Наследники Лигара (СИ)

– Но вернулись же! Живые и здоровые и дядю вернули! Весь Телафарг говорит, что они герои, а ты их в карцер засунула! Может меня тоже? В карцер?

– Хочешь? – глаза Лиариар недобро сузились.

– Давай! – Элоира смело смотрела на мать, нагло сложив руки на груди.

Старшая молчала.

– Ну же!

– Немедленно. Иди в свою комнату. И не смей выходить без моего разрешения, – процедила она после небольшой паузы.

Девушка фыркнула.

– Молча! Это приказ!

Элоира с вызовом поклонилась матери, затем Тугору и уверенным шагом пошла обратно наверх.

– Никакого с ней сладу, – пожаловалась Старшая брату, когда шаги дааны затихли.

– Риа, – мягко сказал Тугор, – ты к ней слишком строга... Лето на дворе...

– Во-первых, – на мгновение расслабившаяся женщина снова подобралась, – не «Риа», а "Старшая Лиариар"! А во-вторых, – она чеканила слова, будто била молотом по наковальне, – Тебя не было! Я пустое пламя! Ты не знаешь, чего мне стоил второй ребенок, и сколько ночей я провела, молясь, чтобы искра её души не погасла! Не смей говорить мне, что делать! И не вздумай ей потакать!

– Как скажешь, Старшая, – внезапно потускневшим голосом ответил Тугор, опуская голову, - только не кричи...

Лиариар, казалось, хотела сказать что-то ещё, но неожиданно сорвалась с места и торопливо спустилась по лестнице.

Я выдохнула. Мне было неловко, что стала свидетельницей скандала.

– Весело тут у вас, – натужно улыбнулась, когда мы остались с дааном одни.

Тугориар не ответил. Он так и стоял, опустив голову.

– Тугор? – я поднялась на ступеньку, чтобы заглянуть ему в глаза.

Его веки были закрыты. Уши чуть дрожали. На виске билась жилка. Одной рукой он вцепился в перила так, что побелели костяшки пальцев.

– Тугор? Все хорошо?

Нелюдь отмер и, неожиданно схватив меня за руку, поволок наверх.

– Тугор, успокойся!

Я едва поспевала за ним. Он молчал. Только ускорял шаг.

Ещё один этаж, коридор, и, наконец, знакомая дверь.

Мужчина толкнул меня на кресло и рухнул на пол, уткнувшись в мои колени.

Вдох. Выдох.

– Тугор?

– Всё-хорошо-я-в-порядке-не-волнуйся! – выпалил он, хватая ртом воздух.

Я осторожно расстегнула его заколку, и запустила пальцы в седые волосы. Даана трясло, он никак не мог восстановить дыхание.

– Всё хорошо. Просто она так злилась, и я... я вспомнил, как Он... – Тугор сделал ещё один судорожный вдох, – просто вспомнил.

– Он далеко. Он нас не достанет, – я тихо гладила даана по голове.

– Да! – с жаром согласился Наследник Лигара, – это просто воспоминания. Этого больше никогда не будет. Просто...

Его тело дернулось в судороге, и он не договорил.

Ой, плохо… Если он сейчас провалиться в истерику… Я прекрасно представляла, что он мог вспомнить. Семейный завтрак, походу, отменяется. Может нужно позвать на помощь?

– А что значит "пустое пламя"? – спросила, чтобы его отвлечь.

– …Пустое пламя? – Тугор машинально повторил за мной. – А, это… – он потёр лицо руками, чтобы прийти в себя. – Это бич наших женщин. К сожалению, никто не знает, что это такое и как с этим бороться. Видишь ли, у многих даан, особенно из знатных семей, проблемы с деторождением. Один-максимум два ребенка. А некоторые и вовсе бесплодны. Лиариар не миновала эта судьба. Она обожает детей, но... После Релиана у неё было три выкидыша. Все были в ужасе, когда Лиариар объявила, что снова беременна. Сестра смогла выносить, но больше детей у неё точно не будет. И Элоира очень слабая. Поэтому Риа так трясется над ней

– Жуть... – я поёжилась, – это какая-то болезнь? Или опять проклятие?

Тугор пожал плечами.

– Не знаю. Но это передается по наследству. Поэтому мы так трепетно относимся к детям и воспитываем их сообща, ведь некоторые женщины не могут родить своих. Поэтому я женился на Вилене – женщины её рода редко с этим сталкиваются...

– Вот как...

Бедная Лиариар. Я искренне пожалела суровую валькирию.

– Спой мне, свет мой.

Только не это. Я закатила было глаза, и тут же пристыдила себя за это. К психологу бы его. Надо будет уточнить, есть ли у даанов мозгоправы.

– Что ты хочешь? – спросила, и тут же пожалела об этом, предугадав ответ.

– Королевну! – даан ни на мгновение не задумался.

"Опять?" – с тоской подумала, но набрала в грудь воздуха.

Что ж. Будем нести песни "Мельницы" в чужие миры. Вот бы ещё уметь петь...

Я пел о богах и пел о героях...

Я дошла до середины текста, когда Тугор поднял голову.

– Пойдём со мной!

– Куда? – я опешила.

– На завтрак.

Ох, точно же. Совсем про него забыла. Какое, однако, насыщенное утро.

– Может не стоит? – я вглядывалась в лихорадочный румянец на щеках мужчины.

– Меня там ждут. А я... Я без тебя не справлюсь!

– Может, лучше поедим здесь? Успокоишься, отдохнёшь…

– Нет, – даан мотнул головой, – семейный завтрак это очень древняя традиция. Ведь у каждого свои дела и своё расписание, поэтому семья собирается только утром, через 2 часа после общей тренировки. Лаи, пожалуйста.

– Твоей семье это не понравится...

– Я сказал, что приду! Если не появлюсь... Они и так смотрят на меня с жалостью! Лаи, прошу тебя!

– Эмм... Но я же не могу сесть с ними за стол! Лиариар будет в ярости.

– Сядешь ко мне на колени! Пожалуйста, свет мой! Только на полчасика! Мне нужно там быть! А потом позавтракаем нормально.

– Ну, так сходи один на полчасика!

– Нет! – Тугор так отчаянно вцепился в мои колени, что я мысленно поздравила себя с синяками.

– У меня нет выбора, да? – я чуть шевельнулась, намекая, чтобы нелюдь ослабил хватку.

– Ну, пожалуйста...

***

Подстава. Самая натуральная подстава, думала я, пока Тугор вёл меня по коридорам Дихарама. Большой, сильный, спокойный... пока я рядом.

Ох, представляю, как обрадуется его семейство. А всё Лиариар. Довела его и даже не заметила.

К моему огромному облегчению, за семейным обедом собрались не все две тысячи Доалиренов. Так, пара сотен.

В большом зале стояли длинные столы в форме буквы "П". Во главе сидела Лиариар и ещё с десяток, видимо верхушка клана. Несколько мест возле Старшей пустовали. Тугор, чуть замешкался, не зная, куда сесть. К нему тут же подскочил один из подростков и отодвинул нужный стул.

Я чувствовала на себе возмущенные взгляды, но никто не возразил, когда Тугориар занял указанное место и хладнокровно усадил меня на колени. Эх, знал бы кто, чего ему это стоило. Внешне расслабленный, он под столешницей крепко сжимал мою руку.

Рыжеволосый даан, сидевший по правую руку от Лиариар, скривился, когда увидел меня, и теперь, брезгливо поджав губы, сверлил Старшую взглядом. Но она никак не отреагировала на моё присутствие.

– Тугор, ты всё же пришёл!

– Разумеется, – Наследник Лигара поклонился сестре.

Он молча положил в тарелку каких-то канапешек и протянул её мне.

– Спасибо, – я вежливо улыбнулась, пытаясь сообразить, как буду удерживать тарелку и есть одной рукой. Тугор не сразу догадался, в чем проблема, но потом его рука сместилась мне на талию.

Я, изо всех сил стараясь выглядеть равнодушной, засунула в рот бутерброд.

– Как долго ты собираешься держать Релиана в карцере? – как бы между делом осведомился Тугор.

– Думаю, недели им хватит, чтобы подумать над своим поведением, – в том же тоне ответила Лиариар.

– Мне нужен Томрад. Не могла бы ты...

– Нет, не могла, – отрезала даана, – Никаких поблажек. Это не обсуждается.

– Как скажешь, – Кровопийца согласно кивнул и чуть виновато посмотрел на меня, – прости, свет мой, придется подождать.

Рыжеволосый нелюдь, заметив это, возмущённо выдохнул и снова покосился на жену. Лиариар снова не отреагировала.

– Я сделал что ты просила, Старшая, – к нашему столу подошёл ещё один нелюдь с кувшином в руках.

– О, чудесно! – даана встала, – я сама! Тугориар, ты не против?

– М?

– Я попросила Сарнала приготовить укрепляющий настой специально для тебя.

Мы с Тугором синхронно поморщились, услышав "Настой", но Старшая уже наливала в бокал брата мутную жидкость.

– Ты, конечно, ничем не болен, и не ранен, но это поможет тебе быстрей восстановить силы.

– Там шиповник, эхинацея, вербена, серебрянка... – начал перечислять Сарнал.

– ...Валериана, – добавила я про себя, уловив знакомый тяжёлый аромат. Тугору бы конечно, что-нибудь по-серьезней, но лучше, чем ничего. А Лиариар молодец.

Даана продолжала мило улыбаться, но её взгляд озабоченно изучал Тугора. Мы столкнулись взглядами, и я ощутила себя дурой.

Я ошиблась. Она всё поняла. Абсолютно всё. В сердцах прикрикнув на брата, она сразу осознала, что натворила. И приняла самое верное решение. Кинься она на шею Тугора, начни извиняться или утешать, было бы только хуже. Она просто пощадила гордость Кровопийцы, и, сделав вид, что ничего не произошло, ушла. Даже не ушла – убежала, позволив Наследнику Лигара сохранить лицо.

И сейчас. Она действительно удивилась, что Тугор всё же пришел на завтрак. И поняла, благодаря кому.

Щелчком пальцев Лиариар подозвала раба-официанта.

– Принесите кресло из мраморной гостиной.

Раб кинулся выполнять приказание. Рыжий даан звонко швырнул вилку на тарелку, выражая несогласие, но Старшая даже ухом не повела и величественно вернулась на свое место.

Я мысленно добавила Лиариар несколько очков. Всё же эта гордая даана, у которой на лбу написано «стерва» – потрясающая женщина.

Нам приволокли огромное кресло, и я примостилась на подлокотнике. Тугору пришлось от меня отцепиться, и он сидел, чуть прижавшись ко мне боком. Всё ещё не очень удобно, но теперь мы оба могли нормально есть. За столом царила несколько принуждённая светская атмосфера, но в целом было довольно мило. Никто не лез к Тугору с расспросами, меня старались не замечать.

Задумавшись, я потянулась к блюду с овощной нарезкой. Лиариар стремительным движением перехватила мою руку, больно сжав запястье.

– Тугор, это уже перебор, – твёрдо сказала она, глядя в глаза брату.

– Конечно, прости, – даан забрал мою руку, – Лаи, не бери, пожалуйста, ничего со стола. Если чего-то хочешь, скажи мне, я передам.

Я вспыхнула от возмущения и, кажется, покраснела до корней волос. Дааны, сидящие поблизости наблюдали за сценой с разной степенью любопытства и брезгливости.

Да чтоб вас всех, расисты ушастые.

– Ладно, мы пойдём, спасибо за завтрак! – Тугор поднялся, – Старшая, если ты не против, пусть мне оставят это кресло.

– Разумеется, – Лиариар натянуто улыбнулась

– Спасибо. Да осветит пламя ваш день, – он отвесил лёгкий поклон присутствующим.

– Тугор. Если ты планируешь приводить с собой свою... гостью, – даана чуть запнулась, – проследи, пожалуйста, чтобы она знала правила этикета.

– Конечно. Не беспокойся

"Только этого ещё не хватало!" – взмолилась я мысленно, тоже кланяясь.

–Ты же не собираешься таскать меня на завтраки каждый день! – набросилась на него, как только мы вышли из зала.

– Почему нет? – Тугор пожал плечами. – Риа не против, а тебе стоит почаще попадаться на глаза семье. Ну, знаешь, чтобы не было досадных недоразумений.

Угу. Вообще-то, Кровопийца утверждал, что мне в его замке ничего не грозит. И едва ли у Доалиренов проблемы с памятью, а внешность у меня нетипичная по местным меркам. В конце-концов, у меня язык есть.

Язык есть, а вот выбора, похоже, нет.

И, забегая вперед, – я так и не смогла отмазаться. Тугор действительно таскал меня на эти дурацкие завтраки, будто любимую собачку. И дааны были от этого в таком же "восторге", как и я.

Глава 7

– Ну, как-то так, – я виновато пожала плечами, – понимаешь, ваш язык мне неродной. Честно говоря, сама не до конца понимаю, как это работает. Какая-то магия. Просто в какой-то момент – раз! – и начала разговаривать. А вот читать... Я пыталась научиться, но у меня сразу начинается мигрень, и перед глазами всё плывет. Вот…

Я выговорилась и вопросительно взглянула на Томрада. Тот задумчиво изучал стол, заваленный книгами.

– Мне правда неудобно, что тебе придётся этим заниматься, но я действительно не могу…

Полукровка потёр шею и, резко развернувшись, скрылся в лабиринте стеллажей. Два раба, выделенные мне Мелиаром, подорвались и поспешили за ним.

