— Нет, это я, — буркнула Белла недовольно. — Оно весит, наверное, тонну! Жду не дождусь, когда смогу от него избавиться!
Рудольфус засмеялся, не смотря на ответственность момента.
— Ну в этом деле ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — негромко проговорил он.
Белла ничего не успела ответить, поскольку представительного вида волшебник, стоящий прямо перед ними, многозначительно кашлянул, привлекая внимание пары, и, убедившись в том, что все готовы к началу церемонии, завел свою традиционную, насыщенную витиеватыми оборотами торжественную речь. Минут пять, а то и десять ушло у него на описание всей прелести и священности брачных уз, и лишь потом он перешел к прямым вопросам.
— Рудольфус Реджис, берете ли вы Беллатрису Друэллу в законные жены?
— Беллатрису еще куда не шло, но вот Друэллу!!! — тихонько прыснул Рудольфус. — Предупреждать надо, когда у тебя такое второе имя.
— Да бери уже! — сквозь зубы процедила невеста, незаметно толкнув его локтем.
— Беру! — громко и весело объявил он на весь зал.
— А Вы, Беллатриса Друэлла, берете ли Рудольфуса Реджиса в законные мужья?
— Ну разумеется! — отозвалась она звонко и нетерпеливо, забыв о том, что отвечать следует установленной формулировкой.
В рядах зрителей раздалось приглушенное хихиканье.
— Объявляю вас соединенными узами до скончания ваших дней! — сдерживая улыбку, провозгласил волшебник, который за все годы своей работы еще никогда не встречал такой странной и забавной пары.
Далее присутствующим могло показаться, что невеста со всей страстью кинулась в объятия жениха. На самом же деле, измученная тяжестью своего платья, она ужасно обрадовалась возможности на ком-нибудь повиснуть и хоть на мгновение расслабить уставший позвоночник.
— Успокойся, дорогая, я твой на всю оставшуюся жизнь, — с улыбкой проговорил Рудольфус, как бы извиняясь перед гостями за чересчур эмоциональное поведение своей новоиспеченной супруги.
Обе матери в первом ряду растроганно прослезились.
Белла нехотя отпрянула, и, стараясь сохранять счастливое выражение лица, с трудом расправила плечи.
Она очень надеялась на то, что теперь все кончено, и можно будет сесть за стол, но не тут-то было.
Каждый… КАЖДЫЙ(!) без исключения гость желал лично подойти к новобрачным, поздравить их и сфотографироваться.
— Какая вы красивая пара! — говорили они. — Пусть ваша совместная жизнь будет долгой и счастливой! — желали они.
Белла широко улыбалась в ответ, стараясь при этом не слишком явно скрежетать зубами.
Гостей насчитывалось всего сотни две человек, но казалось, что их тысячи и десятки тысяч!
— Смотри-ка! Крауч идет со своей француженкой! — вдруг удивленно воскликнул Рудольфус, указывая куда-то рукой. — А я-то думал, он про нее наврал!
Белла проследила за его жестом и действительно увидела Барти под руку с миловидной блондинкой. Она казалась тонкой и изящной, словно балерина. Ее белое личико в форме сердечка было спрыснуто россыпью мелких веснушек, а из-под светлых ресниц наивно смотрели на мир большие голубые глаза. Мужская половина гостей, видимо, находила девушку привлекательной, и многие задерживали на ней свой взгляд, а Крауча прямо-таки распирало от гордости.
История появления француженки была примечательной. По настоянию отца Барти был вынужден принять участие в том самом Всемирном конгрессе высшей магии, который недавно проходил в Британии, в качестве перспективного молодого волшебника. Однако, пытаясь всеми правдами и неправдами насолить папаше, сын направил свою энергию не на повышение магического мастерства, а совсем на другие цели, и каким-то мистическим образом покорил сердце юной волшебницы из французской делегации.
— Познакомьтесь, это Меланú, — важно заявил он, когда пара приблизилась.
Мелани смущенно улыбнулась.
— Позд’гавляю вас! — проговорила она восторженным голосом, и, взяв Беллу за руку, точно давнюю подругу, прибавила, — Вы п’гек’гасный па’га! Желаю вам много-много счастья!
— А она очень даже ничего, — заметил Рудольфус, едва они удалились.
— Брось! Она ведь не в твоем вкусе, — раздраженно отозвалась Белла.
— Как это не в моем? — оторопел Рудольфус. — С чего ты взяла?
— Ты же столько раз говорил, что тебе не нравятся бесцветные блондинки, и что они напрасно мнят себя красавицами.
— А я уж решил, что ты подумала о себе, — засмеялся он.
Белла угрожающе посмотрела на него исподлобья.
— Может, хватит уже сегодня меня подкалывать?