– Старики, давайте выпьем за него, каким бы ни был его путь. Пусть всегда с ним будет его путеводная звезда.
– Выпьем за это стоя, как подобает солдатам.
– За Андрея…
– За Андрея.
– …А мне нальёте? За себя выпил бы, однако. Чисто символически.
Радоваться–Нельзя–Паниковать
– Андрей?!..
– Ну вот, явился ревизор и стушевал торжественный момент.
– Господи… ты жив!..
– А мне?.. Я тоже хочу прикоснуться к чукотскому самураю!
– Живите, чего уж там. Никогда не держал на вас зла. Иначе тогда ещё просто ушёл бы и не стал устраивать ристалище.
– Расскажи!..
– Всё или отрывками?
– Что случилось?
– Что случилось… Вы хоть раз вопрошали, зачем я это сделал?
– А толку-то!.. Тебя не было, ответов бы…
– Э-эх, молодёжь, по девяносто прожили, а ума не нажили… Причины были… Я знал, что поверить вы не сможете. Поэтому решил действовать в одиночку, чтобы собственным примером вытащить вас на бой… Не получилось.
– Да мы боялись носа высунуть! Кто же знал, что там происходит.
– Я понимаю… Но была ещё одна.
– Вот Крис, ехали за одним, а нашли другое.
– Крис?.. Кристиан?.. Да, Кристиан. Я тебя помню. Лицо поменял, а глаза-то прежние остались. Спасибо, брат.
– За что?
– За то, что отказался приговаривать меня к смерти.
– Откуда ты!..
– Чукча давно живёт, чукча мно-ого знает!.. Вам по сколько лет было?.. Мише двадцать шесть, Костику… двадцать четыре. Чукче Андрею сорок четыре, однако. Я уже был дедушка.
– Как же ты оказался среди срочников!
– Кристиан, ты сам говорил, что Господь направил наши судьбы… В июле сорок первого меня призвали в армию. Да только вместо западного фронта кинули к вам. А через два месяца хунхуз тёпленькими нас и взял. Понятно?
– Сколько же тебе лет…
– Через девять месяцев сто десять будет, однако. Многовато даже для чукчи–самурая.
– Нихрена себе…
– Братья, кто курит трубку?.. Крис, кажется, ты. Угости английским табачком… У Кости кроме травки отродясь ничего доброго не было. Не хочу трубку портить.
– Ну ты даёшь, самурай… Пора про тебя новые легенды сочинять.
– Что я… Расскажу о второй причине, и всё поймёте. А легенды… Вы сами живые легенды. Только вам некогда остановиться да послушать, что про вас люди шёпотом рассказывают.
– Что ещё за люди!
– …Всё, накрылся бизнес. Жди «воронка»…
– Я по этим легендам вас находил. Ну, чутьё помогало тоже. Потому как мы теперь одной крови. Про нас Киплинг написал, однако… Кристиан, не успел тебя спросить, поэтому спрашиваю сегодня. Откуда имя такое? В России редко встречается. Или я плохо знаю Россию.
– Мои родители… были подданными Его Величества короля Великобритании. Их расстреляли под Москвой в двадцать пятом … Я воспитывался в детском доме.
– …Так ты действительно англичанин!
– Британец. Фамилию родителей не сохранили, ношу те, какие бывают свободны.
– Выходит, ты такой же шотландец, как я ирландец.
– Не совсем. У меня есть какая-то надежда. Но родственников своих я никогда теперь уже не найду. Да и не вижу смысла. Для них я не могу существовать по определению. Как и вы для своих. Так что делайте выводы, господа.
– …О чём мы говорим! Шестьдесят лет одни, а сейчас будем восстанавливать родственные связи? Ну смешно.
– …Так, стоп! Сменим тему… Крис, доставай флешку. Костя, нам нужен компьютер.
– Стоит в соседней комнате. Интернет?..
– Пока не надо. Вперёд. Вам есть на что посмотреть.
– …Быка… за рога… Смотрите сюда… сведения о пропавших судах за последние два года. В реестр включены те, по которым нет никаких сообщений. Ни угроз, ни требований, ни криков о возмездии и так далее. Кто не удивлён – поднимите руки… Отлично… Далее… Видеозапись, полученная нашим спутником с борта гибнущего судна. Судя по антуражу – кокпит… Смотрите внимательно. Мне улучшили качество насколько возможно, но всё равно… Увидеть можно, если хочешь это увидеть…
– …Как же больно ему было!..
– Костя, он кричит от ужаса, боли не испытывает… Смотри дальше.
– Как это!.. растворился что ли?
– Исчез. И никаких следов. От судна тоже. Ни–че–го.
– …Крис… можно сначала?
– Да, Андрей, пожалуйста…
– …Ну наконец-то…
– Что наконец-то?
– Японцы. С ними было тоже самое. Только в нашем случае тварь забрала живых, а здесь пожирает всё.
– Живых?.. но мы-то не пострадали! И мы были на суше, а тварь беснуется в море.