Начав с самых дальних, которые унесло ветром почти за тридцать миль, мы стали собирать пострадавших. Зависнув над одним из них, мы с Стивом и Томом, обнаружили двенадцать безжизненных на вид тел. Все были ужасно истощены и почти дочерна загоревшие. Из чего я заключил, что они болтаются в океане не меньше трех недель. Пульс еле прощупывался, к счастью, все, даже двое совсем еще маленьких детей, были живы. Осторожно подняв их в мой флаер, и приказав ребятам, оставаться на плоту, (места в кабине уже не было), я помчался к наворачивающему круги в миле над нами грузовику.
Операция по спасению продолжалась до позднего вечера. Последних потерпевших, нам пришлось поднимать уже в темноте. Поднялся нешуточный ветер. Волны стали заливать последний плот, на котором мы обнаружили семерых, едва дышащих, сильно истощенных девушек.
Финал этой операции, прошел успешно, лишь благодаря отваге и мужеству моих помощников.
Когда мы поднялись на борт грузовика, нашим глазам предстала печальная картина. Везде, где только можно: и в каютах, и в коридорах, прямо на полу, лежали люди. Большинство не могли самостоятельно передвигаться. Так что моя команда, пока долетели к лайнеру, просто падала с ног.
Первыми, как ни странно, очнулись те самые девушки, которых мы вытащили в конце, практически из штормовых волн. Холодная вода и ветер, привели их в чувства.
Это были довольно симпатичные особы. Одна из них, блондинка с яркими голубыми глазами, придя в себя, улыбнулась усталой, но счастливой улыбкой, после чего слабым голосом попросила пить. Я протянул ей большой стакан, с витаминным комплексом, предназначенным специально на такой случай, и напившись, девушка без сил опустилась на подушку. Вторая, брюнетка с карими глазами, тоже сильно истощенная, и почти угольно черная от загара, придя в себя, оглядела нас, а затем, уставилась на такой же стакан с витаминным комплексом в моей руке. Я тоже осторожно помог ей напиться, однако она, выпив все до капли, знаками стала просить еще. Пришлось объяснять, что сразу много нельзя, и нужно чуть-чуть потерпеть. Когда девушка перестала жалобно поскуливать, я попросил коротко рассказать, кто они и откуда.
В итоге, выяснилось, что это такие же, как и мы, беженцы с ледяного континента.
По приказу Владимира, покидая порт, мы оставили в целости все оборудование и складские запасы для тех, кто тоже поплывет прочь от этого ледового ужаса.
Их большая компания, а точнее банда, состоящая из совершенно разных людей, объединенных целью выжить, пришла в порт, сразу после нашего отплытия. Обнаружив склады с продовольствием, они почти месяц пировали, после чего, решили все же, покинуть этот негостеприимный берег. Главным у них, был здоровяк по имени Томас, которого все звали - Коготь. У этого малого, на правой руке, по причине непонятной мутации, рос кинжало-образный коготь, которым он, по слухам, не раз пользовался для устранения недовольных. По словам Елены, той самой блондинки, в их компании, была гнетущая атмосфера страха и недоверия. Но увы, большинство из почти трех сотен человек, прибившихся разными дорогами к банде Когтя, понимали, что в одиночку им не выжить. Существовала вероятность, оказаться в виде жаркого на костре свихнувшихся каннибалов, либо стать рабом в другой, такой же банде, где ситуация будет гораздо хуже. На свою беду, эти парни повторили ту же ошибку, что и мы вначале. Они выбрали для путешествия, одну из двух шикарных яхт. Но даже после того, как удалось запустить двигатели, выйти в море, они не смогли. Акватория порта к тому времени, полностью замерзла. Так что, пришлось ждать потепления. Но даже и тогда, они с трудом пробились сквозь ледяные торосы, которые ветер нагонял с океана. Лишь чудом не повредив обшивку, они вышли на открытую воду, а спустя две недели, на судне начались серьезные проблемы. Видя, как тают запасы продовольствия, трюмы на яхте были не очень велики, а пассажиров было почти четыре сотни, капитан корабля, приказал резко сократить ежедневные пайки. Естественно, это не понравилось его подчиненным. Спустя несколько дней, капитан был убит, а его место занял другой, еще более жестокий