Они нырнули в ряды плотно посаженных абиссинских смоковниц, чтобы скрыться от посторонних глаз и ушей.
— Твой брат всех нас погубит! — выдохнула Белла, отпустив, наконец, своего пленника.
— Что он натворил? — меняясь в лице, переспросил Рудольфус, которого состояние Рабастана в последнее время тоже настораживало.
— Ты знал, что он встречается с Миллисентой Мерсер? — в лоб спросила Белла.
Брови Рудольфуса поползли вверх.
— Я? Н-нет, — обескуражено ответил он, — замечал на тренировках, что они как-то сдружились, но не думал… а это точно?
— Она сама мне сказала! Только что! Руди, ты можешь себе это представить? Они встречаются с декабря! Вот почему у него проблемы с учебой и с головой!
Рудольфус выглядел ошарашенным.
— Дает братец, — только и смог он выговорить.
— Ты понимаешь, что все это значит? — продолжала Белла. — Миллисента может нас в чем-нибудь заподозрить! Если, конечно, он ей уже все не рассказал!
У Рудольфуса по лицу проскользнул ужас, и Белла поняла, что он брату не доверяет.
— Ты думаешь, Рабас мог так поступить?! — округлив глаза, переспросил он.
— Да откуда же я знаю! — воскликнула Белла. — Не буду же я у нее спрашивать!
— Надо немедленно с ним поговорить! — решил Рудольфус и уже было собрался идти. — Где он?
— Подожди, — Белла преградила другу путь. — Я думаю, нам надо от него избавиться.
— Что?! — не поверил своим ушам Рудольфус. — Ты решила убить Рабаса?!
— Да нет же! — раздраженно воскликнула Белла. — У тебя, что, одни убийства на уме? Я предлагаю отправить его домой. Пускай прикинется больным или что-то в этом роде. А мы все сделаем без него.
Рудольфус задумался.
— Нет, — наконец, изрек он. — Чтобы бросить учебу, нужны веские основания, а он даже ничем не болен. Так нельзя.
— Да он же всех нас сдаст! — не выдержала Белла.
Рудольфус бросил на нее укоризненный взгляд.
— А ты сам не видишь, что с ним происходит? — возмутилась Белла. — Для него это все слишком! Вдруг он не выдержит? И еще Мерсер… она его точно расколет. Уж поверь мне!
Рудольфус схватился руками за голову и медленно опустился на траву. Белла села рядом.
— А если все-таки мы оставим его здесь? — уклончиво поинтересовался он, наконец.
Белла нахмурилась и, сорвав с дерева несозревшую смокву, стала задумчиво перебирать ее пальцами, точно это помогало размышлять.
— Тогда пусть они расстанутся, — наконец, решила она, безжалостно швырнув ценный плод на землю.
— Не слишком ли это? — усомнился Рудольфус, сощурив правый глаз.
— Слишком? — возмутилась Белла. — Подвергать нас такому риску — вот это, я считаю, слишком!
— Надо поинтересоваться бы, какие чувства он к ней испытывает, — сердобольно предложил Рудольфус, отчего Белле захотелось вцепиться в его только что взъерошенные им самим же волосы и хорошенько встряхнуть.
— Чувства? — взвизгнула она. — Ты серьезно собираешься ради его чувств провалить задание Темного Лорда и сесть в тюрьму?!
— Ну, может, Мерсер не так уж опасна?
Белла второй раз подавила желание совершить над другом какое-нибудь физическое насилие в просветительских целях. Неужели она одна понимает, кто такая Миллисента?
— Да она же себе на уме! Если она что-то узнает, то сразу, может, и не сдаст, но будет вечно висеть дамокловым мечом у нас над головой. И вот тогда уже наверняка придется ее убить!
Перспектива двойного убийства Рудольфусу явно не понравилась.
— Хорошо, — решительно проговорил он, поднимаясь на ноги и одергивая мантию. — Где, ты говоришь, видела Рабастана в последний раз?
Через несколько минут они обнаружили его все в той же Выручай-комнате. Кажется, он даже позы не изменил с тех пор, как Белла ушла. Вот так и простоял на одном месте, флегматично созерцая голые стены.
— Ты должен расстаться с Мерсер, — выпалила Белла с ходу без вступлений.
Рабастан в ставшей для него уже обычной манере, округлил глаза и уставился на брата и подругу так, точно их не узнавал. Затем, немного осмыслив услышанное, выдавил из себя:
— Ч-что?
— Мы все знаем, — безжалостно продолжала Белла. — И другого выхода не видим. Либо ты с ней расстаешься, либо нам всем конец.
— Как ты мог скрывать это от нас столько времени! — горько прибавил Рудольфус. — А что, если она о чем-то догадалась?
Рабастан не изменил выражения глаз, и трудно было понять, как он воспринял услышанное.
«Отвесить бы ему пощечину!» — подумала Белла, и вполне бы могла это сделать, если бы друг и дальше продолжал так тормозить.