— Не честно! — пробормотал Малфой себе под нос, а все остальные живо взялись за решение задачи.
— Итак? Ваши действия по спасению товарища? — вопрошал Руквуд.
— Как капитан команды по квиддичу я всегда ношу с собой рябиновый отвар, — заявил Рудольфус, — чтобы оказывать первую помощь раненным игрокам. Можно напоить им Малфоя.
— Хорошо, — одобрительно кивнул Руквуд, — вам удалось остановить кровь или даже залечить рану, но, насколько я уже успел узнать мисс Блэк, едва ли она стала бы бить своего оппонента слегка. Скорее всего, у него проломлен череп.
К крайнему неудовольствию Малфоя все опять захохотали.
— Итак? Каким образом будете сращивать кости? Ведь вы не носите с собой Костерост? — поинтересовался он у Рудольфуса.
— Костерост не ношу, — покачал тот головой.
— У меня есть с собой Костерост! — вдруг воскликнула Белла, доставая из кармана крошечный пузырек.
Она купила его в аптеке для того, чтобы лечить своих многострадальных мышей.
— Нет, мисс Блэк, — возразил Руквуд, — по сюжету вы — воинствующий магл–психопат и исключаетесь из числа помощников. Единственное, что вы можете сделать, так это добить свою жертву.
Все снова засмеялись и Белла громче всех. Ради того, чтобы поколотить Малфоя, пусть и в воображении, она была согласна даже на роль воинствующего магла.
— Велетутдинем Ревокаре! — заявил Малфой. — Я бы вылечил сам себя, и дело с концом!
— Нет, мистер Малфой, — снова возразил Руквуд. — Вы лежите без сознания и лишь изредка приходите в себя, чтобы позвать маму.
Комната снова взорвалась от смеха. Белла дольше всех не могла остановиться, и у нее даже потекли слезы.
— Я знаю, что делать! — вдруг отозвался Эйвери. — Я уже умею трансгрессировать. Я бы отправился в больницу святого Мунго и привел целителя.
— Это, конечно, вариант, — согласился Руквуд, — но мы ведь говорим о возможной войне. Наверняка, больница уже полна раненых, и целителей и так не хватает, к тому же, откуда ему знать, что вы не враг и не заманите его в ловушку?
— В таком случае, я бы использовал заклинание, налагающее шину, чтобы зафиксировать кости и они не сместились до того момента, как удастся доставить его к целителю, — подумав, сказал Барти.
— Мистер Крауч! — возмутился Руквуд. — Вы, что, забыли?! Вы тоже магл и помогали мисс Блэк на него напасть!
— Ах, да! — спохватился тот и разочарованно откинулся в своем кресле.
— Ну что? — поинтересовался Руквуд, когда, спустя какое-то время не поступило ни одного предложения. — Кто-нибудь еще в состоянии спасти мистеру Малфою жизнь?
Ответа не последовало.
— Так не честно! — снова начал Малфой. — Вы намерено вывели из игры самых сильных!
— Лишь для того, чтобы показать вам, что даже пара маглов может стоить больших неприятностей, — пояснил Руквуд. — Пожалуй, на этом мы закончим нашу встречу, — решил он, поднимаясь с кресла. — Полагаю, вам есть, над чем поразмышлять. Имейте в виду, что в следующий раз я буду ждать вашего решения насчет того, хотите ли вы присоединиться к нам или нет. Это отнюдь не значит, что вы сразу же станете Пожирателями смерти. Темный Лорд сам решит, кого он захочет видеть в своей команде, а кого нет. Но ваше согласие необходимо, чтобы я мог поднять этот вопрос.
Возвращаясь в Хогвартс, друзья были озадачены еще больше, чем в прошлый раз. Собрание проходило настолько расслабленно и непринужденно, что необходимость срочно принимать такое серьезное решение стала настоящей неожиданностью.
