- В данном случае твой рассказ принес пользу. Как я могу сердиться?
Эл занимала его беседой, чтобы окружающее менее тревожило его. Хети отвлекся и не смотрел по сторонам. Пока они беседовали, Матиус затерялся в закоулках города. Когда Эл заметила это, старик был уже по пути в состоятельные городские кварталы.
Дворцовая площадь была пуста, едва они поднялись по ступеням в галерею, раздался шум шагов. Алмейра стремительно, бегом вывернула из-за поворота. Эл встретила ее улыбкой и заметила:
- Ох, и попадет тебе сейчас.
Хети взглянул на королеву и попятился.
- Мальчик мой! - крикнула Алмейра, бросилась обнимать его. - Живой! Как?! Эл, как?! Радоборт разбудил меня и сказал, что видит Хети живым! Эл! Это ты? Ты его вернула?! Благодарю тебя! Благодарю!
Алмейра бросилась на колени и обняла ноги Эл.
- О, нет! - Эл возвела глаза к потолку.
- Благодарю тебя! Благодарю! - молила Алмейра.
Хети виновато стоял рядом, он наклонился и погладил Алмейру по волосам.
- Я прятался…
Эл приложила руку к губам в знак того, что он должен молчать. Хети умолк.
- Он был в храме, залез в ту галерею, откуда Матиус следит за огнями, он переждал бурю, по потом проспал пол дня.
- Почему Радоборт сказал, что он мертв, - не поднимаясь, прошептала королева.
- Великие тоже ошибаются. Каким Радоборт был после бури? Он не мог сказать, жив ли он сам, - сказала Эл.
Она подняла королеву и обняла ее. Та дрожала. Эл сильнее сомкнула объятия, девушка затихла.
- Я понимаю, ураган близко, ты видишь его и чувствуешь, тебе все труднее совладать с собой. Призови свое королевское самообладание и вспомни, что мои усилия ни к чему не приведут, если ты не будешь вести себя, как королева. Вспомни о своей матери, о величии твоего отца, о тех, кто отдал жизнь, чтобы этот город и этот народ жили. В память о них, в память о Ладо - будь стойкой. Ты будешь строить храм вместе со всеми, с достоинством подобающим твоему положению. Городу нужен правитель, а пока его нет, править будешь ты. Хети отныне тебе не только брат, он твой союзник, помощник и доверенное лицо. - Эл обернулась к Хети. - Слышишь, молодой человек. Отныне ты не младший брат, ты вырос. Я поручаю тебе следить, чтобы королева ни чем не нуждалась, ограждай ее от недобрых слов и дурного влияния. Теперь пришла пора тебе заботиться о ней.
Хети смутился, потом вытянулся в струну и уверенно кивнул.
Эл снова посмотрела на королеву.
- Забыла поблагодарить тебя за заботу, за то, что ты прислала вчера женщину, чтобы ухаживать за моими ранами, - сказала Эл.
Алмейра подняла голову, и ее взгляд стал тревожным.
- Я не посылала тебе помощь.
- Может быть, кто-то из горожан от твоего имени сделал так, - предположила Эл.
- Нет. Это кощунство пользоваться моим именем без моего разрешения.
Эл удивилась.
- Странно. Где Радоборт?
- Беседует со жрецом. Он решил поселиться во дворце.
- Вот как? - Эл усмехнулась и покачала головой. - Я иду к храму, ищите меня там. Хети, останься с королевой.
Она ушла, а Алмейра вновь обняла Хети и молчала.
Эл нашла у храма два десятка людей. Ее встретили с воодушевлением. Предложение таскать камни к храму приняли без возражений, и работа началась.
По городу разносилось известие о начале строительства, люди торопились посмотреть на разрушенную стену, каждый обнаруживший руины, приходил в смятение, не смотря на то, что половина еще вчера видел взрывы. Потом они тянулись маленькими группами, к холмам в долине. Люди переговаривались между собой, стояли, смотрели, но в итоге никто не ушел назад в город. К полудню Эл пришлось бросить работу и руководить строительством, она показывала планы, объясняла расположение стен, самые догадливые, кто понял ее быстрее, объясняли остальным, и задача переставала казаться трудной. Скоро над холмами царило то единение, какое она видела по пути в этот город. Эти люди умели строить, потому что после каждого урагана занимались этим. Эл выдохнула с облегчением, когда к вечеру сложили из блоков очертания фундамента. "Поверили. Поверили", - повторяла она про себя.