Я растерянно опустилась в кресло. Мне было стыдно перед парнем, но выбора особо не было.

За неделю, что сеорд Релиана сидел в карцере (Лиариар так и не сжалилась над ними) я честно пыталась разобраться с книгами сама, но безуспешно.

Тахур и Минар пробовали научить меня читать. Но я даже алфавит не могла переписать без жуткой головной боли. Последняя попытка кончилось кровотечением из носа и тем, что на пару часов разучилась понимать местный язык. Больше я не экспериментировала.

Томрад вскоре вернулся с ещё одной стопкой книг, а рабы притащили древний рассохшийся сундук.

– Архивы Унара Сладкоежки, – пояснил полукровка, – давно хотел их разобрать, все руки не доходили.

Чего..? Я зависла. Не, я вроде даже начала разбираться в особенностях местной магии и повернутости на именах. Но… Серьёзно? Прозвище дают только самым сильным. Тем, кто меняет историю. Ладно там «Великий», «Кровопийца» и прочее, но «Сладкоежка»?

Томрад откинул когда-то лаковую крышку. В сундуке были неаккуратно свалены книги, свитки, и даже отдельные листки.

– А почему «Сладкоежка»?

– Угадай с одного раза! – парень скептично посмотрел на меня и всё же пояснил, – он обожал торты, и даже когда стал правителем собственноручно пёк их по особым случаям.

– Милота какая! – я рассмеялась, – Слушай, а «Лигар» это имя или прозвище?

Ушастый, бережно достававший древние сочинения, замер. Кажется, даже чуть вздрогнул.

– Лигар это Лигар.

– Это как? Если это имя, то почему вы его так просто произносите? А если это прозвище, оно должно что-то значить!

Я выжидательно смотрела на Томрада, но…

– Я не знаю, – признался он после паузы. – И, боюсь, никто не знает.

– В смысле? – я оторопела.

– Многие знания древности были утеряны… И правда о Лигаре тоже.

– Да как так-то? Как можно было забыть его имя? Или не забыть…

Я расстроено откинулась на спинку кресла. Ладно, люди. Наджаши. Остальные дааны. Но Доалирены? Они так гордились своим могущественным предком и его Наследниками. Как можно забыть о нём практически всё?

Лигар это Лигар. И точка.

Я, конечно, уточню потом у Мелиара, но что-то подсказывало: старый библиотекарь тоже не в курсе.

– К сожалению, такое случается. Может однажды и найдётся упоминание о его имени. Гробницу же нашли. Хоть и спустя сотни лет.

– Чего-о-о-о? У вас есть гробница Лигара?!

Томрад дёрнул ушами и испуганно оглянулся.

– Не кричи так… Я не уверен, что имею право рассказывать это тебе…

– Поздно! – припечатала его я. – Выкладывай! Где она?

– Тут… – парень неуверенно показал вниз, – под замком, в Нижнем храме.

– Почему я узнаю об этом только сейчас? Погоди, а разве вы не сжигаете своих покойников?

Полукровка неопределённо развёл руками.

– Он был настолько могущественным, что огонь не смог навредить его телу… Ну, по крайней мере так считается. Неизвестно, когда он умер и кто построил для него усыпальницу. Её обнаружили случайно, когда расширяли Нижний храм.

– И что там? Как она выглядит?

– Я там никогда не был… Знаю только, что она запечатана. Туда нельзя войти.

– Да ладно! Почему не был? Неужели тебе не интересно?

Томрад мягко улыбнулся.

– Только члены семьи могут посещать Нижний храм.

– Ааа… М.. Хмф… Ясно, – я смутилась. Опять забыла, что Томрад на особом положении. Что ж, с гробницей разберёмся позже.

– Так что там со Сладкоежкой?

Парень облегчённо выдохнул и бодро ответил.

– Во времена Унара на Талирасе объявился один из знатных родов Салигарна. Они правили небольшим княжеством, но потерпели поражение в очередной войне и переселились сюда, прихватив все самое ценное. – Томрад бережно доставал потрепанные книги, – они называли себя последними потомками Лигара. Это всё, что осталось от их библиотеки. Возможно, тут есть что-то интересное для тебя…

– То есть это книги с Салигарна? – спросила, не веря своему счастью.

Полукровка кивнул, осторожно переворачивая иссохшие страницы.

– Похоже на алфавит Сораса... Это займет время, но, думаю, я смогу перевести.

– Было бы здорово! – я чуть не подпрыгнула в кресле от восторга. Подумать только. Книги зачарованного материка. От человеческого потомка Лигара!

– А что с ними стало? Они ещё живы?

Томрад посмотрел на меня с укором.

– Лигар нарушил древний обычай, сохранив жизнь своим отродьям, – не-даан спокойно смотрел мне в глаза, – их защищала магия Салигарна, и семья ничего не могла с этим сделать. Но когда они посмели ступить на землю Талираса...

– Их убили, – закончила я за парня.

– Разумеется.

Томрад начал сортировать фолианты, решая, чем заняться в первую очередь. Я с тоской наблюдала за ним. Почему в этом мире столько бессмысленной жестокости?

А ведь он копия молодого Тугора!

– Слушай, Томрад...

Я покосилась на рабов, но те устроились за соседним столом и уже уткнулись в книги.

– Почему ты пошел с сеордом Релиана? Ты... тебе не было страшно, что Тугор тебя убьёт?

Уши полукровки дрогнули.

– Нет. Если Старший пожелает моей смерти, я приму её в тот же миг.

Я пытливо изучала лицо парня, и тот не выдержал.

– Лаи, у меня все хорошо! Пожалуйста, не лезь не в свое дело! Ты почти ничего не знаешь о наших обычаях, и своим упрямством только навредишь мне!

Он демонстративно схватился за первую попавшуюся книгу и открыл.

– Если найду что-нибудь интересное – я сообщу. Или сама приходи время от времени.

***

Да ну нахрен этих даанов! Я вылетела из библиотеки, чувствуя, как разливается румянец по щёкам. А Томрад оказывается умеет быть жёстким. Не ожидала такой отповеди от него. Ну, наверное, он прав. Не стоит к нему лезть. Но я же все равно полезу! Хотя даже Тугор избегает разговоров о бастарде. Р-р-р-р!

Гневно стуча каблуками, я быстро шагала по коридорам Дихарама, кипя от желания что-то предпринять, и досадуя, что ничего путного не приходит в голову. Поочередно злясь на себя, Томрада и культуру даанов в целом, я не сразу осознала одну важную вещь.

Даже человеческие потомки Лигара бежали с зачарованного материка. Может мне не очень туда и надо?

Главный плюс Салигарна – там нет нелюдей. В частности – Мезифа. Вот только заботливого Тугора, готового для меня горы свернуть, там тоже нет. Получится ли у меня выжить в одиночку в условиях махрового средневековья? Нет, можно, конечно, попросить гору золота, найти парочку крепких рабов и рискнуть… Но оно мне надо? Они там ещё и воюют постоянно…

С другой стороны, в Дихараме не так уж и плохо. А если не обращать внимания на пренебрежительные взгляды остальных Доалиренов, то даже хорошо.

Я сама не ожидала, что так быстро освоюсь. Буквально за несколько дней я привыкла прятать голову под подушку за полминуты до побудки, не спотыкаться на высоких ступенях, научилась ориентироваться в бесконечных коридорах, да и в целом.

Живу как принцесса, обязанностей у меня никаких нет, если чего-то хочется – стоит только намекнуть Тугору… Да и сам даан, хоть и таскает меня всюду за собой, ведёт себя смирно и руки не распускает.

Ой, да ладно, ежу понятно, чем всё кончится, если я задержусь в Дихараме надолго.

А-ррррр! Вот опять я. Буду терпеть и приспосабливаться, пока всё не станет совсем плохо. Аж самой от себя мерзко. Лаи, нельзя быть такой трусихой! И вообще, ты уверена, что доверять свою жизнь нелюдю с поплывшими мозгами – хорошая идея?

Я мчалась по Дихараму, злясь на себя, даанов, Томрада и весь этот мир, включая главного виновника всей заварушки – загадочного Лигара, и вынырнула из мыслей, только когда упёрлась в незнакомую дверь.

Дверь была красивой, с ажурной резьбой и вставками из цветного стекла, изображавшими созвездие Великого Дракона. И это определённо не была дверь в мою комнату.

– За-ши-бись!

Приплыли. Вот ведь стоило только подумать, что ориентируюсь…

Так. Огляделась по сторонам. Я абсолютно точно поднялась на нужный этаж. Может, свернула не в ту галерею?

Ругая себя за невнимательность, я поплелась обратно к главной лестнице, и ещё раз попыталась дойти до своей комнаты. И снова оказалась у незнакомой двери.

Что за хрень? Я же определённо шла в правильном направлении! И спросить, как назло, не у кого. Ни слуг, ни даанов.

Я растерянно озиралась. Не, ну, коридоры вроде те же. Ковры тоже. Да и портреты на стенах… Если не те же, то очень похожи. Я не особо приглядывалась, если честно. Живых бы Доалиренов запомнить, не то что нарисованных.

Ну, и что делать?

МЫ с Тугором жили в самой старой части Дихарама, той, что строилась ещё при Лигаре. По традиции тут жила вся верхушка клана, так что просто бродить по этажу, заглядывая в комнаты не вариант.

Что ж, придется ползти вниз и просить кого-нибудь из слуг проводить меня в комнату.

Я подобрала подол и крутанулась на каблуках. Будто откликаясь на моё решительное движение, ажурная дверь скрипнула.

– Лаи!

– Тугор! – я обрадовано кинулсь к мужчине. Тот сиял как медный таз.

– Как тебе? Нравится? – он погладил цветные стёклышки. – Специально для тебя подбирал узор! Старая дверь была для тебя слишком тяжёлой и вот!

Он застенчиво улыбался, глядя в пол, и ждал похвалы.

– А? Да, очень мило… – я оторопело смотрела на свою новую дверь, как… кхм… Собственно, как баран на новые ворота и смотрела.

По негласному правилу старый Дихарам было запрещено перестраивать и обновлять. Он сохранился почти неизменным со времён Лигара. Максимум могли какие-нибудь шторы поменять. Если что-то требовало ремонта – старались подобрать максимально похожее. А тут…

Да буквально позавчера тихий и покладистый Тугор вспылил, обнаружив вместо двухтысячелетнего витража новый. Он практически накинулся на сестру с претензиями, что она всё поменяла в замке, понаставила статуй, воткнула клумбы на каждом свободном участке, и теперь Дихарам похож на девичью комнату.

Лиариар, которая после инцидента на лестнице проявляла поистину ангельское терпение, пыталась объяснить, что в окно попала молния и разбила витраж.

– Какая, в бездну, молния? Этот замок – самое защищённое место в Телафарге!!

– Сильная молния. Не веришь почитай в хрониках. Та гроза описана, как самая мощная за последнее столетие! – процедила сквозь зубы даана и ушла, не желая выслушивать обвинения.

Я тогда с трудом успокоила Тугора, переживавшего, что Дихарам сильно изменился за двадцать лет.

Это было позавчера. А сегодня он сам поменял двери. Причём и в свою комнату тоже. Вот мало мне косых взглядов от его семьи.

– Спасибо, – выдавила я, – но не стоило…

Даан расстроено двинул ушами. Да что тебя.

– Мне нравится! Очень! – с жаром заверила его и погладила по щеке, – какие планы на день? Не хочешь прогуляться? В Нижний храм, например? – спросила с самой очаровательной улыбкой, на которую была способна.

Тугор дёрнулся.

– Тебя что, Риа подослала? – он нервно взъерошил волосы.

– Что? Нет… Я просто…

– Я знаю, что должен почтить умерших родичей! – нелюдь принялся расхаживать по комнате. – Просто пока не готов… У меня нет нужных слов и… – он остановился и закончил шёпотом, – я не хочу идти в подземелье…

Вот оно что! Я подошла к мужчине и погладила по плечу.

– Не волнуйся, я схожу с тобой.

– Правда? – Тугор радостно вскинул голову и пронзил меня своим жутким взглядом.

Б-рррр! Никак не привыкну.

– Да, почему бы и нет? Ты сделаешь всё, что нужно, а я… Я, например, осмотрю одну загадочную гробницу, – я продолжала мило улыбаться.

– Ты о чём? Какую гроб… – Наследник недоумённо посмотрел на меня, но почти тут же его лицо стало серьёзным.

– Верно… Гробница Лигара.

Глава 8. Релиан Доалирен

Золотая сеть покрывает стены. Не вижу, но чувствую. Нити змеятся, шевелятся, вползают под кожу. Шесть шагов вперёд, четырнадцать шагов влево. Здесь нет стены, но тут черта, которую нельзя переступить. Воздух настолько горячий, будто окунаешься в расплавленный металл. Снова шесть шагов. Руки касаются камня, по которому течёт расплавленное золото. Четырнадцать шагов вправо, до угла. Тут лежит подстилка. Повернуть налево. Шесть шагов вперед. Четырнадцать влево. Глаза слепы, но нити горят в темноте. Извиваются, вползают под кожу. Давят. Зачарованное золото плавит камень. Стены начинают двигаться. Тесный подвал становится ещё меньше. Шесть шагов вперед. Затем четырнадцать. Если остановиться – стены сомкнутся. Раздавят. Медленно будут сжиматься вокруг, ломая кости. Кричать нельзя. Всё равно никто не услышит. Только Он. А он не любит шум.

