Для Анны все это было странно. Кардинал зачем-то повел беседу в совершенно другом русле. Хвалил успехи Армэля, обещал посодействовать его церковной карьере. Потом сам же спохватился и неожиданно заметил:
– Ладно, мы отошли от темы. Я понял, сударыня, чего вы от меня ждете. Надеюсь, вы понимаете, что такие вещи не по доброте душевной делаются и за это полагается услуга или благодарность? – кардинал говорил с ласковой иронией.
Но графиня ответила серьезно:
– Ну разумеется.
Во взгляде Мазарини мелькнуло какое-то веселое удивление, словно он не ожидал такого ее ответа.
– Я буду вашей должницей, Ваше Высокопреосвященство. Но уверена, что ваше христианское великодушие и ваше доброе сердце не позволят вам использовать это в порочащих вас или меня целях.
Веселая искорка в его глазах стала ярче, он даже слегка улыбнулся.
– Так и быть. Приказ о помиловании вашего супруга я передам ему лично. И обязательно расскажу ему о вашем поступке. Должно быть, граф обожает вас и после такого ему ничего не останется, как до конца жизни носить вас на руках.
«Скорее он вряд ли вообще захочет меня видеть после этого», – устало подумала Анна.
Она почти радовалась бы, если бы не чувствовала такое опустошение в душе, какое обычно испытывают люди после сильного волнения. Но еще не прочувствованной ею радости не дано было укорениться в душе, потому что Мазарини вдруг добавил:
– Я мог бы пообещать вам, что ваш муж окажется на свободе, как только прибудет сюда. Но не сделаю этого. Дело в том, что арестовывать графа поехал начальник моей охраны шевалье де Монфор, – при этих словах Анна изменилась в лице, что не ускользнуло от кардинала, и он продолжал. – Еще два дня назад он должен был вернуться в Париж вместе с арестантом. Но почему-то задерживается. И, увы, я не знаю, где они могут находиться.
Графиня поникла. Хитрый кардинал оказался ей не по зубам. Она и подумать не могла, насколько тут все продумано…
Двигавшаяся словно во сне, графиня шла по коридору кардинальского дворца. Она совсем потеряла ощущение времени и пространства. Анна и без того догадывалась, насколько жестокими и циничными бывают служители церкви. Сейчас же она навсегда разочаровалась в почитающих доброго Христа христианах. Еще несколько часов назад просившей у Бога помощи, теперь ей не было до него никакого дела.
Сев в карету, графиня вздохнула и закрыла лицо рукой.
– Что-то случилось, ваше сиятельство? Вам плохо? – участливо спросила сопровождавшая ее субретка.
– Мне кажется, его уже нет в живых… – произнесла Анна тихо.
Но сдаваться она не собиралась. Ее осенила новая идея. И графиня тут же решила отправиться в путь.
По дороге Анна вспомнила о Монфоре.
– Почему ты не сказал, кто арестовал твоего господина? – накинулась она на слугу.
Санчо, как обычно, молчал. Добиться от него чего-либо было невозможно, и графиня вскоре оставила его в покое. Задумчиво теребила перчатки, прокручивая в голове встречу с кардиналом и время от времени поглядывая в окно. Вдруг карета так сильно покачнулась, что мадам де Куси едва успела схватиться за сидение, чтобы не упасть.
– Да что там еще такое! – раздраженно воскликнула она.
Санчо отправился посмотреть, что случилось. Оказалось, колесо застряло в большой трещине в доске моста. Кучер попросил графиню выйти, и они со слугой попытались освободить карету. Но это оказалось не просто.
– Фу, ну и вонь тут.
Графиня достала надушенный платок и поднесла к лицу. По округе действительно разносился сильный трупный запах, и Анна уже обнаружила его источник – внизу, у опор моста лежала перевернутая карета и рядом пара мертвых лошадей.
Заметив какого-то мальчишку, собиравшего сухие ветки и складывавшего их в телегу, графиня окликнула его и спросила, знает ли тот, что здесь произошло.
– Ну конечно! Тут на карету напали. Охрану убили. А два господина, которые ехали в Париж, ранены. Один из них чуть не умер!
Анна не могла скрыть волнения. Стала расспрашивать, как выглядели эти господа. И особенно тот, который сильно ранен.
– Тот, который сильнее ранен, был в военной форме. А второй был в красивом костюме с кружевами. Весь свой костюм измарал в крови, пока раненого нес. За то, что он дал мне золотой, я помог ему отвезти его друга к знахарке. Они и сейчас там.
У графини голова шла кругом. Ей казалось, что она сейчас потеряет сознание. Ее сердце вдруг ухнуло вниз, а потом подпрыгнуло к горлу. Она невольно заулыбалась, почувствовав какое-то необъяснимое, негаданное счастье. Дело в том, что Анна направлялась к герцогине де Лонгвиль, надеясь выяснить хоть что-то. И вот, совершенно неожиданно, она, кажется, нашла того, кого искала.