“Сколько им требуется времени, чтобы добраться до вас?”
“В этих условиях? По крайней мере час.”
“Хорошо, Тиболд. Я с тобой еще свяжусь.”
“Шон?” Он посмотрел вверх, когда Сэнди произнесла его имя, и ее глаза уперлись в его.
“Дай мне минуту.” Он повернулся к Фолмаку и указал на вытянутое, похожее на крепость, главное здание Арсенала, который приютил их раненых.
“Сколько нужно человек, чтобы оборонять Арсенал?”
“Только арсенал?” Шон кивнул, и Малагорец потер свое перепачканное лицо здоровой рукой. “Триста, чтобы охватить все четыре стены и дай мне несколько снайперов наверху.”
“Только триста?” акцентировал Шон, и Фолмак мрачно улыбнулся.
“Мы уже подготовили его для того, что бы стоять до конца, Господин Шон, и мы подготовили полдюжины их арлаков на каждой стене на нижнем уровне. Я собрал пару сотен раненых, кто еще может стрелять, и сотню других, кто может заряжать из легко раненных, и у нас масса, теперь уже, ни кому не нужных винтовок. Я могу удержать его с тремя сотнями, Милорд. Не вечно, но пару часов, как минимум.”
“Четыре сотни.”
“Да, Милорд.” Кивнул Фолмак, но не отвел взгляд от своего командира. “Почему, Милорд?” спросил он напрямик.
“Потому, что я забираю остальных твоих людей в маленькое путешествие, Фолмак.” Шон оскалил зубы в Малагорской манере. “Нет, я не сошел с ума. Гвардейцы хотят достать нас, Фолмак. Они бы не ослабляли на нас давление, если бы у них был выбор, так что если они отводят людей от сюда, чтобы бросить их на Тиболда, они, наверное, уже выбрали все, что они могут наскрести где-либо еще.”
“И?” Агрессивно воскликнул Фолмак.
“И все, что у них осталось, похоже, находится между нами и Тиболдом. Если я смогу прорваться на юг, а они все пойдут на север, я смогу лично нанести визит первосвященнику Вроксану, и, хм, убедить его закончить всю эту заварушку.”
“Вы сумасшедший, Милорд. Старший капитан Тиболд пустит мои кишки на веревки для палаток, если я позволю Вам попробовать нечто подобное!”
“Что бы он смог это сделать мы должны остаться живыми, чего, что тебе, что мне вряд ли суждено, если я не смогу, по крайней мере, отвлечь их от перегруппировки против Тиболда. Подумай об этом, Фолмак. Если я вырвусь в их тыл и направлюсь прочь от них, они, свою очередь, обязательно развернут по крайней мере часть своих людей, чтобы прикончить меня, и мы можем устроить сущий ад, прежде чем они догонят нас. В то время как мы будем это делать, Тиболду на самом деле может и удастся прорваться.”
“Вы сумасшедший,” повторил Фолмак. Он уставился на Шона, но он был лишь бывший мельник, и, не выдержав, отвел свой взгляд. “Вы сошли с ума,” сказал он, вздыхая, “но Вы командир. Я дам вам то, что осталось от Второго Полка.”
“Спасибо.” Шон на мгновение крепко сжал плечо Малагорца. “В таком случае, тебе следует начать все приготовления.”
“Куда вы пойдете?”
“Мы начнем с востока. Пожары с той стороны их дезориентируют.”
“Очень хорошо. Я позабочусь о том, чтобы часть орудий дало им прикурить, прежде чем вы пойдете. По крайней мере-” командир Первой оскалился “- стен, которые будут мешать огню, больше нет!”
Он пополз прочь, выкрикивая указания выжившим посыльным, а маленькая, перепачканная рука схватила Шона за локоть.
“Он прав, ты выжил из ума!” Зашипела Сэнди. “Ты никогда не пройдешь мимо их периметра, и даже если ты это сделаешь, ты даже не знаешь, где найти во всем этом Вроксана!” Она взмахнула другой рукой в сторону завесы из дыма, вложив в этот жест свою злость.
“Да, я не знаю,” согласился спокойно Шон, “но я знаю, где находится Святилище.”
“Свя —?” Сэнди замерла, глядя в его глаза, и он кивнул.
“Если Тамм и я попадем в Святилище — и мы сможем просто хотя бы разнести его, пока все бои идут на севере города — мы сможем получить контроль над компьютером. И если мы отключим внутренней охранный периметр, тогда Брашан и Гарри смогут прилететь сюда на штурмовиках и выбить потроха из Гвардейцев.”
“Ты не сможешь это сделать,” прошептала она, ее лицо стало пепельно белым, не смотря на маску копоти, но ее голос дрогнул от понимания, что он должен это попробовать.
“Может и не получится, но уверен, сволочи чертовски забеспокоятся!” сказал он с хищной ухмылкой.
“Тогда я иду с вами,” категорически произнесла она.