Шесть шагов вперед. Касаться руками стены, чтобы убедиться, что она не движется. Четырнадцать. Снова шесть. Главное не останавливаться.

– Глупая человечка! – Томрад раздражённо захлопнул книгу.

Разве я мог его там оставить? Слепого и безумного? Разумеется, мне было страшно. И сейчас страшно. Но я сделал то, что должен, и если Старший пожелает моей смерти…

Полукровка раздражённо фыркнул и взялся за следующий том.

И что Кровопийца в ней нашёл? Абсолютно бестолковая женщина. А он трясётся над ней, как над свечой на ветру. Красивая, да. Добрая… Но такая наивная и нелепая! Лезет вечно, куда не надо... В её мире все такие? И она совсем не похожа на Вилену. Да и на мать…

Жена Кровопийцы была идеальной женой. Красивой, кроткой, плодовитой. Она блистала за спиной мужа, не лезла в дела Доалиренов, рожала и воспитывала детей. Делала вид, что не замечает, сколько времени муж проводит в гареме.

А мать… Томрад плохо её помнил, но откуда-то знал, что она была прямой противоположностью Вилены. Она была самоуверенной, хваткой, властной. Она принадлежала к аристократии Салигарна, и по нелепой случайности попала в руки работорговцев, а затем и в гарем Доалиренов.

Однажды завладев вниманием Кровопийцы, она из кожи вон лезла, чтобы оставаться его любимицей. Век человеческой любовницы недолго, но матери Томрада удалось продержаться рядом с Тугориаром почти десять лет. Она была сильной ведьмой, по человеческим меркам, разумеется, и всю свою силу тратила на то, чтобы оставаться подле Кровопийцы. Остальные рабыни её боялись как огня и ненавидели. Порой Тугору рассказывали, что она держит в страхе гарем, но его это лишь забавляло. Он многое прощал ей, и лишь однажды поднял на неё руку – когда та забеременела. Но даже тогда Тугориар не убил её, как требовал обычай. Пообещал избавиться от отродья, когда вернется с войны. Но не вернулся… Её казнили, когда она перестала кормить грудью. Но даже в свой последний час она не изменила себе. Обняла Томрада, («Кто бы что не говорил, ты сын Кровопийцы. Никогда не забывай об этом»), и с гордо поднятой головой шагнула с крыши самой высокой башни Дихарама.

Томрад рассеянно скользил взглядом по страницам, вникая в древнюю письменность. Старые поблекшие записи его успокаивали. Он уже сам не помнил, когда начал прятаться в книги. От всеобщего презрения, насмешек, и обидных фраз. Книги были его единственными друзьями. Чем сложнее, чем витиеватей текст, тем лучше.

Забиться в самый дальний угол, куда редко заглядывает даже Мелиар. И читать. Вгрызаться в очередную рукопись и не думать ни о чем.

Старый библиотекарь, даан старой закалки, терпеть не мог полукровку. Но из библиотеки не гнал. Просто предупредил, что шкуру сдерет, если мальчишка испортит хоть один фолиант. Наверное, думал, что Томрад просто разглядывает картинки. Как и большинство Доалиренов, он считал отродье Кровопийцы этаким ни на что не годным дурачком. Ему и в голову не приходило научить его читать. Этому Томрада научили рабы. И он читал. Читал запоем. В первую очередь, конечно, о даане, его породившем. Книги о Тугориаре он знал наизусть.

А еще он слушал. Прячась за стеллажами, он слушал истории о предках, которые рассказывал Мелиар самым маленьким – хромой даан редко покидал библиотеку, ему было тяжело двигаться. Историю Телафарга и войн, которые рассказывали детям постарше. Тактика и стратегия. Экономика. И, разумеется, теория магии. Мелиар, хоть порой и замечал его, но даже не догадывался, насколько Томрад старательный ученик.

– Вот ты где! – В дверях появился Релиан, – я тебя искал.

– Прости, – Томрад не вставая склонил голову.

– В моих покоях нужно поменять шторы! – заявил даан, небрежно облокачиваясь на стопку книг, – там остались тяжелые с зимы. Хочу что-нибудь полегче.

– Разве этого не могут сделать рабы?

– Могут, – Релиан кивнул, – но я хочу, чтобы это сделал ты!

– Старший просил разобраться с книгами. Я могу сделать это позже?

Сын Лиариар скептически посмотрел на заваленный стол и великодушно кивнул.

– После ужина, хорошо?

Релиан ушел, не ответив. Томрад вздохнул. Наследник Лигара часто давал ему нелепые поручения. Полукровка не обижался. Он привык.

Релиан…

***

Томраду тогда было лет восемь. Его в очередной раз довели до слёз – смешно, но он даже не помнил, кто. Впрочем, его в замке не шпынял только ленивый.

Он сидел на полу, прижавшись спиной к книжным полкам, и пытался не разреветься. У него была своя комната, но, чтобы добраться до неё, нужно было пройти через весь замок. Нет, уж. Лучше привычная библиотека. Тем более в это время здесь никого кроме Мелиара и рабов не было.

«Я не должен плакать. Меня породил сам Кровопийца. Я должен быть сильным!» – так когда-то его успокаивала мать. Но это давно не работало.

Предательские слёзы всё равно наворачивались на глаза. Мальчик упрямо сжимал зубы, стараясь дышать ровно. Если кто-нибудь услышит, что он здесь хнычет – будет ещё хуже.

Жаль, Ледяной нет в замке – она единственная даана, которая была добра к нему. Томрад пытался вспомнить её прикосновения. Как она обнимала его, взъерошивала волосы, дергала за уши...

Ещё один глубокий вдох. Надо взять себя в руки. Он слишком большой, чтобы плакать.

Горячая, жгучая волна накрыла его неожиданно, будто полыхнуло жаром из печи. От неожиданности Томрад вздрогнул и прижал уши.

Тепло укутывало его, будто огромное мягкое одеяло. Мальчик даже перестал дышать от этого странного внезапного ощущения. Будто кто-то большой и сильный гладил его по голове горячей ладонью. Томрад боялся шевельнуться, чтобы не спугнуть это невероятное приятное ощущение. Он почти сразу понял, что это, хотя никогда не испытывал раньше. Даже с Ледяной.

Кто-то из Доалиренов делился с ним светом своей души. Кто-то стоял по другую сторону книжного шкафа и успокаивал его.

Это продолжалось несколько минут. Затем неизвестный ушел. А полукровка не рискнул бежать вслед и смотреть, кто это был. Он ещё долго сидел, переваривая случившееся.

Томрад потом ещё много раз приходил туда, в дальний ряд, где стояли книги с описаниями древних войн с наджашами. Садился на пол, и бесцельно разглядывал корешки. И тот неизвестный Доалирен приходил тоже. Но только когда Томраду было совсем плохо. Это была странная игра, правил которой отродье не знал, но очень боялся нарушить.

Прошло много времени, прежде чем полукровка всё же решился выяснить, кто из семьи согревает его.

И в очередной раз, ощутив, как ускользает ощущение чужого тепла, рванулся вперёд, спеша увидеть загадочного покровителя.

И практически врезался в сына главы рода. Релиан злобно рыкнул и, схватив его за шею, с силой впечатал Томрада в книжный шкаф.

– Только вякни кому-нибудь, отродье!

Потрясенный Томрад смог лишь согласно помотать головой. Релиан на всякий случай ещё разок тряхнул его, отпустил и торопливо, пока их кто-нибудь не заметил, выбежал из библиотеки.

Томрад потом ещё много раз приходил на "их место", но Релиан больше не появлялся. А лезть к Наследнику Лигара полукровка боялся. Он прекрасно понимал, что если попытается хотя бы заговорить с сыном Лиариар, тот его поколотит. Всё что оставалось – тихонько ходить за его сеордом, мозоля глаза, да сидеть в дальнем углу библиотеки в надежде, что даан придет снова.

Так продолжалось ещё пару месяцев, пока он снова не нарвался.

В этот раз на Леорха.

Леорх Доалирен, сын Арьяны по прозвищу "Ледяное копьё" или просто "Ледяная", был самым младшим в сеорде Релиана. Он был младше Наследника на шесть лет, а Мирелла – на все семь. Это сейчас, когда им за двадцать, разница не так заметна, а в детстве эти шесть лет были его личной катастрофой. Пока Леорх учился ходить, остальные вовсю лупили друг друга деревянными мечами. Когда учился читать и писать, остальные уже изучали основы ведения войны. Это очень угнетало гордого сына Ледяной, и он доводил себя до изнеможения, стараясь догнать остальных.

Строго говоря, характер и таланты Леорха вполне позволяли ему собрать свой сеорд лет этак через пять. Но ему не повезло родиться сразу после битвы на Сиароне. И Ледяная, трезво оценив потери Доалиренов в войне, пришла к выводу, что собирать сеорд Леорху будет просто не из кого – почти все лучшие мужчины семьи, которые могли бы стать отцами в ближайшие годы погибли, включая Кровопийцу и его сыновей, и настояла на том, чтобы сына приняли в сеорд Релиана.

В тот день Мирелл, Дорлан и Леорх засиделись в библиотеке, выполняя какое-то задание. Миреллу, который был ходячей поговоркой "сила есть, ума не надо", было скучно, и он подначивал младшего.

У Леорха было два слабых места. Волосы – он был единственным брюнетом в семье, и впадал в ярость от вопросов типа: «Что с твоими волосами? Где ты так испачкался?»

Вторым слабым местом был он, Томрад. Ледяная тепло относилась к полукровке, поэтому в ее редкие приезды в Дихарам отродье таскался за ней хвостом. Леорх, которому самому не хватало внимания матери, бешено ревновал, и не упускал случая сказать отродью гадость или поколотить его.

Вот и в тот раз. Томрад понятия не имел, чем именно зацепил Мирелл младшего. Он просто хотел проскользнуть мимо, не привлекая внимания, когда русоволосый даан набросился на него.

Мирелл и Дорлан сидели с невозмутимым видом, будто ничего не происходит, пока Леорх, оседлав полукровку, наносил беспорядочные удары. Томрад был старше и мог бы стряхнуть его, но по опыту знал, примени он силу – и придётся иметь дело с кулаками Мирелла.

Все что он мог – закрыть голову руками и ждать, пока Леорх выдохнется, или пока объявится Мелиар и устроит взбучку за драку в его драгоценной библиотеке.

– Леорх, ну что это такое, кто тебя драться учил? – издевательски ржал Мирелл, - с отродьем справиться не можешь.

– А ну, хватит! – в зал ворвался запыхавшийся Релиан.

Быстро оценив ситуацию, он схватил Леорха за шкирку и оттащил от полукровки.

– Хватит, я сказал! – он сложил руки на груди, подражая матери, и строго навис над даанами, – почему вы его не остановили?!

– А зачем? – Дорлан пожал плечами.

Опешивший от такой наглости Релиан, оглянулся на Томрада, вытиравшего кровь с лица.

– Значит так! С сегодняшнего дня, я запрещаю его трогать, ясно?

Лица Младших вытянулись. Дорлан и Мирелл переглянулись.

– Тебе что, искра в ухо попала[1]? – вежливо уточнил первый.

– Чё? – недоумённо моргнул второй.

– Не нравится – вылетите из моего сеорда! А ты, – Релиан снова повернулся к полукровке – не реви. Достал.

Томрад низко опустил голову, пряча глаза.

– Передайте остальным – их тоже касается.

Наследник Лигара на мгновение замер, не зная, нужно ли добавить что-то ещё, строго зыркнул на съёжившегося Леорха, схватил полукровку за руку и поволок прочь.

Томрад не сопротивлялся. Он машинально переставлял ноги и изо всех сил старался не расплакаться.

Заступился! Релиан заступился за него! Томрад был настолько ошеломлён этим, что не знал, как реагировать. Внутри него бушевала буря эмоций, грозящая выплеснуться наружу. Жалкая плотина, которую мальчик старательно строил многие годы, запрещая себе плакать или жаловаться на судьбу, трещала по швам, не выдерживая напора эмоций.

Релиан за него заступился! Сын Старшей Лиариар! Наследник Лигара!

Релиан!

Даан практически дотащил его до своей комнаты и швырнул на диван.

Растерянно взъерошив волосы, сел рядом и обнял: «Всё! Успокойся! Они тебя больше не тронут. Только не реви».

Томрад заторможенно кивнул, застенчиво уткнулся защитнику в плечо.

И завыл.

Томрад провел у Релиана всю ночь. Ничего такого, разумеется. Они даже не разговаривали. Полукровка просто сидел и плакал, не в силах сдерживаться, а Релиан просто гладил его по волосам и ждал, пока тот успокоится. Ждать пришлось долго. Томраду уже самому было стыдно за столь бурную реакцию, но он ничего не мог сделать, и тихо молился, чтобы Наследнику не надоело слушать его нытьё, и он не прогнал его.

