— Ты уезжаешь! — горько воскликнула Цисси, узнав о приглашении.
— Ничего, малышка, я ведь скоро вернусь, — с улыбкой пообещала ей старшая сестра, на самом деле, от души желая остаться у друзей как можно дольше.
Родители обоих семейств договорились о том, что Белла прибудет по указанному в письме адресу в ближайший понедельник в десять часов утра через сеть летучего пороха. В день отъезда она вдруг стала ужасно волноваться. Рудольфус и Рабастан крайне мало рассказывали о своих родителях, поэтому Белла не имела ни малейшего представления, что это за люди, и какой прием они ей окажут. Но этот страх был совершенно несоизмерим с желанием провести лето в компании друзей, поэтому она взяла с полки щепотку порошка и решительно шагнула в камин.
Когда вращение прекратилось, и перед ее взором возникли очертания комнаты, Белла застыла в изумлении. За свою жизнь она повидала немало изысканных обстановок, но бывать в такой уютной и светлой зале ей еще не доводилось. Потолок поддерживали воздушные колонны из белого мрамора, стены были свежеоштукатурены и выкрашены в мягкий бежевый цвет, с потолка свисали невесомые люстры из прозрачного хрусталя, по центру лежал огромный ворсистый ковер, окруженный мягкими кожаными диванами, а свет от высокого арочного окна рисовал причудливые геометрические фигуры на новеньком паркете.
Кто бы мог подумать, что не все чистокровные семейства обитают в музейных интерьерах разной степени мрачности.
«Хотела бы я жить в таком доме!» — восхищенно подумала девочка, делая шаг наружу и попутно осознавая всю горечь нереальности своего желания.
— Здравствуй, Белла, — дружелюбно улыбнулась незнакомая женщина, которая стояла посреди комнаты и ожидала ее. — Меня зовут Ровена. Ты благополучно добралась?
Незнакомка выглядела старше своих лет. Наверное, из-за старомодной высокой прически и незакрашенной седины, пролегающей тонкими серебряными нитями по ее каштановым волосам. К тому же, она носила мантию с туго подчеркнутой талией. Такие были очень популярны на стыке 30-40-х годов. Впрочем, этот наряд был ей к лицу. При невысоком росте миссис Лестрейндж была очень хорошо сложена, имея неплохую для своих лет фигуру. А скульптурно выточенный овал лица и ясные голубые глаза наводили на мысль о том, что в юности она была красавицей.
— Я хорошо добралась, спасибо, — искренне улыбнулась Белла ей в ответ.
— Тебе помочь с багажом? — заботливо поинтересовалась хозяйка.
— О нет, благодарю! — Белла взмахнула палочкой, и увесистый чемодан тут же сам выпорхнул из камина.
— Да ты и правда хорошая волшебница, — улыбаясь, заметила миссис Лестрейндж, — Барти рассказывал, как вы вместе разучиваете заклинания.
— Крауч тоже здесь? — обрадовалась Белла.
— Конечно, — буднично отозвалась собеседница. — Он каждое лето здесь проводит. Надеюсь, и тебе у нас понравится.
А Белла уже нутром чуяла, что ей здесь понравится.
— Спасибо Вам за приглашение, — не преминула поблагодарить она. — Я была так рада, когда пришло Ваше письмо.
Миссис Лестрейндж не успела ничего ответить, потому что в коридоре послышался грохочущий топот, и в комнату на полном ходу ворвались ее сыновья и Крауч.
— Ну что, она уже тут? — выпалил Рудольфус еще прежде, чем вошел в дверь. — А Беллс… здорово! Ну наконец-то!
— Ну ладно, веселитесь, — засмеялась миссис Лестрейндж, двигаясь к выходу. — Мальчики, покажите Белле ее комнату, а мне нужно идти.
Она еще раз улыбнулась гостье и удалилась, оставив детей одних.
— Как тут классно! Почему вы не говорили, что можно приехать к вам на лето? — тут же упрекнула друзей Белла, продолжая восхищенно озираться.
— Мы тебе не говорили? — удивился Рудольфус. — Странно… ну забыли, наверное, — он пожал плечами. — Привыкли уже, что у нас вечно кто-то зависает. Барти, так вообще, поселился.
Белла посмотрела на Крауча с нескрываемой завистью.
— Да он просто с отцом не ладит и сбегает из дома при первой возможности, — пояснил Рудольфус.
— С ним вообще никто не ладит, — хмуро проворчал Барти себе под нос.
— Мама просила показать Белле ее комнату… — робко напомнил Рабастан.
— Белла, ты хочешь посмотреть свою комнату или сразу пойдем играть в квиддич? — перебил его брат.
— Квиддич? — обрадовано переспросила она.
Белла уже сто лет в него не играла. Потому что было просто не с кем. Отец постоянно занят, Дромеда на командные игры никогда не зарилась, а об отношениях Беллы с собственными братьями лишний раз можно не пояснять.
— Может, не так сразу, — урезонил его Крауч. — Дай ей прийти в себя.