– Лана. Называйте меня Лана.
– Понял, – кивнул Владимир, – Лана, так Лана.
ГЛАВА 10
– В общем дело такое, Лана, – продолжил говорить Владимир, – я вижу что ты человек... хороший. Не избалованный. Да ещё врач, профессия эта благородная... Ты тогда от моих благодарностей гордо отказалась, а я теперь просто обязан вернуть долг, да ещё дочери моего друга...
– Благодарностей я не приняла, потому что, как вы сами выразилась, я врач, – невольно перебила я мужчину, – будь на вашем месте кто-то другой, я бы поступила точно так же. Это моя работа.
– Понимаю, – дёрнул он щекой в попытке улыбнуться, – ты дослушай, не перебивай дядю Вову. Ну так вот, Лана, попалы ты, мягко говоря, в серпентарий, – Владимир снова покосился на Мию, а потом погладил её по голове, причём девочка не шарахнулась, позволила, – будь осторожна, короче. И если тебе или Мийке потребуется помощь, обращайся. Номер мой запиши. И звони, хоть днем, хоть ночью.
Пусть и нехотя и понимая, что вряд ли я обращусь к этому дяде Вове, но я достала телефон и записала номер.
– Вот и славно, Светлана Дмитриевна, – кивнул Владимир, в очередной раз побеспокоив свой шрам на щеке. А затем он молча поднялся и вернулся на свое место за столом.
– Дядя Вова хороший, – вдруг сообщила мне Мия. – Мы с ним в прятки раньше играли. И он долго не мог меня найти.
– Здорово, – ответила я, просто не знала что ещё на это ответить.
За стол вернулся Артём, затем и Анжела с Леонидом. Крестник отца, заметив мой пустой бокал, молча налил мне вина, а потом и компота Мие.
– Светлана Дмитриевна, – услышала я за спиной знакомый уже голос. Обернулась и увидела адвоката, Емзари. – Не уделите мне пару минут?
Адвокату лучше не отказывать и я кивнула. Начала подниматься, но тут меня схватила теплая ладошка Мии. Девочка смотрела на меня такими просящими глазами.
– Прогуляемся в саду? – предложила я одновременно и Каховичу и Мие.
И мы втроём покинули помещение. Вышли на улицу, где ярко светило солнце. После траурного полумрака гостиной глазам было непривычно. Я шла, держа Мию за руку, по каменной дорожке, щурясь и часто моргая.
– Мия, а ты нас не оставишь? – попросил Емзари Кахович.
И малышка, хоть и нахмурилась, но просьбу исполнила, отошла от нас и подошла к необычным качелям, которые стояли в этой части сада.
– Слушаю вас внимательно.
Емзари Кахович сложил руки за спиной и тоже пощурился на солнце. А я вдруг решила рассмотреть его получше. И по внешности, ну и по имени, было понятно, что этот мужчина представитель кавказской национальности. Грузин, скорее всего. И должен быть, согласно стереотипам, горяч. Но адвокат казался другим – сдержанным, спокойным и невозмутимым. Очки в тонкой оправе ему шли, добавляли интилигентности. Костюм сидел идеально. Я подумал вдруг, что он реально, выглядел как настоящий адвокат.
– Вчера мы не успели пообщаться, – начал он. – Вы так быстро и резко ушли. Скажите, я видел, что вы беседовали с Анжелой, она... сказала вам что-то неприятное?
– Почему же, мы вполне с ней мило пообщались.
Кахович чуть удивленно вздернул брови, а потом спросил:
– А с Шипниковым?
– С ним тоже. Пока со всеми, с кем мне довелось беседовать, демонстрировали мне только свою симпатию, – фыркнула я. – А что, мне есть кого и чего опасаться?
– Скажем так, среди присутствующих есть люди, которые удивлены завещанием вашего отца.
– Знате, я тоже в их числе, – призналась я. – И я пока не уверена, что имею право стать наследницей...
– Вы про опекунство? – перебил меня адвокат, кивая на Мию. Девочка в этом момент медленно качалась на детских качелях. – Вчера, я понимаю, вы были удивлены. Но сегодня... Мне показалось, что вы нашли общий язык со своей младшей сестрой...
– Нашли, – теперь я перебила Емзари. – Но я сомневаюсь. В себе. У меня нет детей и нет опыта общения с ними. Я просто боюсь сделать ребёнку хуже. Но, говоря про право наследницы, я имела в виду не только Мию. А все, что завещал мне... отец.
– Вы отказываетесь вступать в наследство? – чуть удивленно спросил адвокат.
– Я просто боюсь, что кто-то сочтёт это несправедливым. А мне не нужны проблемы. Моя мама и тётка всю жизнь меня огорождали от отца и я понимаю почему.
– Светлана Дмитриевна, – качнул головой Кахович, – вы имеете такое право на наследство, как и все остальные. Так решил Дмитрий Анатольевич, это был его выбор что и кому оставлять. И, смею заметить, про вас он никогда не забывал. И даже старался вам помогать.