Он потом много раз спрашивал Релиана, с чего вдруг он решил его опекать, но даан сам не знал. Может, потому что Томрад был порождением Кровопийцы, истории про которого маленький Релиан обожал. Может, потому что они были похожи, как братья. Может наследник Лигара предвидел, сколько пользы может принести всеми отвергнутый полукровка. А может просто у мальчика, которого Лиариар целенаправленно воспитывала как будущего главу дома, сыграло стремление заботиться обо всех, в ком течет кровь Доалирен. Релиан сам не знал, почему поступил именно так. И сколько бы Старшие не намекали ему, что покровительство отродью может плохо сказаться на его репутации в будущем, решения Наследник Лигара не изменил.

***

Лёгкий шифон серебрился красивыми, аккуратными складками. Томрад не удержался и ещё раз провёл рукой по легкой ткани. Скрипнула дверь.

– Я как раз закончил! – парень легко соскочил со стремянки. Релиан хмуро посмотрел на окно.

– А ничего получше не нашлось?

– Элоира выбирала… Могу поменять!

– Ах, Элоира…

Доалирен отмахнулся, мол, пусть висит, и измученно опустился на диван.

– Сеорд Наелра сильно прибавил за последние месяцы. Придется попотеть, чтобы их нагнать.

– Слышал, Доатр освоил отложенные заклинания?

– Ага, – Релиан поднял руку и продемонстрировал ожог на предплечье, – запустил в меня молнию. Еле увернулся.

– Хм... – Томрад чуть задумался. – Отложенная магия – заклинания, магические плетения для которых готовятся заранее, и в бою нужен лишь силовой импульс, чтобы они сработали.

– Я знаю, что такое отложенные заклинания! – Релиан фыркнул.

– Да, конечно, – полукровка кивнул и умолк.

Парни молча разглядывали пляшущее племя ритуальных свечей.

– Ладно, валяй. Я же знаю, что ты тайком сидишь на всех занятиях Мелиара.

Томрад чуть улыбнулся.

– Их главная опасность – скорость. Практически невозможно предугадать, куда и какое заклинание кинет противник. Но отложенное заклинание – это как назойливая мошка, звенящая над ухом и не дающая сосредоточиться. Опытный боевой маг может держать такое заклинание наготове несколько часов или даже дней. Но Доатр только недавно их освоил. Он хитер и легко справляется с самыми сложными плетениями. Но его магический резерв не очень большой. Он может приготовить одно сложное боевое заклинание или несколько простых. Но несколько отложенных заклинаний, но это все равно, что удерживать в голове несколько мыслей сразу. Наверняка ему сложно реагировать на внезапные атаки или выставлять защиту сложнее "глухой стены".

– Да чтоб я делал без твоих советов! – даан насмешливо повел ухом.

– Прости, – Томрад виновато склонил голову.

Парни помолчали.

– "Внезапные атаки" – это ты про магические или обычные?

– Любые. Просто нужно навязать ему свой сценарий боя. Тогда ему придётся поскорее избавиться от отложенных заклинаний и перейти к своему обычному стилю.

– И всё? Это я и сам знаю. Думал, ты чего поинтересней придумаешь… – Релиан устало вздохнул, – так значит, ты поговорил с Кровопийцей?

Томрад покачал головой.

– Разговором я бы это не назвал. Он просто сказал, что от меня требуется и ушёл.

– Ну, тоже неплохо.

– Наверное... Но он даже не смотрит на меня. Кажется, он недоволен, что мне сохранили жизнь.

– Он ни на кого не смотрит. И правильно делает. Даже мама с трудом выдерживает его взгляд, – Релиан ободряюще улыбнулся, – не волнуйся. Его только при мне раз десять спросили, не собирается, ли он от тебя избавиться. И он ничего такого не сказал.

– Раз десять? – Томрад нервно хохотнул, – а ты умеешь успокаивать!

– Не трясись попусту, уверен, он тебя не тронет, – Релиан потянулся и встал, – останешься?

– Я? Эм... Нет, спасибо. Мне пора! Доброй ночи! – полукровка шустро схватил стремянку и направился к двери.

– Стоять! – даан подозрительно прищурился.

Томрад остановился в шаге от двери.

– Мне ещё многое нужно сделать сегодня, если ты не против, я зайду завтра...

Релиан молча подошел ближе, провел рукой по его уху и оттянул ворот рубашки.

– Опять?!

Шею отродья украшали несколько свежих укусов.

– Что я могу сделать? – Томрад смущённо пожал плечами.

– Мама тебя на ленточки порвет!

– Она сама меня на ленточки порвет, если что!

Релиан одним движением прижал парня к двери и задрал тому рубашку. Спину полукровки украшали багровые царапины.

– Я надеялся, она тебя забудет.

– Я тоже...

– Нехило она тебя подрала.

– Соскучилась... – не-даан смиренно вздохнул.

Наследник раздражённо хмыкнул и отпустил полукровку. Томрад торопливо поправил одежду.

– Может, ты поговоришь с ней?

– Бесполезно. Она привыкла делать всё, что вздумается. И обычно ей всё сходит с рук.

– С Кровопийцей ты не боялся говорить.

– Сравнил! Взрослый рассудительный мужчина и избалованная влюбленная даана! Да я лучше к сиррушу в клетку зайду.

– Это Старший-то рассудительный?

– За языком следи! Герой-любовник!

Томрад неуверенно топтался на месте.

– Релиан. Раз уж ты всё равно увидел...

– Оставайся, – махнул рукой даан.

Юноша аккуратно приставил лесенку к стене, и, скинув обувь, залез на кровать.

– И чем ты только думал, когда её соблазнял? – Релиан лёг рядом и обнял его.

– Ты так уверен, что это Я её соблазнял?

– Нас так долго не было дома... Могла бы и найти себе кого-нибудь. Чем ты её так зацепил? – даан провёл кончиками пальцев по спине полукровки. Томрад напрягся.

– Ну, правда? Говорят, твоя мать была хороша в постели. Это передается по наследству? – Релиан перекатился, прижимая не-брата к кровати.

– Прекрати!

– Может мне тоже попробовать? – он чуть прикусил ухо, запуская руку под одежду, касаясь горячего живота.

Полукровка испуганно задергался.

– Релиан, не надо!

– Не бойся, я буду нежней, чем она… – промурлыкал нелюдь, дотрагиваясь до глубоких царапин, успевших покрыться чувствительной корочкой.

– Ну, хватит! – жалобно попросил Томрад, – Ты один раз попробовал! Напомнить, чем кончилось?!

Сын Старшей рыкнул и ткнул его кулаком под рёбра.

– Я запретил говорить об этом! Сколько раз напоминать?

Из чистого упрямства Релиан поцеловал парня в шею и выпустил полукровку из железной хватки.

–… Холодно, – едва слышно шепнул Томрад.

– Вижу, – Релиан вздохнул и снова обнял парня, – не бойся, я рядом.

***

На самом деле Томрад не боялся Релиана. Просто подыгрывал ему.

Да и Релиан не собирался делать ничего такого. Да, он мог поцеловать или коснуться полукровки там, где не следует. Но это было всего лишь шуткой. Их маленькая тайна с привкусом пошлости. Всего лишь одна из многих. И даже не самая страшная.

На самом деле, несколько лет назад, Релиан действительно попытался затащить его в постель. Чисто из любопытства. Он был юн и жаждал экспериментов. Это у наджашей мужеложество было в порядке вещей. Ну, так у них и женщины с мужчинами не особо отличались внешне. У даанов подобные вещи не приветствовались. Но «не приветствовались» не значит "не случались". Как правило, каждая семья держала гарем из человечек для молодых мужчин и гостей. Как отпрыску богатой знатной семьи, Релиан доводилось бывать в гостях. И он знал, что в каждом гареме обязательно есть два-три мужчины. Это были официанты, музыканты, уборщики, садовники, в конце концов. Разумеется, их никогда не называли "наложниками". Но... все всё понимали. Но никто никогда не говорил об этом вслух. Это ящеры трахают друг друга. У даанов – такое не принято. И точка. А красивые мужчины в гареме... Ну не уродов же держать, в самом деле!

Релиану было просто интересно. Он был уверен, что полукровка не посмеет отказать. И никому не скажет.

Но та ночь чуть не кончилась катастрофой. И Релиан раз и навсегда уяснил, что даже у тихого покорного полукровки есть пределы терпения. И лучше его до них не доводить.

– Слушай, отродье, – Релиан рассеянно гладил Томрада по волосам, – а у тебя нет ощущения... Даже не знаю, как объяснить. Будто время ускорилось, и какие-то мелкие, вроде бы незначительные, события внезапно оказываются связанными между собой? Будто где-то рядом закручивается огромный водоворот, от которого не убежать? И всё что остается – быть начеку, чтобы успеть глотнуть воздуха прежде, чем накроет волной?

Полукровка не ответил.

– М? – Релиан приподнялся и заглянул в его лицо.

Уже спит? Всё настолько плохо? Даан вздохнул и снова улегся, укутывая не-брата светом своей души.

В дверь постучали. Коротко и требовательно.

Пламя! Доалирен вскочил и торопливо прикрыл полукровку.

– Вино будешь? – на пороге стоял хмурый Леорх, – мамина заначка.

– Я бы с удовольствием, – Релиан замялся, но я не один.

– Я в курсе! – гость недовольно тряхнул русой гривой, – и поверь, я бы предпочел этого не знать!

Он всучил Старшему бутылку и вошел. Недовольно посмотрел на спящего полукровку и сел на кровать.

– Может его раздеть?

– Не надо! – Релиан, достававший бокалы, вздрогнул, – Я не собираюсь оставлять его до утра. Пусть поваляется часик и проваливает.

– Ага, – равнодушно кивнул Леорх, уже заметивший укусы на шее Томрада, и прекрасно знавший, какая даана их оставила.

– С ним что-то происходит. Думаю дело в Кровопийце, но не уверен.

– Ага. Я тоже заметил. Но тебе он не скажет. И мне тоже. Может, маме… Почему я вообще должен возиться с этим отродьем?! – не выдержал Леорх, с возмущением устраиваясь на кровати. – Ты хотя бы сам решил его защищать, а моего мнения никто не спрашивал!

– Ага, – кивнул нелюдь, краем глаза наблюдавший, как Леорх аккуратно пристраивает голову спящего у себя на груди.

– Он меня бесит!

– Меня тоже, – уверил Релиан, протягивая бокал. Он улегся с другой стороны, и тоже приобнял полукровку. Они молча потягивали вино.

– Скажешь, когда он придет в себя?

– Я-то откуда знаю?!

– Ну, ты же…

– Только ляпни, что он мой молочный брат, я тебе ухо отгрызу! – взвился Леорх.

– Угомонись. Разбудишь.

– Не разбужу. Он практически в трансе.

– Это из-за Кровопийцы?

– Не знаю. Скорее всего.

– Но он же сохранил ему жизнь.

– Ты же его видел. Тугор явно не в себе. Он в любой момент может передумать. Томрад боится. Его душа мечется, словно пламя на ветру. Будь готов, что он будет липнуть к тебе, пока всё не устаканится.

– И что делать? Не могу же я каждую ночь оставлять его у себя! Заметит ещё кто...

– Коврик ему выдели! Он все равно за тобой как собачка бегает.

– Коврик? – Релиан невесело улыбнулся, – Нет, это уже перебор!

***

– Нет, это уже перебор! – я раздражённо разглядывала Тугора, пристроившегося на коврике у моей кровати.

Большой седовласый нелюдь мирно свернулся калачиком и спал. Я откинулась на подушку. И что с ним делать? Полвечера долго и обстоятельно объясняла, почему нельзя залазить в мою постель без спроса. И что? Виновато покивав, даан пожелал доброй ночи и ушёл к себе. Чтобы вернуться, как только я засну.

Я не выдержала и снова свесилась с кровати. Хоть бы одеяло взял. Нет, ведь. Посмотрите на него. Маленький и несчастный. Спит на коврике, потому что бессердечная человечка не пустила его к себе в кроватку!

Ну не скотина ли? "Я же к тебе не пристаю!" Угу. Измором решил взять. "Мне снятся кошмары, если тебя нет рядом". Зараза.

Ладно, не простудится. Ну и пусть спит на полу, если ему так хочется. Сделаю вид, что не заметила.

Не стыдно ему? Кровопийца, Истребитель наджашей, бывший глава семьи, бывший правитель Телафарга – и так банально давит на жалость.

Не пущу. Вот не пущу и всё. Он обещал меня не трогать и ни к чему не принуждать? Обещал. Всё! Ничего не знаю.

Я закуталась в одеяло, повернулась на другой бок и честно попыталась заснуть. Но сон не шел.

Нет, ну у него же действительно проблемы. Я же знаю, через что ему прошлось пройти. Может пустить? Ну, он же действительно не распускает руки и ведет себя смирно.

А-а-а-ар!!! Нет. Нельзя. Если я не отстою личные границы, то... То мы все знаем, чем это кончится.

Пусть.

Спит.

На полу!!

Я перевернулась на спину и долго разглядывала расписной потолок.

Тварь же ты, Тугориар Доалирен!

Наощупь дотянулась до второй подушки и швырнула в нелюдя. Тугор подпрыгнул, как испуганная собака. Я, спохватившись, закусила губу, чтобы не начать извиняться.

– Лаи?

– Ладно залазь, но возьми себе отдельное одеяло и вот! – я быстро соорудила баррикаду из оставшихся подушек, – не смей лезть на мою половину кровати! – выпалила скороговоркой, и отвернувшись, накрылась с головой одеялом.

Даана не пришлось уговаривать. Он аккуратно лёг рядом.