Так прошло два дня, но ни Алмейра, ни Радоборт не пришли ей на помощь. За усталостью, наступившей к концу второго дня, пришла обида. Эл их больше не ждала.
Работали ночью, как предполагали раньше, разделились на две группы, сменяя друг друга. Вечером третьего дня, в конец измученная усталостью, она села в промежуток между стенами и тут перед ней выросли фигуры Даниэля и людей из команды Ладо. Даниэль присел, взял Эл за подбородок и покачал головой.
- Так нельзя, - произнес он печально, - вы ее не бережете. Бедная девочка.
Он пытался напоить ее из своей фляжки, но Эл отвела его руку.
- Это вода, - пояснил Даниэль.
- У меня есть вода, - отказалась Эл.
Она хотела встать.
- Умоляю. Сиди, - стал протестовать Даниэль. - А если встанешь на ноги, то для того, чтобы отправиться в город и отдохнуть. Ты плохо выглядишь, прелесть моя.
- Я пойду в город, если кто-нибудь меня заменит, - сердито сказала она.
- Если ты позволишь, это буду я, - вызвался Даниэль.
- Что певец может смыслить в строительстве? - возразила Эл.
- Я неважный строитель, зато я чувствую гармонию, а потому знаю, как должно звучать это сооружение. Ты устанешь, потеряешь способность контролировать события, и твои помощники допустят неисправимую ошибку, поэтому позволь тебе помочь. Если воин может строить храм, почему его не может строить поэт, - с доброй улыбкой сказал Даниэль.
- А где поэт был раньше? - Эл сердилась и не скрывала этого.
- Мы, как и все думали, что ты ушла. Потом, когда ты возникла вновь, нам стыдно было предстать перед тобой. Но главная причина задержки в другом. Буря едва не убила Таниэля, Ладо спас его, но сам погиб. Мне и брату пришлось бороться за жизнь того, без кого наш союз не имеет силы. Маниэль остался с братом, а я поспешил к тебе с надеждой на прощение в сердце. Располагай мной. Я отслужу долг за нас троих.
- Вы мне ничего не должны. Таниэль будет жить?
- Да. Он послал тебе предостережение. В городе есть сила, которая пытается тебе помешать. Элли, я призвал этих людей охранять тебя.
- Ты знаешь, как строить стены? - спросила она.
Даниэль облегченно вздохнул. Вид у нее был хоть и усталый, но грозный, он опасался, что Эл прогонит его.
Он кивнул ей в ответ.
- Я пришлю Матиуса, он хоть и чокнутый, но неплохо разбирается в чертежах, - сказала она и поднялась. Эл выпрямилась, ощутила, как прохладный воздух скользит по щеке, и добавила. - Появился ветер. Это плохое известие. Даниэль, ты сделаешь большое дело, если убедишь людей не бросать работу, когда ветер станет сильнее. Это как последняя битва.
- Ты права, прелесть моя, - согласился Даниэль. - Я объясню людям. Ступай в город. Иди в дом Ладо.
Матиус нашел Эл в круглом зале дома Ладо. Она сидела в одном из кресел. Голова ее была положена на стол, руки вытянуты. Она спала. Старику стало жаль будить ее. Она мгновенно проснулась, когда он приблизился.
- А-а, это… ты, - Эл вздохнула, не поднимая головы, и потянулась, растопырив пальцы. - Матиус, что происходит?
- Своевременный вопрос. Эл, ты хотела, чтобы я помог на строительстве - это не очень правильная идея, - прошептал Матиус.
- Я рассчитывала на тебя.
- Через два дня ветер усилится, и я начну все путать.
- Это будет через два дня, за два дня ты много можешь сделать.
- Прости Эл, у меня нет твоих сил. Я обязан следить за огнями.
- Где Алмейра и Радоборт? Они не пришли, - в ее голосе слышалась сдавленная обида.
- Я и Алмейра искали изображение статуи. Мы не нашли само изображение, но нашли короткое описание. А еще мы нашли указание, что статуя стояла и в большом храме, но была похищена перед тем, как он рухнул. А еще среди глыб оставшихся от стены люди обнаружили постамент, он уже стоит в центре большого храма, - уже с гордостью сообщил Матиус. - Я все же был там, но мудрый Даниэль во всем разобрался сам, надо мной посмеялись, когда я стал давать им советы. Меня здесь никогда не ценили.