Прикосновение было таким точным и аккуратным, словно это была рука хирурга.
Сердце у девушки застучало, а разум, как ни странно, прояснился. Она испытала неведомый ранее прилив силы и уверенности в себе.
— Тобой движет гнев, — негромко проговорил он, — но, гнев — это признак слабости. Ты не овладеешь магией в совершенстве, до тех пор, пока не овладеешь собой. Никогда не считай жертву равной себе. Причиняя ей страдание, ты должна чувствовать свою власть и упиваться этой властью.
Эти слова вошли Беллатрисе в голову так прочно, как если бы она находилась под заклятием «Империус», лишь с той разницей, что она прекрасно осознавала и ощущала происходящее. От волнения у нее даже дыхание сбилось.
— Круцио! — выдохнула она и вздрогнула от того жуткого звука, который издала Хоуп Хаггард.
Если бы не Волан-де-Морт, Белла, вероятно, опустила бы палочку.
— Держи, держи! — воскликнул он, сильнее сжимая ее запястье.
Женщина кричала пронзительно, точно неупокоенная душа, запрокинув голову и содрогаясь всем телом. От конвульсий она сползла с кресла и свалилась им под ноги.
— Пожалуй, пока хватит, — решил Темный лорд и отпустил руку ученицы.
Заклинание моментально перестало действовать.
Не будучи в состоянии пошевелиться, Хоуп Хаггард лежала лицом вниз и тяжело дышала.
— Теперь сама, — приказал Волан-де-Морт, делая шаг в сторону.
Белла сосредоточенно уставилась на валяющееся у нее под ногами тело. Лишившись поддержки своего учителя, она сильно засомневалась, что у нее что-либо выйдет, и медлила.
— Давай же! — в сердцах воскликнул Волан-де-Морт. — Что здесь сложного! Ты ведь освоила Аваду Кедавру, а она гораздо труднее!
Подстегнутая этим криком, Белла взмахнула палочкой и воскликнула «Круцио!», вспоминая приятное ощущение, испытанное минуту назад, и желая повторить его.
— А-а!!! — завопила женщина, захлебываясь от рыданий.
«У меня получилось!» — торжествующе подумала мучительница.
Удерживать палочку было трудно, точно приходилось тянуть за невидимый канат, и, чувствуя, что теряет силы, Белла решила остановиться, однако результат все равно уже был достигнут.
— Теперь ты поняла, что ненависть может быть ничуть не менее приятна, чем любовь? — с удовлетворением проговорил Темный лорд.
Белла кивнула, все еще пребывая в состоянии непонятной эйфории.
— Уходим, — хладнокровно скомандовал Волан-де-Морт. — А ты закончи дело и догони нас.
Он стремительным шагом покинул комнату, и трое Пожирателей последовали за ним.
Долохов в последний момент обернулся и одарил Беллатрису полным ненависти взглядом.
— То ли еще будет! — чуть слышно прошипела она в ответ.
Убив Хоуп, девушка вышла на улицу и испытала несказанно облегчение от возможности вдохнуть свежего ночного воздуха.
В черном небе, затмевая луну, уже сияла зеленым светом гигантская Черная метка.
Белла никак не могла оторвать от нее взгляд, так и стоя с запрокинутой головой и выражением непреходящего восхищения на лице. Подумать только, а ведь ей и собственная метка казалась впечатляющей, но до чего же жалкой она была по сравнению с этим!
Однако насладиться зрелищем в полной мере ей не дали, ибо последовала команда незамедлительно трансгрессировать назад в штаб-квартиру.
Скорости журналистов можно было только позавидовать. Уже на следующее утро произошедшее попало во все газеты. Заголовки были один кошмарнее другого:
«Зеленый череп возвращается».
«Таинственный убийца атакует снова».
«„Смертельные“ поправки Хоуп Хаггард».
Ежедневный пророк описывал происшествие наиболее красочно и детально: «пять трупов!» … «среди них два ребенка, младшему из которых не было и года!» … «следствие воздерживается от оглашения версий, но едва ли у кого-то возникают сомнения в том, что причиной убийств стала деятельность погибшей в защиту маглов и ее предложения по поводу внесения изменений в Международный статут о секретности» … «волшебное сообщество вновь потрясено и пребывает в панике».
— До тех пор, пока убийца на свободе, никто не может чувствовать себя в безопасности… — закончил Рабастан цитировать статью и положил газету к куче других изданий, которыми в то утро был завален весь стол.
— Всех не переловят! — фыркнула Беллатриса, с удовольствием обгладывая виноградную гроздь.
— Такими темпами до нас они точно не доберутся, — заметил Рудольфус, протягивая руку к кипе газет и извлекая оттуда «Волшебный еженедельник».