– Доброй ночи, свет мой! – его рука осторожно опустилась на моё плечо.

Вот зараза. Ставлю кольцо Лигара, что утром все равно проснусь в его объятиях.

– Прости. Я жалок.

– У-м-м... – отозвалась неопределённо, не оборачиваясь.

Даан вздохнул.

– Сегодня утром я разбил вазу.

– Случается. Ничего страшного.

– Я... я специально это сделал.

– Зачем? – я насторожилась.

– Хотел убедиться, что она настоящая.

– И как?

– Звук был соответствующий. И вода разлилась, как должна была. И осколки переливались на солнце как настоящие.

– Значит, ваза была настоящая?

Тугор снова тяжело вздохнул.

– Разумеется.

Я не выдержала и повернулась к нему. Мужчина лежал на спине, прикрыв глаза. В полумраке я видела, как его пальцы нервно поглаживают вышитое покрывало.

– Мне хочется кричать. Сломать что-нибудь. Выпрыгнуть из окна...

– Не надо выпрыгивать из окна!

– Я знаю. Просто... Я не уверен. Мне кажется, что всё вокруг ненастоящее. Все выглядит таким естественным, но я не верю. Хочется сделать что-нибудь безумное. Что-то из ряда вон выходящее. Тогда я смогу поймать мир на лжи.

– Тугор, я не совсем понимаю, о чём ты.

– Он давал мне разные зелья. Иногда – дурман. Чтобы я не мог сосредоточиться и придумать план побега… – даан сжал кулаки. – Что, если всё это – неправда? Семья, Дихарам всё вокруг? Я ведь мог... Мог всё это придумать? Вдруг на самом деле я всё ещё там? Сижу в подвале, пускаю слюни и хожу под себя?! Я всё жду, что раздастся его смех, а в тело вопьётся жезл...

– Тугор!! – я схватила его за руки, – Тугор, всё хорошо! Ты дома! Правда, дома! Посмотри на меня!

– Я знаю, – Тугор улыбнулся, – ты настоящая. Я бы мог придумать своё возвращение. Лиариар, Мелиара, и всех остальных. Повзрослевшие дети. Замок... Ведь я знаю каждый его уголок! Я бы мог придумать всё это. Но не тебя.

Девушка, пришедшая из другого мира. Не похожая ни на кого. Твой запах, свет твоей души... Истории, что ты мне рассказывала. Твои песни…

Ты всё время сравниваешь свой мир с нашим. Говоришь невероятно мудрые вещи, но при этом задаёшь тысячу глупых вопросов... Ты слишком сложная. Я бы не смог тебя придумать. Значит ты настоящая.

И ты не плачешь. Не вздрагиваешь от каждого шороха. Не морщишься из-за неловкого движения, ведь все ожоги давно сошли. Ты настоящая. И ты не боишься. Ты точно знаешь, что Его рядом нет. А значит... Значит, я тоже могу расслабиться... Но только когда ты рядом. Если я долго тебя не вижу, я снова начинаю сомневаться. Чтобы разрушить иллюзию – нужно найти в ней изъян. И если тебя долго нет рядом, мне хочется совершить что-нибудь безумное. Что-то невозможное в реальном мире. Поймать иллюзию за хвост...

Днём я справляюсь. Знаю, что нужно держать себя в руках... Но ночью... Мне снятся кошмары, но дело даже не в них. Я просто теряюсь. Я дома и мне снится кошмар, или я там, в подвале и мне приснился дом? Я просто не знаю. Это сводит с ума. Если ты рядом, я знаю что всё в порядке, знаю, где правда. Но если тебя нет...

Прости. Я правда жалок.

– Тугор, – я облизнула губы, подыскивая нужные слова, - всё хорошо. Правда. Всё хорошо. И... прости меня. Я ужасная эгоистка.

– Свет мой, тебе не нужно извиняться...

– Всё хорошо. Я рядом. И, давай спать, хорошо?

Нелюдь кивнул. Я не выдержала и обняла его. Боги, какая же я дура. Двадцать лет. Даже чуть больше. Почти вся моя жизнь.

Он не просто так цепляется за меня. Я правда ему нужна.

И что мне теперь делать?

[1] «искра в ухо попала?» фразеологизм, аналогичный нашему «какая муха укусила»

Глава 9.

Не смотря то, что Тугор согласился показать гробницу Лигара, мне ещё две недели пришлось ходить вокруг него, бросая многозначительные взгляды. Но дело было не в запрете посещать Нижний храм посторонним – даан даже не вспомнил о нём. Он даже был не против взять с собой Томрада (да-да, я всё же влезла не в своё дело). Просто никак не мог собраться духом. Пришлось пригрозить, что больше не пущу к себе в кроватку.

***

Мы шли по гулкому пустому коридору. По внутренним ощущениям – спустились этажа на три под землю. Хотя, с учетом того, что Дихарам был выстроен на склоне горы, всё могло быть иначе, и за следующим поворотом мог оказаться залитый солнцем зал.

Коридор вывел к винтовой лестнице, штопором вгрызавшейся в скалу. Я подобрала подол, в очередной раз проклянув свою любовь к фэнтези. Длинные шикарные платья, которые мне сшили, абсолютно не подходили к подобным походам. А лестницы, рассчитанные на рост нелюдей, и без платья в пол были тем ещё аттракционом. Хорошо ещё, что дааны были ниже наджашей. Сделав пометку, что с эльфийским стилем всё же стоит распрощаться, я смело шагнула в полумрак.

За спиной разлилось сияние. Это Томрад активировал кристалл, освещая дорогу.

Тугор, шагавший впереди, резко остановился и обернулся.

– Томрад, ты не видишь в темноте?

– Вижу, разумеется. А вот Лаи нет.

– Лаи? – Даан уставился на меня своими чёрными глазищами.

Здрасьте, приехали! Я удивленно вскинула брови.

– Я же человек!

– Прости! – выдохнул даан и торопливо зашагал вперед. Он серьезно? Ну, допустим, раньше он был слеп, но сейчас-то?

Мы с Томрадом переглянулись. Полукровка пожал плечами.

– Меня это тоже удивляет.

– Что именно? Люди не видят в темноте! И это нормально.

– Обычные – да. Но ты же ведьма. Причём довольно сильная. Почему ты не используешь магию?

Эм-м... Хороший вопрос. Надо будет обдумать, когда выберемся из этого каменного лабиринта.

Мы спускались всё ниже вглубь горы. Мне было не по себе, но я гнала от себя глупые страхи. Этим проходом пользуются две тысячи лет. Каковы шансы, что именно сейчас многотонные гранитные глыбы придут в движение и сотрут нас в порошок? Не такие уж и большие. "Но и не нулевые!" – нервно хихикал внутренний голос. Я крепче вцепилась в подол, стараясь сдержать растущую панику.

Доалирен остановился у ничем не примечательной стены и распахнул потайную дверцу. Ох, надеюсь, он хорошо помнит дорогу. Я озабоченно оглянулась на Томрада. Тот как раз быстрым движением нарисовал на камне невидимый знак. Столкнувшись со мной взглядом, парень смутился. Что ж, два великих ума думают, как один. Если Тугориара подведёт память – полукровка нас отсюда выведет.

Коридор привёл нас в просторную пещеру. Слабый свет кристалла не смог осветить её полностью. Каменные своды терялись где-то в вышине. Тугор свернул вправо, на небольшой - метра два шириной - каменный уступ, ведущий вдоль края пропасти. Я покосилась на тёмный провал и вцепилась в его руку. Чёртовы дааны. Ну, могли бы хоть перила поставить.

К горлу подкатывала паника.

– А тут жарко! – заявила преувеличенно бодро, лишь бы развеять гнетущую тишину в которой раздавались только звуки наших шагов. (Точнее моих, нелюди двигались почти бесшумно)

– Это от лавы, – великодушно пояснил Тугор.

Лавы?

Что?

Что блять?

Я отступила к стене.

– Там внизу лава? Тугор, – мой голос внезапно осип, – это… типа… вулкан?

Мужчина утвердительно кивнул. Ноги внезапно стали ватными.

– Вы живёте на вулкане?

– Эмм.. да.

– Какая прелесть! – я сделала ещё шаг и прижалась стеной к теплому камню. – А что, во всём Телафарге не нашлось более удобного места для строительства замка, чем действующий вулкан?

Тугор задумался. На помощь снова пришёл Томрад.

– Здесь под землёй сходятся несколько потоков магии. Это одно из самых мощных мест силы на Талирасе.

– О, ясно! – я не сдержала нервный смешок.

– Не беспокойся, кратер находится по ту сторону горы. Да и извергается он редко – раз в триста-четыреста лет.

– Угу.

– Лаи?

– Всё нормально, – я пыталась улыбнуться, но лицо будто стало каменным.

Треклятые огнепоклонники! Мало того, что живут на вулкане, так ещё и храм где-то там внизу устроили!

Тугор шагнул ко мне и положил руки на плечи.

– Всё хорошо?

Я медленно кивнула и честно призналась: "Нет!"

– Вы чокнутые, жить на вулкане?

– Лаи, успокойся. В этом нет ничего такого.

– А-у-м-м-м!

Я закрыла лицо руками и бессильно сползла вниз.

Лаи, стоп. Чего ты как маленькая? Замок стоит две тысячи лет и ничего. Ну и в целом. Наверняка тут какие-нибудь магические барьеры и всякое такое.

– К тому же это очень удобно, – даан присел на корточки и погладил меня по волосам, – как, по-твоему, отапливается такой огромный замок?

– Даже не задумывалась, – простонала, отчаянно хватая воздух ртом. – Так значит, греетесь от вулкана?

Вдох. Выдох. Не, ну а что? И вправду удобно. Исландцы же тоже так делают. А вот помпеян такое соседство до добра не довело.

– Лаи?

– Всё хорошо, я в порядке. Просто растерялась.

Я собралась с силами и подняла голову. Томрад стоял на самом краю и с любопытством вглядывался в глубину. У меня аж голова закружилась.

– Нет, не в порядке, – я снова уткнулась лицом в колени.

– Иди ко мне, – Тугор легко поднял меня на руки. – Хочешь, вернёмся?

Предложение было заманчивым, но я упрямо помотала головой, всё ещё не в силах поднять взгляд.

– Не бойся, я с тобой, – даан коснулся губами моего лба.

– Угу…

Мы прошли немного дальше, и Тугор свернул в боковой коридор. Тут было прохладнее, слышалась капель. Я немного успокоилась.

– Всё, можешь меня поставить.

– Тут ступеньки, споткнёшься ещё, – даан и не подумал меня отпускать.

Ну, как обычно. Ну и ладно. Я легкомысленно поболтала ногами в воздухе. Тугора хлебом не корми, а дай меня пообнимать. Впрочем, дааны все такие. Для них прикосновения значат гораздо больше, чем для людей, это ещё один способ общения. Сами ушастые называли это очень романтично: «делиться светом своей души».

Говорят, у эскимосов есть сто слов для названия снега. У даанов была тысяча и одна метафора про огонь и свет. Меня это очень забавляло. Такие брутальные суровые нелюди, ежедневные тренировки, обязательное владение оружием, непрекращающаяся война, а разговаривают, будто в пьесе Шекспира. Милота, да и только.

– Пришли.

Тугор на мгновение сжал меня сильнее и поставил на землю.

Это был самый странный храм, который только можно себе представить. Скорее всего, изначально это была пещера, которую со временем расширили, не особо заботясь о красивых формах. Разумеется, повсюду горел огонь. Вдали мелькнула пара фигур, но они растворились в полумраке, чтобы не мешать.

В небольших нишах, хаотично вырубленных в скальной породе, хранились огарки свечей, использованные факелы, иногда даже просто какие-то палки со следами огня. Тугор проходя, пояснял – это полено от погребального костра моего деда. А эту свечу зажгла Лиариар, когда родила Релиана. А эту зажёг я, когда стал главой рода...

Мы шли по каменным галереям, а вокруг разворачивалась ещё одна летопись семьи Доалирен, в этот раз написанная углем и пеплом.

– И что, вы храните это всё – я обвела стены руками, – две тысячи лет?

– Нет, разумеется, – Тугор улыбнулся, – тогда мы бы изрешетили уже всю гору. Раз в в год, в самую длинную ночь, смотрители храма отбирают часть реликвий, и сжигают дотла. Это напоминание о том, что всё однажды превратится в прах. И каким бы значительным не было событие, или даан, пройдут столетия, сменятся поколения и это будет уже не столь важно. Хотя тут действительно есть остатки огня, горевшего тысячелетия назад. Например, свеча зажженная на рождение Релиаса – одного из самых могущественных наследников Лигара.

Реликвии. Я старалась сохранять серьезный вид. Эти полупрогоревшие деревяшки – реликвии. Я с уважением относилась к чужой вере, но дааны относились к огню с каким-то нездоровым фанатизмом. Может, они от мотыльков произошли?

Тугор провёл нас в самый дальний закуток, к гробнице Лигара. И, если честно, я была разочарована. В моём понимании «гробница» это что-то типа египетских пирамид. Или Тадж Махала. Мавзолея Ленина, в конце концов. А тут…

Будто просто стесали кусок скалы, оставив ровный прямоугольник. Парочка скромных колонн по краям, знак Лигара в центре. И все. Никаких подписей и украшательств. И никаких намёков на то, что это действительно дверь. Ни щели между створками, ни замочной скважины. Ничего.

