Беллатриса снова не удержалась от рьяного кивка, поскольку этот вопрос был для нее наболевшим.
— Что ж, я удивлен тем, как вы справились с моим заданием, — одобрительно проговорил он, обводя взглядом всех четверых.
Беллатриса неотрывно следила за ним глазами, больше не прячась за спины друзей.
— Вы сумели доказать свою преданность и полезность. За это вы будете удостоены чести войти в число моих ближайших союзников, — с этими словами он встал из-за стола.
Остальные моментально сообразили, что нужно следовать за ним, и послышался шум торопливо отодвигаемых тяжелых деревянных кресел.
Лорд вышел на середину комнаты, а друзья выстроились перед ним в шеренгу.
— Черная метка — это не просто рисунок у вас на руке, — вдохновенно проговорил Волан-де-Морт. — Она навеки свяжет вас со мной и друг с другом. Я немногих удостаиваю этой чести, но от избранных потребую безоговорочной верности и служения нашей общей цели до самого последнего вздоха.
Он испытующе оглядывал присутствующих.
— Мы готовы, мой Лорд! — вдруг восторженно воскликнул Крауч, делая шаг вперед.
Он быстрым и решительным жестом закатал рукав, обнажив внутреннюю сторону левой руки.
Остальные трое изумленно на него покосились.
Волан-де-Морт лишь насмешливо ухмыльнулся.
— Выбор делается однажды и навсегда, — зловеще проговорил он, впиваясь в Крауча взглядом и занося над ним свою волшебную палочку. — Если когда-нибудь вы перестанете быть Пожирателями смерти, смерть сама настигнет вас. Я лично позабочусь об этом.
Крауч оцепенел, а Темный Лорд стал произносить какое-то длинное и сложное заклинание на непонятном языке. Вдруг из его палочки вырвалось нечто напоминающее тонкую струйку пара, только не светлую, а темную. Оно изогнулось и прицельно вонзилось Барти в предплечье. Тот вскрикнул и другой рукой схватил себя за локоть, с искаженным от боли лицом наблюдая, как на его коже постепенно проявляется небезызвестный рисунок.
Когда все закончилось, он, силясь унять дрожь, на ватных ногах отступил назад, возвращаясь в строй.
Настала очередь Рудольфуса. В тот момент, когда непонятная субстанция коснулась его руки и стала выжигать на ней Черную метку, он на мгновение зажмурился, но никаких звуков или иных реакций на боль не выказал. Рабастан в момент нанесения метки издал негромкий сдавленный стон, точно не ожидал, что это может быть настолько больно. Когда очередь дошла до Беллатрисы, и темная извивающаяся дымка коснулась ее кожи, практически ни один мускул не дрогнул в лице девушки, хотя ощущение было таким, точно к руке приложили раскаленный металл. Собрав в кулак всю свою волю и пытаясь дышать ровно, Белла оценивающе наблюдала, как на коже вздувается черный рисунок с кровавой окантовкой. Зрелище было жуткое и тошнотворное, но совладать с собой и продемонстрировать стойкость характера было для девушки делом чести. Торжествующе улыбаясь, она подняла на Волан-де-Морта благодарный взгляд. Он смотрел на нее с привычным любопытством, и Белла не смогла понять, было ли ее самообладание как-то оценено.
— Отныне вы вправе и обязаны присутствовать на собраниях Пожирателей смерти, а также немедленно являться по моему зову и выполнять все то, что я вам прикажу, — холодно объявил Темный Лорд. — А пока можете идти. Сегодня вы мне больше не нужны.
Поклонившись ему, друзья покинули комнату, все еще находясь под сильным впечатлением от случившегося. Они не собирались расходиться, желая выпить по чашке чая или даже чего-нибудь покрепче и обсудить это своеобразное посвящение в Пожиратели. Но Белла еще никогда не хотела остаться наедине с собой так сильно, как в тот момент. Внезапно она ощутила, что в произошедшем для нее было нечто, чем она не могла поделиться с остальными.
Сославшись на усталость, девушка пожелала друзьям спокойной ночи и отправилась в свою спальню.
Она уселась на кровать, поджав под себя ноги, и стала внимательно разглядывать ожог. Боль усиливалась и, судя по характеру раны, должна была продлиться, как минимум, еще несколько дней, но для Беллы это было не главное. Куда больше ее мучил вопрос, оценил ли Темный Лорд ее храбрость и то, что именно она применила Аваду Кедавру? Понял ли он, что для нее Черная метка — это не просто тщеславие или чувство долга, а что она больше всего на свете жаждет бороться за права волшебников?
Масштаб личности Волан-де-Морта поражал ее, и она ужасно хотела заполучить его благосклонность. Он не только выступал за те идеалы, которые она разделяла, но был достаточно силен и дерзок, чтобы довести свои планы до воплощения. Белла намеревалась заслужить его уважение и попасть в круг самых приближенных сторонников и доверенных лиц, только так она могла осуществить свои планы и продолжить дело знаменитой Араминты Мелифлуа, а, возможно, даже превзойти ее. Ведь, в конце концов, бабушка добивалась принятия антимагловских законов, а внучка совершила то, что поставило ее саму выше закона. Она уничтожила врага, не спрашивая разрешения общества и глупых министерских чиновников. И это только начало ее пути.