Он вздохнул и отбросил мысли роившиеся в его голове, затем потянулся, взглянув на чужеродные звезды, и направился к кровати, гадая, сможет ли он сомкнуть глаза.
Глава 28
Лорд Маршал Рокас взобрался на холм и со щелчком открыл подзорную трубу. Утренний туман рассеялся, хотя его щупальца все еще цеплялись за берег Мортона, и пока он изучал местность его рот сжимался все сильнее. Он ожидал — и боялся — с самого начала, что Тиболд подготовится к битве здесь, перед Йортауном, где была разгромлена далеко не одна наступающая армия.
Город стоял на утесе над рекой. Его стены были срыты после Раскольнических Войн, но еретики построили новые. Хотя, в действительности, они были и не нужны. Река Мортон, перед тем как впасть в Восточный Океан извивалась по Долине Келдак, огибая Шалокар, и она, свернувшись злобной змеей проходила у подножия Йортауна. Река несла свои воды с севера долины до южных скал, прежде чем она еще раз поворачивала на восток, и, как и многие другие Малагорцы до него, Тиболд возвел их, невзирая на этот естественный ледяной ров.
Рокас с сильным чувством досады задержал свою подзорную трубу на мостах Йортауна, но они были разрушены слишком тщательно. Разбитые пролеты были сброшены очень глубоко в воду, чтобы исключить возможность пройти по их обломкам даже вброд, и он еле сдержал проклятие. Если бы Правящий Круг не колебался так долго, он мог бы подмять Йортаун и оказаться в сердце Малагора еще до того, как еретики смогли бы привести себя в порядок!
Он направил трубу дальше на юг. Не то, что бы эта позиция была неприступной, но он снова сжал губы, обдумывая места возможного форсирования реки, и остатки взорванных мостов указали ему одно. Оно было на юго-востоке от Йортауна, где река расширялась, а на западном берегу виднелись свежие земляные валы. Он увидел отблески пик и пушек, и его сердце сжалось. Эти пролёты были более ста шагов, на глубине более чем по пояс; раненые были бы обречены, даже без доспехов. С ними же -
Он повернул трубу обратно на север, разглядывая густой лес, который обрамлял долину и почти подходил к холму, на котором он сейчас находился. Лес создавал естественную защиту его правому флангу — это же очевидно, что ни один пикинер не смог бы пробраться через эти заросли! — но это была охрана против ничего. Река была слишком глубока для переправы, на севере Йортауна почти не было бродов, и ни один полководец, особенно столь умудренный опытом, как Тиболд не отправит людей в ловушку, из которой они не могли бы выбраться.
Он закрыл подзорную трубу. Нет, Тиболд знал, что он делает … так же как и Рокас. Йортаун повидал слишком много сражений; защитники и нападающие знали все ходы, и если цена будет высокой, она будет той, которую он сможет заплатить. Это будет сниться ему в кошмарных снах в ближайшие годы, но он может её заплатить.
“Я не вижу необходимости менять наши планы, — сказал он своим офицерам. “Капитан Врикадан,” он встретил взгляд старшего капитана, “вы наступаете первыми.”
“Боже, посмотри на это!” пробормотал Тамман в имплантированный ком, и Шон порывисто кивнул, позабыв, что его друг не может его видеть. Ни один видео сенсор не мог бы передать то, как, в действительности, происходит развертывание армии, и он с силой вцепился за размашистые ветви дерева, вглядываясь сквозь листья, как войска разворачивались в направлении бродов. Мушкетеры прикрывали массивные колонны пикинеров, а между колоннами двигалась артиллерия, передвигаемая ниогарками. Блестела броня, сверкающие наконечники пик возвышались над деревьями, а ноги марширующих в колоннах выглядели как ужасные стальные гусеницы.
“Я это вижу,” ответил он через мгновение, “и я хотел бы, черт возьми, что б у нас была Пpесвятая Антиохийская Гpаната!”
Тамман усмехнулся невольной шутке, и Шон ощутил странную сухость во рту. Ему бы хотелось, чтоб он — или, по крайней мере, Тиболд — был у бродов с Тамманом. Он знал, что это было не возможно, ему нужен был Тиболд здесь на случай, если что-то случится с ним, но он бы чувствовал себя куда увереннее, если бы ему удалось увидеть Войска собственными глазами.
Он вздохнул, и заскользил вниз по стволу дерева. Тиболд стоял с Фолмаком, главным распорядителем в штабе Шона, и Шон встретил их взгляды.