Я нащупала кольцо Лигара на груди, и попыталась что-нибудь почувствовать. Потрогала стену, знак, вырезанные колонны… Ничего. Абсолютно ничего. Просто камень. Обидно. Даже Томрад, выглядел разочарованным.

Мы дождались, пока Тугор сделает все необходимые ритуалы, и отправились обратно.

Доалирен снова понёс меня на руках. Я не возражала. Мне нужно было подумать.

Что-то не так с этим Лигаром. Наплодил кучу потомков, построил огромный замок. Создал могущественные артефакты для Наследников. Создал целый материк!

А потом проклял две расы и приказал стереть себя из истории. Ни наджаши, ни дааны толком ничего о нем не знают. Остались только мутные легенды. И гробница эта... Это точно гробница?

А ведь дом Мезифа тоже был построен Лигаром. Хотя ему не две тысячи лет, скорей "на месте, где стоял дом Лигара" но всё равно. Это сейчас он стоит практически на границе Нагтарха. А две тысячи лет назад – это был почти центр страны. И тоже на месте силы. Только под домом Мезифа – озеро. А здесь – вулкан...

Совпадение? Или ещё один намёк на противостояние двух рас?

Это же так глупо.

Дааны верят, что возникли из какого-то магического огня. Наджаши считают, что произошли от драконов. А драконы у нас кто? Магические создания, изрыгающие пламя. Мезиф считает, что у наджашей и даанов общий предок. Он маг крови, ему можно верить. Две расы. Две ветви эволюции. Два крыла Великого дракона, принёсшего магию в этот мир.

Что-то не так. Что-то меня смущало в этой истории. Почему наджаши и дааны ненавидят друг друга? Мне никто так и не дал четкого ответа, почему они воюют. Сколько бы я не спрашивала – они будто не понимают сути вопроса. Это похоже на массовый гипноз.

Если Лигар хотел уничтожить нелюдей – зачем так заморачиваться? Он поднял материк с морского дна! Если хотел истребить нелюдей - неужели не нашёл более быстрого способа? Зачем растягивать на 2к лет?

Может, смысл проклятия Лигара не в том, чтобы наджаши и дааны вырезали друг друга?

Но тогда в чём?

Глава 10

– А тебе приходилось… ну… спать с кем-нибудь из хозяев?

Девушка, колдовавшая над моими волосами, равнодушно пожала плечами: «Всякое бывало. Но редко, я ж не из гаремных».

Она поймала мой сочувственный взгляд и фыркнула.

– Зато я мужа сама себе выбирала! А так бы… Кто отцу больше денег б дал, с тем бы и жила! А Зинат у меня хороший… Даже не бьёт!

– Даже не бьёт… – я многозначительно кивнул своему отражению.

– Ага, я ж не его собственность! Его самого выпорют, если он меня попортит! Вот матери у меня– ух, как доставалось! Особенно после того, как третью дочь подряд родила! – рабыня не уловила моего горького сарказма.

А мне от её рассказов выть хотелось. Все мои правильные гуманистические установки двадцать первого века просто шли в пешее эротическое.

Каруна родилась на Салигарне, в небольшой рыбацкой деревушке. С раннего детства трудилась с сёстрами в поле, пока отец с братьями ходили в море. А когда ей исполнилось двенадцать, настали трудные времена: два неурожайных года и затяжные зимние шторма, разорили и без того не очень богатую многодетную семью.

И её продали в рабство. Собственная семья.

У меня волосы дыбом встали, когда узнала об этом. Просто в голове не укладывалось, как можно продать своего ребёнка. Оказывается, можно. Более того, так делали многие бедные семьи и на Салигране и на Талирасе.

– Да ты просто не голодала никогда, даром, что тощая! – смеялась над моим шоком Каруна, – а я самая красивая из сестёр была, за меня больше всего давали!

Она считала себя счастливицей. Ещё бы: не нужно вставать ранним утром, чтобы растопить печь, с мужем – любимым, между прочим! – они жили в отдельной комнате, а не в огороженном закутке избы, где кроме вас еще родители-дети-сестры-братья-со своими половинками. У неё была красивая одежда, а не обноски, доставшиеся от старших сестер. Не нужно было гнуть спину в огороде и бояться, что тебе завтра будет нечего есть. Да и обязанностей – подай-принеси, пыль-протри, пол-помой – разве ж это работа?

Если случалась какая болезнь – были лекари, которые следили за здоровьем рабов.

А к беременным вообще было особое отношение. Дааны, поколениями страдавшие от «пустого пламени», считали беременность величайшим чудом, поэтому женщин, носивших ребёнка, освобождали от всякой работы. И никаких «в поле рожали» разумеется. Что, кстати, «на воле» случалось довольно часто.

Прям не жизнь, а сказка.

Посмотрела б я на неё, если б она попала к наджашам с их Сурнатом Тарийским. Самое отвратительное, она была не единственной. Я поначалу думала, что Тугор специально подсунул мне восторженную дурочку, чтобы я не рвалась на Салигарн, но нет.

Многие рабы, с которыми я разговаривала, в целом тоже были довольны своей жизнью. Да, могли выпороть, продать, отобрать имущество, изнасиловать и даже убить. Но это же средневековье. В принципе, любой феодал мог сделать то же самое с любым свободным. К тому же был ещё один момент.

Доалирены у нас кто? Правильно, потомки Лигара. А Лигар у нас кто? Правильно, верховный бог, защитник людей. И что будет, если ты верно и преданно служишь его потомкам?

А вот тут были варианты: после смерти попадёшь на остров вечного лета и изобилия, где правит Лигар; в следующей жизни будешь богатым и знатным, может даже правителем Салигарна в его золотой век. И – моё любимое – переродишься в семье Доалирен. Не, ну а чо? Одна из самых богатых и влиятельных семей мира, к тому же обладающая загадочным Наследием Лигара.

Мрак, короче. Однако, я уже всерьёз задумывалась, а надо ли мне всё это? Может просто сидеть на попе ровно и не рыпаться никуда? Я ж просто не выживу в этом мире одна. К тому же, с магией у меня не сложилось.

***

Прости, Мезиф, я всё поняла. Тебе, наверное, всё равно, но я прощаю тебе все ожоги, тумаки и презрительные взгляды. Ты был прав.

Я тупая.

Дихарам, как и дом Великого, стоял на месте силы, точке, где пересекались потоки магии. По идее, здесь было очень легко колдовать и восстанавливать силы. Но. Дом Мезифа был опутан зачарованной золотой сетью. Уникальная технология наджашей, усиливающая магический фон. А с мощью Наследника – там весь воздух звенел от насыщения магией. Правда я этого не замечала, но так Тугор сказал.

Как меня учил Мезиф? Сосредоточься, отбрось лишние мысли, точно представь, какой результат хочешь, и будет тебе счастье. Вроде просто, но сколько я мучилась! Не могу посчитать, сколько раз чуть не сожгла его дом. Неудивительно, что ящер бесился.

А как всё происходит на самом деле? Нужно сконцентрироваться. Ощутить энергию пронизывающую тело. Вобрать в себя нужное количество. Сплести внутренним взором узор нужного заклинания. Направь поток силы в нужном направлении, удерживая в голове готовый узор. Ощути, как твоя сила и воля воздействуют на окружение и меняют мир. Представь, что ты натянутый лук, и выстрели. На выдохе снова вбери в себя энергию, чтобы восстановить силу.

В теории, это тоже звучало не очень сложно, но на практике… А ведь это были самые банальные базовые заклинания. Чем сложнее чары, тем больше движений, символов, заклинаний и ритуалов.

По просьбе Тугора, меня обучал один из лучших наставников Дихарама. Что ж, кажется, я стала пятном на репутации мага, к которому съезжались за наукой со всего Телафарга.

Мы промучились с ним две недели. Клянусь, под конец даан был готов рвать на себе волосы, а от смачной оплеухи меня спасал только Тугор, не пропускавший наши занятия.

В конце-концов, я психанула, поблагодарила за потраченное время, и пошла к Томраду, в надежде, что полукровка сможет понятнее объяснить, как эта чёртова магия работает.

Для занятий мы выбрали удалённый уголок сада, чтобы никто не мешал. Тугор, разумеется, отправился с нами и развалился на скамейке, всем видом показывая, что никак не будет вмешиваться.

– Ты издеваешься? – я поджала губы, когда парень достал свечу и установил в паре метров от меня. – Я на неё уже смотреть не могу.

Томрад опасливо покосился на не-отца и торопливо объяснил: «Огонь, тем более такой маленький, – очень нестабильная субстанция, его очень легко погасить…

– …независимо от того, к какой стихии принадлежит маг. Поэтому это самое базовое заклинание, с которого начинают все, – закончила я за него. Я слышала это объяснение по сто раз на дню, но без толку, – ладно, валяй.

Ушастый зажёг свечу и встал подле меня.

– Что делать знаешь?

– Угу, – я поправила волосы, чуть расставила ноги и сделала необходимые пассы.

Ничего не произошло.

– Нет, немного не так. Смотри. – Томрад точь-в-точь повторил моё движение. Свеча погасла. – Видишь разницу?

– Нет, – чистосердечно призналась я.

– Хм… Ну, давай ещё раз.

Он снова зажёг свечу. А потом ещё раз. И ещё. И снова.

– Без толку, – резюмировала я спустя полтора часа, разминая уставшие плечи.

– Странно… – нелюдь задумчиво теребил мочку уха, – ты определённо делаешь что-то не так.

– Может, попробуем что-то другое? – вкрадчиво предложила, почти уверенная, что Томрад откажется.

– Нет! – парень энергично помотал головой, – нужно понять, в чём проблема. Внешне всё правильно, силы в тебе тоже хватает, но где-то затык… Давай попробуем так.
Он снова покосился на Тугора, одернул рубашку и решительно шагнул ко мне.

– Следи внимательно, что я делаю.

Он встал сзади, так, что мои лопатки касались его груди и взял меня за руки.

Охх… я оглянулась на Тугора. Даан, не проронивший за занятие ни слова, нахмурился.

– Кхм… – Томрад тоже был явно смущён, – прочувствуй мои действия и повторяй со мной, хорошо?

Он сделал глубокий вдох. Я спиной ощущала, как тепло его тела сменилось жаром, упругой волной прокатившейся по рукам, до самых кончиков пальцев. Плавное движение кистью – и маленький огонёк даже не погас, а будто растворился в воздухе.

– Ух ты! – я восторженно выдохнула.

Полукровка торопливо отступил.

– Поняла?

– Да… Кажется, да.

Томрад щёлкнул пальцами, снова зажигая свечу.

– Так…

Встряхнула руками и даже немного попрыгала на месте, как спортсмен перед стартом.

Вдох. Сосредоточиться. Я пыталась мысленно воссоздать это ощущение, будто Томрад стоит за спиной. Сплести потоки в узор. Плавное движение. И…

Вжух! Поток энергии сорвался с пальцев и унесся вперед, снёс оплывшую свечу, опалил скамейку и бомбочкой влетел в розовый куст, подняв облако пыли, листьев и лепестков.

– Сорян… – я инстинктивно спрятала руки за спиной.

– Лаи, ты цела? – ко мне подскочил Тугор.

–Да, всё в порядке, прости за…

– Что это было?! Какое плетение ты использовала? – он тряхнул меня за плечи.

– Эмм… ну, это, как научили… – я изобразила в воздухе загогулину.

– Это невозможно! Это…

Я недоумённо оглянулась на полукровку. Но тот тоже смотрел на меня с ужасом.

– Да ладно вам. Ну, переборщила немного, со мной случается…

– Немного?!..

Тугор растерянно оглянулся на остатки клумбы.

– Это просто не возможно.

– Может дело в происхождении Лаи? – робко предположил Томрад. – Она из другого мира, поэтому…

– Ты сказала, что такое с тобой случается? – перебил Наследник, угрюмо покусывая губы. Помнится, однажды ты меня чуть не утопила.

– Ну да… – я поёжилась, вспомнив, как во время стирки загнала в водопровод подземное озеро.

– Лаи, боюсь, занятия придётся отложить.

– Но почему! – я вскинулась, – ну сделала немного не то… Чисто технически, свечу-то я погасила!

– Это не обсуждается, – отрезал даан, скрестив руки на груди.

– Но Тугор!

Нелюдь шагнул ко мне. Его чёрные глаза смотрели строго, но с сочувствием. Я ощутила себя провинившейся школьницей, но отступать была не намерена, и смело встретила его взгляд.

– Свет мой, ты очень сильная ведьма, но если магия в твоих руках становится такой непредсказуемой, я не могу тебе позволить этого.

Я набрала в грудь воздуха, но он меня опередил.

– Что если, пытаясь зажечь камин, ты разбудишь вулкан?

Хм-пффф!!

Я снова набрала воздуха, но в памяти всплыло то ощущение каменной ловушки, и подземного жара, жгущего лицо.

Аргумент. Железобетонный такой аргумент.

– Сдаюсь! – я подняла руки.

– Прости, свет мой…

На этом мои уроки закончились. Тугор, конечно, клятвенно пообещал, что сам позанимается со мной. Когда-нибудь потом. Где-нибудь подальше от Дихарама.

Вот только не припомню, чтобы он собирался куда-то ехать. Да и Лиариар была категорически против, чтобы он уезжал из дома, пока не восстановится морально и физически.

