- Объясни мне, ну куда ты так спешила? Чем мы тут будем заниматься еще 20 минут? – Мисаки смотрела на подругу вопросительными глазами.
- Я хотела, чтобы ты успокоилась и подготовилась.
- К чему?
- К встрече с Такахиро.
- А зачем к ней готовиться? Все, как и раньше.
- Но ведь все изменилось?! Как ты можешь быть такой спокойной?
- А как ты была такой же, когда увидела Цубасу после вашего разговора? Ты ведь тоже сделала вид, что все хорошо. Вот и я так сделаю.
- Нашла чему у меня учиться...
- А что мне делать по-твоему? Сегодня концерт, нам нужно работать слаженно. К чему сейчас все эти разборки?
- Может ты и права...
Дверь в зал распахнулась, и на пороге появился Кристофер.
- Мне доложили, что моя сестра уже позавтракала и побежала на репетицию. Не терпится?
- Господи, у этой школы и у стен есть уши... Я просто хотела собраться, чтобы выложиться по максимуму на репетиции.
- Думаю лучше уже некуда! – из-за спины Криса выглянула голова Мацумото. – Доброе утро, Майя, Мисаки... – Парень посмотрел на Такахаши, она выглядела сегодня прекрасно: немного подкрученные волосы, совсем лёгкий макияж, и белое хлопковое платье. Девушка выглядела воздушной и мягкой... Мацумото начал пытаться вспомнить, а видел ли он когда-либо такую Мисаки, но понял, что вообще никогда не смотрел на ее внешний вид. Миса была для него сродни младшей сестры лучшего друга: тусуемся вместе, но она остаётся призраком. А теперь Такахиро посмотрел на девушку совершенно другими глазами. Неужели признание в ее чувствах так сработало? Или может причина в другом?
- Доброе, Такахиро. Как спалось? – Мисаки улыбнулась парню и направилась включать ноутбук.
- Я... Эээ... Хорошо, наверное...
- Что, Такахиро, забыл, как спал? – оттолкнул плечом Мацумото, в комнату продефилировала Эмилия. За ней аккуратно прошла Лука, которая тихонько всем помахала рукой.
- О, а это что за новости? – Майя удивлённо подняла одну бровь. – Ты что здесь забыла, Симова?
- Я вообще-то в вашей команде, забыла?
- Та то до лампочки, будь сколько угодно. Тут что ты делаешь?
- Хочу посмотреть на генеральную репетицию, а вдруг будут идеи, как сделать выступление лучше.
- У тебя бывают идеи? Я думала твой мозг забит парнями.
- Никого не хочу обижать, но тут я Майю поддерживаю. – В комнату зашёл Цубаса. – Такое ощущение что ты пришла всех рассорить, а не поддержать.
- Больно нужно! Ну и развлекайтесь! -Эмилия практически выбежала из комнаты, стукнув дверью.
- Извините меня ребята, мне нужно пойти и поговорить с ней... – Лука тихонько подняла голову. - Не обижайтесь...
- Все хорошо, Лука, иди. Мы все понимаем, - все ребята дружно закидали головами.
- Спасибо большое! Увидимся перед концертом! – Вслед за Эмилией ушла и Лука.
- Так странно, Такахиро, что ты не заступился за Симову...
- О чем ты, Цубаса? – Мацумото удивлённо посмотрел на соседа по комнате.
- Ну как это? Ты всегда на стороне Эмилии, даже если она ведет себя, как стерва. «Мила-тян, не переживай, они шутят», «Милочка, они просто не понимают твоей тонкой душевной организации..» - Накамура скорчил противно ванильное лицо, и защебетал, как влюблённый Такахиро.
Все разом начали смеяться. Конечно, ситуация была комичная каждый раз, когда Мацумото строился перед Симовой, но сейчас это было еще смешнее. Такахиро заулыбался, а в душе екнуло: неужели он вел себя вот так? Неужели он все это время не замечал ничего? Как же так? Когда он стал таким идиотом?...
Всеобщий восторг от репетиции был сродни веселью толпы на Таймс-сквер в канун Нового года. Эйфория перед предстоящим концертом охватили всех друзей. Теперь они начали верить всей душой, что смогут победить...
Кэй Карино с женой прибыл сразу после обеда. Майя и Кристофер уже ждали родителей, дабы рассказать о своих успехах в учёбе, и показать Одри школу. Эванс была в восторге от прекрасной территории и невероятной архитектуры школы. Переполненную чувствами женщину даже не расстроила Майина комната, которая напоминала убежище Лондонских бомжей.
Мисаки все время до концерта провела наедине с мамой в беседке, в которой они сидели с Такахиро после их приключения в лесу. Такахаши никогда не была сверх близка с мамой, но и не чувствовала, что они чужие люди. Наверное, это типичные отношения «мамы-дочки», но Мисаки хотелось большего. Она хотела иметь возможность быть ближе...
- Я горжусь тобой, Миса.
- Спасибо, мама...
Такахаши так хотелось быть ближе...
- Я действительно очень горжусь тобой, дорогая. Ты стала такой невероятной юной леди...
Мисаки широко открыла глаза и посмотрела на маму.