темный. Этот, вообще, приказал кормить лишь тех, кто приносит пользу, а остальным, выдавать лишь по одному брикету сухарей, и маленькую бутылку воды в сутки. Его головорезы, по словам Елены, могли зайти в любое время дня и ночи, в любую каюту, и выбрав понравившуюся девушку, до утра насиловать ее. А после этого, запросто выбросить, как надоевшую куклу, за борт. Конечно, такие дела не могли остаться без внимания, и одним утром, десять помощников капитана исчезли с яхты. Нашли лишь одного, забитого до смерти, лежащего в трюме, на ящиках со спиртным. Капитан был вне себя от ярости, и приказал ежедневно убивать по одной девушке, пока, совершившие акт возмездия, не явятся с повинной. А через несколько дней, как гнев богов, разразилась страшная буря. Волны были высотой с девятиэтажный дом. Все, кто хоть что-нибудь понимал в морском деле, сознавали: их суденышко, которое, словно щепку швыряло бешеными валами, вряд ли переживет этот шторм. Потому самые разумные и понятливые, вняв их предупреждениям, надели спасательные жилеты, и собрались возле контейнеров с надувными плотами. Так что, когда одна из гигантских волн - убийц, обрушилась на судно, когда их великолепная, комфортабельная яхта, перевернувшись, пошла ко дну, спастись удалось лишь этим 92 несчастным.
Еще долго, пристегнувшись к плотам страховочными ремнями, они собирали выживших по бушующему океану. Затем, когда шторм стих, вылавливали всплывшие на поверхность контейнеры, в одном из которых оказалась питьевая вода.
В комплект спасательного плота, кроме радиомаяка, входит очень много полезного. В том числе и особые фонари с лазерным сигнальным устройством, свистки, которые можно услышать за несколько миль, а также рыболовные снасти, благодаря чему, им и удалось продержаться все это время.
Этим же вечером, мы поместили всех спасенных в лазарет. Думаю, пробыть им там придется долго. Высокая степень истощения, и прочие заболевания, вроде гастритов и язв, вынуждали еще немного помучить этих несчастных. В целом, на судне их приняли хорошо. Проблема была лишь в том, что среди спасенных, парней было всего 14, а остальные, включая семерых детей, принадлежали слабому полу. Некоторые из наших, поначалу были этим очень недовольны, но куда деваться? Майя, в отличие от прочих женщин, была рада, что мы спасли этих бедняг. Она, вместе со мной, сразу отправилась на мед-уровень, и до поздней ночи помогала устроить всех новоприбывших.
01.04.1268 Все это время занимался спасенными. Устал зверски, пишу через силу. В медблоке много проблем. Из-за скверного питания, почти у каждой второй, гастрит, а у каждой третьей язва. Встречаются также последствия переохлаждения, солнечные ожоги, и другие мелочи, которые нельзя оставлять без внимания. Мои помощники так выматываются за день, что ночуют прямо здесь в ординаторской.
05.04.1268 Стоим у большого острова, решили переждать сезон дождей. По мнению Лари, (как выяснилось, отличного специалиста климатолога), недели две нам придется здесь проторчать. Погода нелетная. Пришлось оставить наш грузовик на материке, милях в ста от острова.
11.04.1268 Дождь льет сутки напролет. Все устали. Океан штормит, но угрозы судну нет. Надоевший покер, бильярд, да нудные разговоры ни о чем, это, пожалуй, угроза куда большая. Вадим рапортует о нездоровом интересе к системам лайнера, со стороны неких лиц. Но я приказал пока никого не трогать. Все обязательно выйдет наружу. И тогда можно будет брать их за жабры.
17.04.1268 Впервые за несколько дней выглянуло солнце. Правда, ненадолго, но все очень обрадовались. Вода в океане, серая и мутная. С острова смывает грунты. Но я решил пока, не отводить корабль, здесь, вблизи высоких холмов, океан почти спокоен, чего нельзя сказать об открытой воде. Лари пробует охотиться. Пока продуктов хватает, но если такая погода, продержится еще пару недель, придется лететь к ним, с запасами.
25.04.1268 Дождь прекратился. Уже несколько дней дует свежий восточный ветер. Немного штормит, но стоять на приколе всем уже надоело, решили плыть дальше.
02.05.1268 Команда жалуется на тошноту. Странно, столько дней в море, а к морской болезни некоторые так и не привыкли.