***

В дверь нетерпеливо постучали. Не дожидаясь ответа, в комнату ворвался запыхавшийся Томрад.

– Она здесь!

Я замахала руками, подгоняя Каруну, корпевшую над последним непослушным локоном.

– Всё! – вскочила с места, крутанулась перед зеркалом. – Сойдёт! – и вместе с полукровкой поспешила к парадному входу. Мне не терпелось увидеть ту, из-за которой весь замок последние дни гудел как осиное гнездо.

В Дихарам вернулась Вилена. Законная жена Тугориара Кровопийцы.

Глава 11. Вилена Тиреен

Мы с Томрадом устроились на одном из балкончиков и внимательно наблюдали за происходящим во дворе.

– Чувствую себя шпионкой, – призналась я шепотом.

– Почему? – удивился Томрад.

– Ну, сидим тут. Караулим.

Парень прыснул.

– Поверь, мы не одни такие. Всем же интересно, чем дело кончится!

– Разве? – я с сомнением огляделась. Народа вокруг было немного. Обычный день. Парочка нелюдей в углу двора занимались своими делами. Несколько рабов поливали клумбы. На соседнем балконе шестеро даан устроили чаепитие. И всё.

– Ты не туда смотришь. Точнее не так, тут не меньше двух сотен Доалиренов собралось.

– Да где? – я шарила глазами по стенам и окнам замка, но больше никого не обнаружила.

– Вот она!

Я подалась вперёд.

Во двор вошла женщина в длинном светлом плаще. Не смотря на жаркий день – в капюшоне.

Вилена. "Вдова" Тугора.

– Мирелл проиграл, – шепнул мне Томрад. – Они с Леорхом поспорили, что она приедет в алом.

– Типа в цветах дома Доалирен? Но у неё же уже есть муж.

– Да, Тиреен. А их цвета - зелёный и голубой.

– А она в белом. Не стала нарываться на скандал.

– О, скандал всё равно будет.

Женщина степенно подошла к крыльцу и замерла. Странное дело – никто не приветствовал её, даже никто не обернулся.

– А почему...

– Она должна была остаться в Дихараме и выбрать себе нового мужа из Доалиренов. Но она отказалась и вышла замуж за друга детства. Старшая была в таком бешенстве, что приказала сжечь все её вещи и портреты.

Мда. В семью потомков Лигара тяжело попасть и ещё сложнее её покинуть.

Я невольно вцепилась в перила, гипнотизируя даану. Вилена была первой красавицей Телафарга, но не подходила Тугору по происхождению. Однако он все равно на ней женился. Они прожили вместе почти тридцать лет, и она родила ему трех сыновей, которые, к сожалению, погибли.

Даане пришлось ждать минут десять, прежде чем к ней вышел один из рабов и предложил следовать за ним. Раб, даже не один из младших. Плохо дело. Томрад прав, без скандала тут не обойдется. Женщина поднялась по лестнице и, только оказавшись в тени, отдала слуге плащ.

...

!!!

– Рыжая!!! – выдохнула я потрясенно.

Абсолютно рыжая!! Вообще вся!!

– Как лисичка! – губы сами расплылись в улыбке. Не то, чтобы это было так удивительно – это Доалирены сплошь как лабораторные крыски, среди даанов встречались и брюнеты и шатены и даже зеленовласые, муж Лиариар тоже был рыжеватым, но такой яркой рыжины я ещё не встречала.

– Поцелованная огнём... – восторженно шепнул Томрад.

Я недоумённо моргнула. Огнём? Огнём?! Пришлось зажать себе рот, чтобы не расхохотаться в голос. Долбанутые мотыльки! Как сразу не догадалась, кто считается у даанов красивым? О, так значит отец Релиана тоже у нас красавчик.

Мы с Томрадом шмыгнули в галерею. Теперь я заметила несколько теней мелькнувших на разных этажах. На Вилену и впрямь пришли посмотреть многие.

Однако, странные у даанов вкусы. Нет, на лицо жена Тугора была очень даже ничего, несмотря на "бальзаковский" возраст. Но вот остальное... Она была невысокой, метр девяносто, вряд ли больше. Широкоплечей, крепкой, как большинство даан. Платье с вырезом «лодочкой» делало её ещё шире. Женщины Доалирен обычно коротко сбривали шерсть на плечах, оставляя замысловатые узоры. Да и в принципе, у блондинистых Доалиренов она была не так заметна. У Вилены же будто меховой воротник лежал на плечах. Аккуратный такой, ухоженный воротник.

Когда я встретила Марису Лаошен – первую красавицу Нагтарха, у меня не возникло никаких вопросов, почему из-за юной ящерки закрутился клубок интриг, чуть не погубивший её брата. Да что там – даже у меня челюсть отвисла, не смотря на чешую, лишние рёбра и прочее. А Вилена... Чесслово, будто эльфийка с гномом согрешила. Однозначно, в вопросах красоты счёт один-ноль в пользу ящеров.

Я дотронулась до Томрада, который жадно ловил каждый шаг женщины. Парень резко обернулся и смущённо повёл ушами.

– Схожу, узнаю, как Тугор, – я великодушно сделала вид, что не заметила. Вилена прошествовала в соседний зал, и ей вслед пронёсся тихий вздох восхищения. Не. Мне не понять.

***

Я постучала в комнату Тугора, но мне не ответили. Зашла к себе и заглянула в потайную дверь, соединяющую наши покои.

Кровопийца мрачно сидел в кресле и разглядывал старый портрет на стене.

– Вилена приехала.

– Знаю, – коротко ответил, не оборачиваясь. Я подошла ближе. На портрете был изображен Тугор с сыновьями. Насколько знала, он был нарисован перед самой войной.

– Как она тебе?

– Рыжая, – не смогла подобрать других слов.

– Да. То, что рыжая – помню. А вот лицо... Никак не могу вспомнить... Паршиво, – Тугор измученно уткнулся любом в моё плечо.

– Что будешь делать?

Даан пожал плечами.

– Как что? Она моя жена. Пусть оставит Тиреена и возвращается в Дихарам.

– У неё есть дочь.

– Пусть забирает с собой, или оставит у отца – без разницы.

Мне почему-то стало жалко Вилену. Её так отвратно встретили. И сам Тугор ей навстречу не вышел.

– Может, отпустишь её?

– Исключено, – неожиданно жёстко ответил Тугор, – она и так нарушила обычаи и унизила наш род, – он вздохнул и резко сменил тон, – ты пойдёшь со мной?

– Может не стоит? Всё-таки она твоя жена. Думаю, вам стоит поговорить наедине.

– Лиариар будет присутствовать. Она же глава семьи. Да и мне будет спокойней, если ты будешь рядом.

– Тугор, я не хочу в это лезть. Пожалуйста.

Кровопийца жалобно вскинул брови и поднял на меня свои чёрные глазища. Вот же чёрт белобрысый. Будет уговаривать, пока не соглашусь.

– Хрен с тобой, золотая рыбка.

Я ожидала трогательной и неловкой сцены между супругами. Что ж, ошиблась.

Мы расположились в одной из бесчисленных малых гостиных Дихарама. Дааны опустились в кресла. Доалирены по-хозяйски откинулись на спинки, Вилена сидела на самом краешке, я, как обычно, примостилась на подлокотнике.

Рыжая даана посмотрела на меня с некоторым недоумением, но тут же отвела взгляд.

Молчание затянулось.

– С возвращением, Тугориар. Рада видеть тебя живым... – наконец нарушила тягостное молчание Вилена.

– Рада?! – тут же вскинулась Лиариар.

Но рыжая красавица не посмотрела на неё. Её лицо было обращено к Тугору. Правда смотреть в глаза она не осмеливалась, и её взгляд блуждал где-то в районе его подбородка.

– С возвращением. Рад видеть тебя... – в тон жене отозвался даан.

Ну, такое себе воссоединение супругов. У меня мурашки бежали.

– В твоих прежних покоях сейчас живёт Лаи, – продолжил Тугор холодно, – но не беспокойся, в Дихараме много места, я обустрою для тебя новые комнаты.

От лица Вилены отхлынула кровь. Её огненная красота вмиг померкла, словно женщину обесцветили.

– Тугор, – она подобострастно склонила голову. – Я была тебе верной женой, но прошло много лет. Позволь мне остаться с новым мужем.

– Ты не имела права покидать нашу семью! – снова вклинилась Лиариар, – Ты выносила и родила трёх потомков Лигара и твоя судьба навсегда связана с родом Доалирен.

Кровопийца хмуро кивнул.

– Дочь можешь привезти сюда, я не против.

Вилена вцепилась в подол платья, чуть дрожа, но всё же осмелилась возразить ещё раз.

– Тугор, прошу тебя! Я была твоей женой три десятка лет, ни словом ни делом никогда не перечила, носила траур по тебе и сыновьям даже больше положенного срока... Если бы я знала, что ты жив, я бы никогда не покинула твой дом. Но я не знала! Никто этого не знал...

– Этот Тиреен, как его имя?

Даана вздрогнула.

– Раллейн. Тиреен Раллейн, – злобно прошипела Лиариар.

– Это тот друг твоего брата? Который ухаживал за тобой до меня? Так значит, он так и не женился за все эти годы?

Вилена нервно кивнула.

– Ммм... Долго же вам пришлось ждать моей смерти.

– Ни я, ни Раллейн никогда не желали тебе смерти! – в отчаянии воскликнула даана.

«Ух, ё...» – в ужасе подумала я, наконец, разобравшись в хитросплетениях местной Санта-Барбары.

– О, я верю, – Тугор улыбнулся. – Вы просто ждали. С моим воинствующим нравом, я должен был рано или поздно погибнуть.

Он встал, давая понять, что разговор окончен.

– Сообщи, своё решение насчет дочери к ужину.

Он поклонился сестре с мужем и подал мне руку.

Я с трудом оторвала взгляд от практически плачущей Вилены и последовала за ним.

Тугор проводил меня до комнаты и поспешно смылся, сославшись на неотложные дела.

Я задумчиво бродила по своим покоям, переставляя безделушки на полках. И вот вроде обещала себе и Тугору не лезть в их семейные дела, но оставить всё как есть тоже было выше моих сил. Если Вилена вернётся сюда – она практически станет заложницей Дихарама. Ещё и дочка...

И это её новый муж… Неужели её заставили когда-то выйти за Тугора? Странно, ведь женщины у даанов сами выбирают себе мужей. Вон, у Лиариар муж только и делает, что маячит с пафосной моськой за плечом жены, и даже не рыпается командовать. Хотя, наверное, когда речь идёт о могущественном Кровопийце, главе Телафарга, Наследнике Лигара и бла-бла-бла, мнение Вилены не имело особого значения... Так, где там мой ходячий справочник по даанам?

Я решительно направилась искать Томрада, но не успела.

В дверь постучали. О, сам явился! Я распахнула резные створки и опешила.

На пороге стояла Вилена. Что она здесь делает? Пропустила мимо ушей, что это теперь мои покои? Решила, что здесь осталось что-то из её вещей? Или пришла свернуть шею «любовнице» мужа?

Я несколько растерялась и отступила назад. Рыжеволосая даана расценила это как приглашение и вошла. Надеюсь, она не сцену ревности пришла закатывать, а то мне не поздоровится. Я с трудом поборола желание выскочить в коридор.

– Я с ним не сплю! – выпалила на всякий случай.

Вилена опешила.

– Правда?

Я торопливо закивала.

– Не похоже на него, – Вилена опустилась в кресло у камина, – раньше Тугор ни одной симпатичной человечки не пропускал. Впрочем, мне всё равно.

Я выдохнула и села напротив. Действительно, чего это я? У даанов в порядке вещей заводить себе любовниц. Секс с людьми не считается изменой. Даже строгой Лиариар было побоку, что её муж развлекается с рабынями. Что уж там, в Дихараме был целый гарем, так сказать «для семейных нужд».

Я выжидательно смотрела на даану. Вилена прикрыла глаза и откинулась назад.

– Про тебя ходят разные слухи…

Ох, боюсь предположить. Женщина не торопилась продолжать. Я разглядывала её плечи. Интересно, а она везде такая рыжая и… мохнатая? Воображение нарисовало ножки, покрытые огненной шерстью, и я с трудом сдержала смешок.

– Ну, я действительно из другого мира… И правда помогла Тугору сбежать. (хоть моя роль была и не такой большой, как он утверждает).

Даана слабо улыбнулась, в её глазах было столько тоски, что я смущённо отвернулась.

– Убеди Тугора отпустить меня.

– Эм-м-м... – я растерялась, – не думаю, что он меня послушает. Я же не Доалирен...

Даана иронично хмыкнула.

– Говорят, ты из него веревки вьёшь. Он всегда баловал своих... – она осеклась.

– Это не так, – я слабо запротестовала.

Это ещё осмотреть надо, кто из кого веревки вьёт. Если подумать, то, несмотря на всю свою заботу и покладистость, Тугор неплохо мной манипулирует. Таскает за собой везде. В кровати моей спит, опять же. А чуть что – "Лаи, я такой жалкий и несчастный! Ты нужна мне!"

– Мне нечего предложить тебе взамен. Поэтому просто прошу, помоги мне вернуться домой.

Домой... Я невольно вздохнула.

– Да я не то, чтобы против... Просто он меня не послушает. Он считает, что ты оскорбила Доалиренов, а семья для него на первом месте.

