— Да, Белла, иного пути на платформу девять и три четверти нет, — подтвердил отец ее худшие опасения.
«Какой ужас! — подумала она, брезгливо погружаясь всем телом в камень. — Чего только не придумают, чтобы скрываться от маглов!»
Убедившись, что ее волосы не застряли в кирпичах, Белла смогла, наконец, оглядеть легендарную платформу. Вид толп учеников, оживленно снующих туда-сюда с тележками и чемоданами, навевали на нее ощущение восторга и радостного возбуждения. Она редко бывала в таких людных и шумных местах, и ей трудно было поверить, что заточение в четырех стенах с родителями и сестрами наконец-то сменится новым, многообещающим этапом в жизни.
До отправления поезда оставалось еще минут двадцать, поэтому школьники не торопились садиться в вагоны. Каждого ученика окружала целая толпа провожающих родственников, с которыми хотелось побыть подольше.
— Эй, малявка Би! — вдруг услышала Белла за спиной знакомый голос, от которого ее всегда передергивало.
— Какого черта тебе надо, придурок? — огрызнулась она, злобно прищурившись.
— Что ты тут забыла? — насмешливо улыбнулся Сириус, сложив руки на груди. — Неужели тоже получила письмо? Ты уверена, что оно не поддельное? Может, тебя кто-то разыграл? Сквибов не берут в Хогвартс.
— Я покажу тебе сквиба! — гневно выкрикнула Белла и резким движением достала из кармана волшебную палочку.
— Вы посмотрите, она и палочку где-то украла! — захохотал Сириус.
Прежде чем девочка успела что-либо ему ответить, между ними встала Друэлла.
— А ну прекратите немедленно! Трисси, сейчас же убери это!
Белла нехотя спрятала волшебную палочку обратно и угрожающее зыркнула на неприятеля, одним глазом выглядывая из-за материнского плеча.
«Ну подожди, вот только доедем до Хогвартса!» — гневно подумала она.
— Сириус, а где твои родители? — спросила Друэлла, пытаясь отвлечь на себя его внимание. — Я почему-то еще не встретила их сегодня.
Сириус начал что-то ей отвечать, но их прервала подбежавшая сзади Дромеда.
— Мама, нам уже пора! Если мы не сядем в поезд прямо сейчас, то не найдем свободное купе.
— Ах да, конечно, — спохватилась та, оставив племянника в покое.
Настало время расставаться. Мать крепко обняла дочерей, отец долго держал каждую из них за руки, желая удачи и успехов в учебе, а Цисси даже всплакнула и взяла с сестер обещание каждую неделю присылать ей письма.
После всех этих трогательных сцен сестры, наконец, оказались в ближайшем вагоне, и хотя в нем было полно свободных мест, Дромеда настояла на том, чтобы пройти дальше.
Они миновали чуть ли не половину состава, прежде чем старшая сестра нашла нужное купе.
— Меда! — хором приветствовали ее две пассажирки, едва та успела открыть дверь.
— Ирма! Эверли! — воскликнула, в свою очередь, Дромеда, кинувшись их обнимать.
Оглушенная таким бурным изъявлением чувств, Беллатриса вжалась в стену, чтобы не быть задавленной.
— Девочки, познакомьтесь, это моя младшая сестра Белла, о которой я вам рассказывала, — опомнилась, наконец, Дромеда. — Белла, а это Ирма Томпсон и Эверли Вуд — мои самые лучшие подруги!
В подтверждение того, что они «лучшие», подруги радостно завизжали.
— Очень приятно! — прощебетала Ирма.
Она была невысокого роста, пухлая, с округло стрижеными волосами, практически «под горшок», таким же круглым лицом и в очках с оправой вызывающего лилового цвета.
— И мне! — присоединилась Эверли.
Вторая девочка, напротив, была худой, высокой, с длинными светлыми волосами, разлетающимися во все стороны, точно пух, и красноватой кожей.
Как ни странно, но при такой разительной разнице внешних данных, обе подружки были каким-то мистическим образом похожи между собой, то ли выражением лица, то ли манерой речи, то ли истерическим восторгом в глазах.
Белла сдержанно улыбнулась и кивнула, надеясь, что этого хватит для того, чтобы выразить свою радость новому знакомству.
— Ну, рассказывай! Что нового? С ума сойти, сколько мы не виделись! — закончив с церемониями, тут же накинулись подруги на Дромеду.
— Да вроде ничего особенного… — отвечала она. — А вы, кстати, уже прочитали новый роман Фриды Фишер?!
— Осенняя омела! — воскликнула Ирма, всплеснув руками. — Он просто потрясающий! Я перечитывала его все лето!
— А мне было ужасно жаль Абигейл, — с грустью прибавила Эверли.
— Мне тоже, — согласилась Дромеда, — но ведь она отказалась от магии ради любви…
— В смысле? — вдруг встряла в разговор Белла, которая до сих пор скромно сидела в углу и не подавала голоса.