— Хм… может, тебя тоже научить какому-нибудь заклинанию? — как-то раз предложила Белла, после того как закончила отрабатывать чары увеличения.
Они сидели в комнате для магических тренировок вдвоем.
— Заклинанию! — прозрачные голубые глаза Цисси стали еще больше. — А у меня ведь нет волшебной палочки…
— Но у меня-то есть, — Белла склонила голову на бок и заговорщически улыбнулась младшей сестре. — Иди сюда!
Цисси забыла, как дышать. Не отрывая взгляда от вожделенного предмета, она подошла.
Белла протянула ей руку, приглашая взять палочку.
Сестра на мгновение ей не поверила, видимо, полагая, что это розыгрыш, но Белла продолжала ждать. Тогда Нарцисса протянула к ней дрожащую руку. По всей видимости, прежде она никогда не держала настоящую волшебную палочку.
— А у меня получится? — с придыханием осведомилась она.
— Ну я же с тобой, — ответила Белла с уверенной улыбкой, и, обхватив пальцами ее кулачок, твердо провела им по воздуху и произнесла:
— Папилио!
Из палочки вылетела стайка пестрых розовато-лиловых бабочек.
— Ух ты! — восторженно воскликнула Цисси, чуть не запрыгав от радости.
— Надо же, — в свою очередь искренне удивилась Белла. — У меня они темно-бордовые, а не розовые.
— Что вы тут делаете? — послышался из дверей ревнивый голос, и в следующее мгновение в комнату вошла Дромеда.
— Учу Цисси заклинанию «Папилио», — гордо улыбнулась Белла, и они с малышкой шкодливо переглянулись.
— Ты, что, с ума сошла? — возмущенно воскликнула старшая сестра. — Ты не можешь давать ей свою палочку! А вдруг она поранится? Если мама узнает — вам здорово влетит!
— А мама не узнает, — провокационно отозвалась Белла. — А если и узнает, то мы скажем, что кое-кто не так все понял.
Ее глаза предостерегающе сверкнули, а губы Дромеды гневно дрогнули.
Белла продолжала самоуверенно улыбаться. Раньше мама поверила бы всему, что скажет старшая дочь. Но теперь полюса поменялись.
— Так, зачем же Ваша светлость снизошла до наших покоев? — саркастически поинтересовалась она. — Цисси, мне кажется, или мы уже неделю ее не видели?
Малышка захихикала своим тоненьким голоском.
— Я пришла сообщить, что мама тебя зовет, Белла, — холодно отчеканила Дромеда, — и вовсе не собираюсь тут с вами задерживаться, — с этими словами она резко развернулась и вышла из комнаты.
Младшие сестры громко расхохотались ей вслед.
Когда через пару минут Белла спустилась вниз, миссис Блэк сидела в гостиной с озадаченным видом и держала в руках какое-то письмо. На журнальном столике лежал распечатанный конверт с гербовой печатью, а на краю шкафа сидела огромная бурая сова.
«Неужели в Хогвартсе все узнали!» — в ужасе подумала девочка.
Если родителям станет известно, как она покушалась на собственного кузена, никакие хорошие оценки не спасут ее от их гнева.
— Трисси, — серьезно начала мама, — Рудольфус и Рабастан Лестрейнджи твои друзья? Кажется, ты упоминала о них пару раз…
— Да, — упавшим голосом подтвердила Белла, решив, что про их участие, тоже все стало известно.
— Это письмо от миссис Лестрейндж, — пояснила мама, помахав в воздухе листом пергамента. — Она пишет, что ты дружишь с ее сыновьями и приглашает тебя провести летние каникулы в их поместье.
Белла подняла уже было виновато опущенную голову. Ее взгляд снова упал на конверт, и, приглядевшись, она заметила, что печать хоть издалека и похожа на школьную, но герб совсем другой.
— Правда? — радостно воскликнула она. — Мама! Можно я поеду? Ну пожа-алуйста!
Она подбежала к матери и сложила руки в умоляющей позе.
— Ну… — миссис Блэк явно не ожидала такой бурной реакции. — В принципе, это уважаемая чистокровная семья, так что… если ты хочешь, и отец не будет против…
— Спасибо, мама! — Белла чмокнула ее в щеку и, больше не говоря ни слова, кинулась в свою комнату паковать вещи.
Друэлла проводила ее изумленным взглядом.
«Миссис Лестрейндж, наверное, очень добрый человек, раз позволяет мне приехать», — думала Белла, кидая свою одежду в чемодан.
Она себе и представить не могла, чтобы ее родители пригласили кого-нибудь погостить на такой приличный срок, даже из числа родственников.