– Прям таки на первом? – пронзительно голубые глаза дааны смотрели будто прямо в душу.

Я окончательно смутилась. Да мы даже не любовники!! Ясен пень, про себя я сразу решила, что поговорю с Тугором. Ну, чисто из женской солидарности. Двадцать лет прошло. Зачем рушить семью? Даже если она вернётся к Тугору, счастливой семейной жизни у них уже не будет. Встретились как два чужих человека. Даана.

– Ты любила его?

– Любила? Кровопийцу? – Вилена смешно дёрнула ушами, – я уважала его, и старалась быть для него хорошей женой. Да и он, пожалуй, был неплохим мужем. Мы ладили. Он никогда не обижал меня. Но любви между нами никогда не было. Я была скорей трофеем. Очередной победой могучего Кровопийцы.

Мдааа…

– Я поговорю с ним. Но обещать ничего не могу, сама понимаешь.

Даана кивнула, порывисто встала. Оправила светлое платье и поклонилась мне.

Мне. Человечке. Это ж в каком она отчаянии.

Вилена ушла, а я обессилено сползла на пол. Ну и как убедить Тугора отпустить её? Голова была пустой, будто с лютого похмелья, пушистый ковёр насмешливо щекотал затылок, нарисованные на потолке звёзды издевательски блестели в солнечных лучах, будто подмигивали.

«Ну, давай, Лаи. Хи-хи. Как убедить Тугора отпустить жену? Давай, думай»

Раздражённо села и оглянулась на зеркало. Отражение смотрело на меня скептически. Ладно-ладно. Я знаю, чем надавить на Тугора.

Я показала отражению язык и смутилась. Дурацкая привычка. Пора с этим завязывать, а то мозгоправ понадобится не только Кровопийце.

***

Найти Тугора было просто. В это время он обычно сидел в своём кабинете и изучал хроники последних двадцати лет. Войти и начать разговор было куда сложнее. Я минут пять топталась у двери, собираясь духом и подбирая нужные слова.

– Привет, сильно занят?

Даан не без удовольствия отодвинул толстенную книгу и махнул рукой, приглашая войти.

– Что интересного пишут?

Тугор страдальчески откинулся назад и зажмурился.

– Риа хочет устроить приём в мою честь. Вот, пытаюсь запомнить, кто с кем породнился и в чьих руках огонь власти.

– К слову о «породнился», – начала было я.

– Лаи, даже не думай! – осадил меня нелюдь, – ты не понимаешь всей ситуации.

– Ну, так объясни, – я демонстративно сложила руки на коленях, как примерная ученица.

– Нельзя покинуть нашу семью. Каждый, кто вступает в брак с Доалиреном, заключает договор. Вилена могла остаться одна или выбрать себе мужа из родичей. По закону она не имела права покидать Дихарам.

– По закону я – беглая рабыня! Может, вернёшь меня хозяину?

– Ни-ко-гда, – от него повеяло смертельным холодом, – никогда не говори так.

Я поёжилась. Кажется, опять переборщила. Когда речь заходит о Мезифе, у Тугора забрало падало.

– Ну, неужели никто никогда не нарушал этот договор? – я спешно сбавила обороты и добавила в голос жалобные нотки.

– Никто и никогда! – подтвердил Тугор, – после войны царила жуткая неразбериха, – он положил ладонь на стопку книг. – Я считался мёртвым, Телафарг остался без правителя, и никто не хотел брать на себя ответственность. В пограничных районах царила паника, опасаясь мести наджашей, семьи бросали дома и перебирались вглубь страны. На Лиариар давили со всех сторон, ведь было неизвестно, в каком состоянии Великий, а противостоять ему мог только Наследник Лигара

– И она объявила Релиана Наследником?

Даан кивнул.

– Можешь представить, какая истерия царила после Сиарона, раз все предпочли ей поверить? Хотя Релиан родился до моей «смерти». Да и не тянет он на Наследника Лигара.

– А Вилена-то тут причём?

– Притом. Как думаешь, если бы наджаши пошли в наступление, куда бы Он повёл армию? – Тугор вскочил и принялся расхаживать по кабинету. – На Меллэен, нашу столицу? Может на юг, чтобы сжечь самые плодородные земли? Или на север, чтобы лишить нас железа?

Нелюдь остановился и навис надо мной.

– Или Он бы шёл прямиком сюда?

Вашу ж Мать-Прародительницу. Я мысленно застонала. Учитывая, как досталось наджашам за последние триста лет: истребить всех Доалиренов, лишить расу даанов Наследия Лигара – это чуть ли не единственный шанс ящеров на выживание.

– Ты же видела, что он устроил на Сиароне! Хотя прошло двадцать лет!

Ну, во-первых, Мезиф считал Малую Пустошь их совместным с Тугором «творением». Во-вторых, насколько помню, Великий сам выполз с берегов Сиарона чуть живым и несколько лет восстанавливался. В-третьих, он был чуть ли не единственным, кто понимал бессмысленность этой бесконечной войны, и не повёл бы никакую армию, даже если бы их император плевался ядом и топал ножками.

Но дааны-то этого не знали.

– И в тот момент, когда было особенно важно сплотиться, выстоять, успокоить всех и доказать, что Доалирены и без Наследника Лигара чего-то стоят, Вилена сбежала. Нарушила брачную клятву, опозорила семью, унизила нас всех!

Мдааа… Неудивительно, что Лиариар чуть ли не собственноручно жгла её портреты.

– И ладно она была бы женой кого-нибудь из младших. Но она МОЯ жена! Главы рода! Старшего над Старшими![1]

– Может, ты слишком драматизируешь?

Кровопийца сверкнул глазами, сел обратно в кресло и демонстративно уткнулся в книгу.

Ох, Вилена. Ну и задачку ты мне подкинула. Хотя всё равно не могу её осуждать. Я уже насмотрелась, как высокомерные блондинчики относятся к принятым в семью. А она к тому же лишилась мужа и детей. Что ей было делать в Дихараме? Терпеть похотливые и завистливые взгляды? Ещё раз выйти замуж по принуждению? Смотреть, как растет Томрад?

Ладно. Вдох-выдох. Переходим к плану «Б».

Я обошла письменный стол и забрала у даана книгу.

– Лаи… Это не обсуж…

– Тугориар!

Нелюдь растерянно дернул ушами.

– Лаи, я правда не могу просто так её отпустить…

Его бледные руки беспокойно зашарили по столу, ища за что схватиться.

– Но ведь она тебе не нужна!

– Я не собираюсь жить с ней, как с женой. Просто так нужно… Я обещал Риа.

– А как же я?

Даан вцепился в подлокотники кресла.

– Для тебя ничего не изменится.

– А если я не хочу, чтобы рядом с тобой была другая женщина?

– Свет мой, ты прекрасно знаешь, мне нужна только ты. Все остальные не имеют значения.

Он откинулся назад и прикрыл глаза. Я разглядывала его скуластый профиль, подбирая слова, и меня неожиданно осенило.

А ведь он ждёт, что я его поцелую! Вот же жопа ушастая! И весь этот страстный монолог только для этого!

Аррррр! Распинается тут передо мной. Не могу, не отпущу, а сам… Ну, держись, Тугориар Доалирен! Я тебе устрою весёлую жизнь!

Попозже.

– Тугор, пожалйста. Ради меня.

Я наклонилась и коснулась его губ своими. Даан потянулся ко мне, обхватил за талию и усадил на колени.

«Козлина-а-а-а!» – пропела мысленно, обнимая его за шею. Так нечестно. Это я тут пришла вся такая коварная играть на его чувствах. А меня развели как котёнка. И не прикопаться – первая ж полезла целоваться, а он меня не принуждал и руки не распускал. Хотя, чего я ждала от бывшего правителя и гениального полководца?

– Если я отпущу Вилену, ты займёшь её место? – Тугор осторожно покрывал мои щёки поцелуями.

– Мммм… – я опешила, – ты не можешь на мне жениться! Такого тебе не простит ни семья, ни Телафарг!

– Не могу, – мужчина кивнул, – но я хочу быть с тобой, пока не угаснет пламя моей души. И если когда-нибудь это будет возможно, хочу назвать тебя своей женой.

Пффф, да скорей дааны примирятся с наджашами, чем хоть один нелюдь признает такой брак!

– Хорошо, – я кивнула, – однажды я стану твоей женой, – и мысленно добавила –… в другой жизни.

– Но полукровок рожать не буду и не проси! – спохватилась, почему-то вспомнив Томрада.

– Ладно, – чёрные глаза лучились нежностью. Тугор потянулся ко мне и поцеловал.

А потом ещё. И снова. Долго-долго целовал, бережно обнимая, будто я сломаюсь от неосторожного движения.

И мне нравилось.

Мне всё очень нравилось.

[1] Неофициальный титул главы Телафарга

Глава 12

В отличие от завтрака, семейные ужины не были обязательным мероприятием. Каждый приходил, когда ему удобно. Или вовсе не приходил. Обычно половина мест была свободна, но не сегодня.

Большой зал был набит битком. Я и забыла, что Доалиренов так много. Дааны сидели на подлокотниках, друг у друга на коленях, стояли вдоль стен, сбивались в группки, шептались и дружно делали вид, что совершенно случайно пришли ужинать именно сейчас.

Вилена появилась одной из последних. Мне не удалось поговорить с ней, и сказать что всё хорошо. Я, хм… была занята. Очень-очень занята. А сейчас корила себя за это. Надо было хоть служанку отправить.

На даану было жалко смотреть. В своём светлом платье она походила на живого призрака. Молча, не поднимая глаз, она прошествовала к месту рядом с Тугором, поклонилась и села.

«Да посмотри ты, блин, на меня!!» – гипнотизировала я несчастную, но она отрешенно разглядывала стол перед собой. Зато Лиариар сияла как звезда на ёлке. Старшая, конечно, классная тётка, но мстительная и гордая. Не удивлюсь, если она держит под подушкой тетрадочку с тысячей способов унизить Вилену.

Я выжидательно посмотрела на Тугора. Даан, со страдальческим видом крутивший в руке бокал, вздохнул.

– Знаете, я тут подумал…

Восемь сотен ушей дрогнули. Разговоры стихли.

– …Раз уж вы с Раллейном заключили союз перед пламенем и семьёй, и Хранители огня подтвердили этот брак…

– Тугориар-р-р! – побагровела Старшая, сразу сообразив, куда ветер дует.

– …так может и мне найти новую жену?

– Что?!

Удивлённый ропот прокатился по залу. Даже я охренела. Какую ещё «новую жену»?! Мы так не договаривались!

– У тебя совсем мозги расплавились? – воздух вокруг Лиариар сгустился. Её волосы наэлектризовались и распушились. Столовые приборы начали мелко подпрыгивать. Майнар поспешил отдвинуться от жены.

– А что? – Тугор безмятежно пожал плечами, и обернулся к Вилене, – я, так понимаю, во время брачных церемонии никаких проблем не возникло?

Рыжая даана испуганно помотала головой.

– И никому из жрецов не явилось знаков, что ты не имеешь права выходить замуж?

Вилена снова покачала головой.

– Значит, ваш брак с Тирееном полностью официален и законен. А значит, я тоже могу жениться второй раз! – заключил Кровопийца, – Риа, не смотри на меня так! Напоминаю, я остался без наследников, а мне бы хотелось завести ещё парочку детей.

Повисло тягостное молчание. Вилки последний раз звякнули и затихли.

– Ты серьёзно? – холодно уточнила Старшая.

– Абсолютно, – Тугор кивнул, – будет здорово, если ты подберёшь несколько кандидаток. А я уже сделаю окончательный выбор.

Лиариар кинула злобный взгляд на Вилену, коротко кивнула и встала из-за стола.

Тугор взял за руку бывшую жену.

– Можешь возвращаться домой, – он коснулся губами её пальцев, – и прости меня, что не сберёг наших мальчиков.

Даана повторила жест, поцеловав его руку, и робко улыбнулась. Улыбка осветила её лицо с белоснежной, будто прозрачной кожей с россыпью веснушек. Её чистые голубые глаза засияли благодарным счастьем, и я замерла с бутербродом в руке, поражённая её красотой.

***

Вилена покинула Дихарам тем же вечером. Напоследок она буквально всучила мне изящные золотые серьги с гранатами. Я отнекивалась, как могла, но даана была непреклонна. Вездесущая Каруна часом ранее нашептала мне, что платье Вилены стоит раза в три дешевле любого из моих, так что возможно женщина отдала самое ценное, что у неё было.

Она уехала, счастливая и свободная. А мне вспомнилось, как Мезиф притащил живого кролика, а я тайком выпустила его. Мне тогда здорово досталось от наджаша. Что ж, за эту ушастую «наказание» будет куда приятнее. По крайней мере, я на это надеялась.

***

Я волновалась. Мы не обговаривали этого с дааном, но вряд ли он придёт ко мне сегодня просто спать в обнимку.

– Лаи, успокойся! – шипела я на себя, нервно крутясь перед зеркалом в шелковой сорочке.

Кольцо Лигара, наверное, надо снять… Я стиснула его в руке. Много раз я предлагала Тугору забрать его. Пусть сам таскает, запрёт в каком-нибудь сейфе или бросит в вулкан. Мне всё равно. Но Наследник и слышать об этом не хотел. Раз Великий отдал его мне, значит так и должно быть. Мы это даже с Томрадом обсуждали. Полукровка предложил два варианта.