слабым
натурам большие деньги впрок не идут.
- Словом, это завещание для Полли - все равно что кусок сахара для дрессированной собачки,- съязвила Мирьям.
Лиселотт только этого и ждала.
- А я что говорила! - взвизгнула она.- Девчонка притворяется. Она все знала заранее.
- Если бы! - вскрикнула Полли.- Если бы я догадывалась, разве я была бы так убита горем?
- По-моему, Альберта умерла очень вовремя, - произнесла пасторша с сатанинской усмешкой.- Не успев одуматься и расстроить твои блестящие планы на
будущее.
- Ничего ты не понимаешь,- устало сказала Полли.- Я никогда не желала ей смерти. Я хотела жить в этом доме вместе с нею, хотела, чтобы мы никогда не расставались.
16. ТВОЯ БОЛЬНАЯ СОВЕСТЬ ЗАГОВОРИЛА
В холле настойчиво звонил телефон. Наконец трубку сняли, и старший полицейский Берггрен приоткрыл дверь.
- Это из Стокгольма,- сообщил он, не входя в гостиную.- Какой-то редактор просит к телефону Мирьям Экерюд.
- Какой еще редактор? Из моего журнала? - вскочила Мирьям.- Я должна узнать, в чем дело. Наверняка опять что-то не ладится.
- Ушла,- неодобрительно сказал пастор.- Ну и воспитание! Ведь комиссар специально собрал нас здесь, чтобы уточнить подробности трагической гибели Альберты, и картина была уже почти ясна.
В холле его племянница кричала, чуть не плача:
- Нет! Только не пасторесса из Лунда! Но мы же… мы же раньше договорились!
- Не выношу нынешних новомодных словечек,- заметил пастор.- Это так глупо и вульгарно. По-моему, «пасторесса» звучит просто дико.
- Мы снова соберемся здесь через двадцать минут,- объявил комиссар Вийк и жестом пригласил адвоката Странда выйти с ним в холл.
- У меня к тебе два поручения, и я хочу, чтобы ты начал действовать немедленно,- обратился комиссар к Сванте.- Прежде всего…
- Отказывается от посвящения в сан? - раздраженно кричала Мирьям в телефонную трубку.- Ах, не от посвящения! От интервью в нашем журнале? Да она просто с ума сошла! Ведь мы пишем только о выдающихся личностях. Чем ей не нравятся Карин Сёдер, Барбру Альвинг или Камилла Мартин? А-а, вот в чем дело! Не хочет лишний раз мозолить глаза коллегам-мужчинам…
На кухне комиссар Вийк снова как следует подкрепился кофе. Когда он опять вышел в холл, незадачливый редактор окончательно вывел Мирьям из себя.
- Кто приехал? Мисс Ширли Стивенсон из Бостона? Она сегодня заходила к тебе? Она в Стокгольме? И у тебя не нашлось времени ее принять? Господи, спаси и помилуй! Да из всех наших кредиторов она единственная уже почти согласилась увеличить дотацию… Ну ладно, мне пора закругляться.
Она сделала виноватую гримасу, когда комиссар выразительно показал ей на часы.
- Что-что? - спросила Мирьям в трубку.- Почему я сижу в Скуге? Интересуются вечерние газеты и радио? Ну и прекрасно, раз ты ничего не знаешь, значит, тебе не о чем и разговаривать с ними.- Мирьям бросила трубку и с ненавистью сказала: - Гиена, падкая на сенсацию! Хотела бы я знать, на кого он еще работает.
- Не тебе осуждать журналиста, который охотится за сенсациями,- ответил ей комиссар.- Скажи спасибо шефу полиции, что в этом доме ты избавлена от нашествия
репортеров и фотографов. Андерс Лёвинг их даже близко к ограде не подпускает. А пресс-конференцию решил устроить в полицейском управлении.
- Все равно противно,- сказала Мирьям, и первая прошла в гостиную.
Чета Люнден по-прежнему сидела на диване. Полли и Еспер тихонько беседовали в углу среди цветов. Ни адвоката Странда, ни доктора Северина в гостиной не было.
Комиссар сел в кресло и несколько минут задумчиво разглядывал бальзамины и нежные примулы. Кто ухаживал за ними, когда Альберты не стало? Жена пастора Люндена или его собственная мать?