Едва Белла вышла за пределы комнаты, как сразу же трансгрессировала, оказавшись во дворе собственного дома.
«Надо найти подходящее для упражнений дерево…» — лихорадочно думала она, озираясь.
— ТРИССИ! — вдруг донесся до нее крик матери.
Та только что выбежала на крыльцо.
— ЧТО? — раздраженно отозвалась Белла, не желая терять ни минуты.
— ТАК ЧТО ТЫ РЕШИЛА?
— В СМЫСЛЕ?
— НУ НАСЧЕТ БРАКА!
— А-а… — протянула Белла, сообразив, о чем речь. — Да, я выхожу замуж за Руди.
— ЧТО? — переспросила мама, перегибаясь через перила, вероятно полагая, что так будет лучше слышно.
— Я ВЫХОЖУ ЗАМУЖ ЗА ЛЕСТРЕЙНДЖА! — нетерпеливо прокричала дочь в ответ.
Друэлла радостно всплеснула руками, и ее лицо, секунду назад бывшее крайне озабоченным, счастливо просияло. Но Белла этого уже не увидела, потому что, присмотрев подходящую мишень в отдаленном углу сада, вовсю продиралась к ней сквозь бурьян.
Свадьбу было решено назначить на август, отчасти для того, чтобы хватило времени на подготовку, отчасти для того, чтобы Цисси успела вернуться из Хогвартса и принять деятельное участие во всех приготовлениях, потому что, едва узнав о том, что вопрос с браком Беллы решен, она в ультимативной форме заявила, что, если сестра выйдет замуж без нее, то она до конца жизни не будет с ней разговаривать.
Приготовлениями занимались обе счастливые мамы и нанятые ими многочисленные помощники, организаторы, портные и прочие лица. Беллатриса ни во что не вникала, но периодически до нее доходили слухи о том, какой торт заказали, каким шелком драпируют парадную залу особняка Лестрейнджей и сколько фунтов взрывчатого вещества заказали для праздничного фейерверка. Спустя месяц с начала подготовки у невесты стали закрадываться подозрения, что по своему масштабу и уровню организации это событие может превзойти Международный конгресс высшей магии, который совсем недавно с помпой проходил неподалеку от Лондона.
От созерцания списка приглашенных Белле и вовсе стало плохо. Даже беглого взгляда на длинный пергамент ей хватило, чтобы понять, что на торжество приглашена половина Министерства Магии, а также все чистокровные волшебные семейства со всеми своими ветвями, племянниками и прочими сродниками, не считая, разве что, предателей крови вроде Сириуса и Андромеды.
Такой грандиозный размах мероприятия Беллу несколько пугал. Не то, чтобы она не любила быть в центре внимания, однако роль наряженной куклы в белом платье, которую выставят на всеобщее обозрение, не сильно ее прельщала.
— Я не хочу пышной свадьбы! — перепугано сообщила она Рудольфусу, все еще держа в руках свиток со списком приглашенных, последние имена которого волочились по полу.
Рудольфус отвлекся от чтения иллюстрированного каталога последних моделей метел и бросил на список ироничный взгляд.
— Как скажешь, — зевнул он, поднимаясь с кресла и подходя к ней. — Я бы вообще обошелся без свадьбы и сразу перешел к тому, что следует после, — с этими словами он недвусмысленно приобнял ее за талию и зарылся лицом в волосы.
— Тьфу! — выругалась Белла, высвобождаясь из объятий и комкая километровый пергамент. — Я же серьезно!
Провожаемая его веселым смехом, девушка отправилась на поиски того, до кого ей удастся достучаться.
И мама, и будущая свекровь проявили поразительное единодушие и твердость, сообщив, что ни за что на свете не согласятся на скромное торжество, тем самым позоря оба именитых семейства, и, деликатно отобрав у обескураженной невесты помятый список, посоветовали ни во что не вмешиваться.
Лишенная деятельной поддержки собственного жениха, Белла, стиснув зубы, отступила, решив оставить все, как есть. Но настоящий кошмар начался в июле, когда приехала Нарцисса. Она, как это обычно бывает, совершенно внезапно для всех родственников выросла и превратилась в бойкую пятнадцатилетнюю девушку, не уступающую средней сестре силой характера. Оказалось, что, едва узнав о готовящейся свадьбе, Цисси разработала свой собственный проект, продумав его до мельчайших деталей: от свадебного платья до цвета салфеток. Железной хваткой вцепившись и в нынешних, и в будущих родственников, она чуть ли не взяла организацию торжества в свои руки, пытаясь сделать и поменять под свой вкус все, что еще можно было делать и менять.
Невеста лишь с ужасом смотрела на весь этот дьявольский ажиотаж, мрачно качала головой и жаловалась друзьям.
— Раз тебе все не нравится, почему сама не занимаешься подготовкой своей свадьбы? — резонно поинтересовался Рабастан.