Крауч многозначительно приподнял брови.
— Да, ты прав. Хуже уже быть не может, — недовольно пробормотала она и нехотя обнажила свой парикмахерский кошмар.
Рудольфус опять запрокинул голову в приступе хохота.
— Планарум! — произнес Барти, и Белла ощутила, как что-то скользнуло по ее щекам.
Она поспешно поднесла зеркало к лицу и изумилась. Волосы стали абсолютно прямыми и гладкими. Аккуратные пряди обрамляли лицо, словно черный шелк.
— Ух ты! — выдохнула она. — Барти, да ты просто гений!
Еще несколько девочек в гостиной были удивлены не меньше нее, и подошли поближе, чтобы лучше рассмотреть прическу.
— Ну ты и пижон, Барти! — покачал головой Рудольфус. — А кудри ты себе часом не навиваешь?
— Это заклинание вообще не для волос, — оскорбился Крауч, — им разглаживают одежду и много чего другого.
— Ну я ж говорю — пижон! — саркастически усмехнулся Рудольфус. — Расхаживаешь тут в наглаженной мантии, как председатель Визенгамота!
— И ничего я не расхаживаю! И, вообще, никакая она не наглаженная! — начал было оправдываться Крауч, обескуражено разглядывая свою мантию под заливистый хохот лучшего друга.
— Завали, Руди. Просто признай, что Барти — офигенный маг! — проговорила Белла, все еще любуясь своим отражением.
На лице Крауча засияла самодовольная улыбка.
— Белла, а ты помнишь про испытание? — вдруг поинтересовался Рабастан.
— Ой, Рабас, давай не сейчас, — поморщилась она. — У меня и так был ужасный день.
— Но ведь оно уже завтра.
— Да ты что! — Белла чуть не уронила зеркало. — Почему же ты раньше молчал? Я совсем об этом забыла!
— Да я и сам забыл, — посетовал он. — Нам Оливер сейчас напомнил за обедом.
— Но надо же что-то делать! — панически воскликнула Белла, вскакивая с кресла. — Руди, Барти, вы должны нам помочь! — Она решительно двинулась на них.
— Нет-нет, даже не проси! — Рудольфус замахал руками и попятился.
— Но у вас нет другого выбора! — продолжала она наступать. — Вы же не допустите, чтобы мы провалились? Кстати, что тогда будет?
— Без понятия, — Рудольфус пожал плечами, — в прошлом году все прошли испытание. Это вы тугодумы.
— Что?! — разъяренно воскликнула она.
— Да подожди, не злись, — попытался урезонить ее Крауч. — Ты же уже почти догадалась.
— В смысле?
— Ты постоянно об этом говоришь.
— Барти, заткнись! Не смей подсказывать! — возмутился Рудольфус.
— О чем? — Белла нахмурилась.
— Ты все время говоришь, что хочешь научиться превращать людей в слизняков, — предположил Рабастан.
Белла приподняла правую бровь.
— Это правда? — она изумленно посмотрела на Крауча. — Мы, что, должны научиться трансфигурировать людей в слизняков? Это посвящение в Слизерин?
— Нет, но это неплохая идея! — засмеялся Рудольфус. — Хочешь учиться в Слизерине — сумей превратить своего врага в слизняка. Барти, если кто-нибудь из нас станет старостой, нужно будет обязательно устроить такое испытание!
Но Белле было не до смеха. Она стала напрягать память, пытаясь вспомнить какое-нибудь заклинание или зелье, о котором бы часто говорила в последнее время.
— Та-ак… мы сейчас проходим заклинание ножниц… может, я говорила о нем? Или про Гербицид?
— Нет, Беллс, — не выдержал Рудольфус. — Это то, по поводу чего ты все время ноешь!
— Да ну вас к черту! — она вернулась в свое кресло и плотнее закуталась в плед. — Плевать я хотела на ваше «посвящение». Меня не выгонят из школы из-за какого-то дебильного испытания!
— Ну, как знаешь, — ухмыльнулся Рудольфус, усаживаясь в кресло напротив.
Он достал из своего рюкзака журнал «Время квиддича» и стал лениво его перелистывать.
Рабастан и Барти тоже сели неподалеку и стали доставать учебники и пергаменты, чтобы заняться домашним заданием.
— Рабас, одолжи мне «Историю магии», — попросила Белла. — Лень идти за ней в спальню.
Тот порылся в рюкзаке и протянул ей книгу.
Она открыла заданный к следующему уроку параграф и стала читать убористый занудный текст, изо всех сил пытаясь сосредоточиться и не думать о проклятом испытании.
«Хотя упоминания о волшебстве содержатся в исторических источниках, датируемых несколькими тысячами лет назад, наиболее известной и успешной из ранних волшебников традиционно считается Геката, проживавшая на территории Древней Греции приблизительно в восьмом веке до нашей эры. Поскольку в древности волшебный и магловский миры не были отделены друг от друга, колдуны и ведьмы не скрывали своей одаренности и даже периодически оказывали маглам различные услуги вроде помощи в житейских и профессиональных нуждах. Геката была популярна среди современников как мастер зельеварения, в особенности, приворотных зелий. Также она, по всей видимости, хорошо владела боевой и темной магией, поскольку к ней часто обращались за помощью в военных делах. Кроме того, Геката была анимагом. Широко известна история о том, как в обличии медведя (по другим сведениям — кабана) она убивает собственного сына, а затем возвращает его к жизни. Однако, едва ли, речь здесь идет о воскрешении мертвого. Скорее всего, сын Гекаты был смертельно ранен, но она успела исцелить его с помощью волшебства. К сожалению, сведений о том, какие именно зелья и заклинания использовала Геката, не сохранилось…»