— Он прав… Он чертовски прав во всем… — произнес Крауч, и прозвучало это как-то зловеще. — Меня всегда раздражало, что отец так отчаянно выступает за права маглов и Статут о секретности. Помимо того, что прятаться — это действительно унизительно, так маглы еще и становятся все опаснее и опаснее с каждым днем, и это не пустые слова. Оказывается, что в библиотеку Хогвартса ежемесячно завозятся магловские газеты для тех, кто изучает магловедение. За последнее время я узнал из них очень многое. Например то, что маглы сами признаются в собственном бессилии. Они утверждают, что создали сверхсовершенное оружие и теперь боятся, что оно уничтожит их самих! Представляете! Они напихали везде каких-то боеголовок, которые могут разом взрывать целые города!
— Но ведь министерство быстро среагирует, если они захотят сделать что-то подобное! —возразил Рабастан.
— А вдруг мракоборцы проморгают? — настаивал Крауч. — И потом, если маглы уже сейчас умеют ТАКОЕ, кто знает, до чего они еще додумаются? Нет, пора заявить им о себе, уничтожить к чертям все их оружие, а самих заставить сидеть тише воды — ниже травы! И судя по заметкам в их газетах, они сами же и скажут нам за это спасибо! Ну не умеют они самостоятельно справляться со своими проблемами!
— А что, если узнав про нас, они сами захотят стать волшебниками? — вдруг проговорила Белла, сама удивляясь внезапной идее.
— Как это? — оторопел Крауч.
— Ну вот поставь себя на их место! Если они узнают о существовании волшебников и, вообще, магии, они тут же захотят быть к ней причастными!
По лицам друзей Белла определила, что они все еще не понимают, что она хочет до них донести, и решила объяснить на примере.
— Дело в том, что моя сестра читает занудные любовные романы и на днях рассказала мне об очень странном сюжете. Якобы некая магловская девушка узнает, что ее сосед волшебник. Из любопытства она начинает его выслеживать, красть у него всякие магические вещи… Не знаю, правда, чем там все кончилось, дальше я слушать не стала, но, наверняка, в итоге они поженились, потому что все книги Меды заканчиваются так. Но дело не в этом…
— Ты хочешь сказать, что маглы, узнав о волшебниках, будут всячески пытаться проникнуть в наш мир? — серьезно спросил Рудольфус.
— Да! — подтвердила она, радуясь, что ее сумбурные объяснения хоть кто-то понял. — Если сейчас некоторые полоумные волшебники умудряются вступить в связь с маглами, и у них рождаются неполноценные дети, то, что будет, если маглы сами начнут всячески к этому стремиться? Не будет ли нам еще сложнее сохранить чистоту своей крови?
Крауч открыл рот, чтобы что-то сказать, но Рудольфус его перебил.
— Этого не будет! — отрезал он. — Никто не собирается давать маглам свободу действий. Если им и позволят существовать с нами в одном мире, то они и останутся людьми второго сорта. Они будут нас бояться и ни на шаг не посмеют приблизиться к волшебникам. Иначе никак!
— Чтобы они нас боялись, нужно ведь их как следует напугать? — вмешался Крауч. — Выходит, мы одобряем насильственные методы?
— Ну, если это единственный способ не дать маглам зайти слишком далеко… — задумчиво протянула Белла. — В конце концов, сколько можно прятаться? Сколько можно следить, как бы они чего не натворили! Лучше уж играть открыто. Пусть знают о существовании волшебников и пусть знают, что мы с ними сделаем, если они начнут использовать свои изобретения кому-нибудь во вред!
Имея личный опыт общения с маглами, Белла никакой особой лояльности к ним не испытывала, напротив, ей хотелось воздать им за все их злодеяния, чтобы они, наконец, поняли, что безнаказанность вечно длиться не может. К тому же, она и так собиралась посвятить всю свою жизнь борьбе с магловским произволом, так какой смысл делать это в одиночку, если уже есть организация, которая по всему производит серьезное впечатление, и идеи которой Белла разделяет.
— Я согласна, — решительно проговорила она. — Я буду Пожирателем смерти.
— Я тоже, — сразу же отреагировал Крауч. — Хоть вы и не дали мне договорить, но я к этому вел. Лучше уж рисковать за правое дело, чем отсиживаться всю жизнь, как мой отец.
— Ну а мы с братом уже давно все решили, — подытожил Рудольфус.
====== Глава 9. Четыре пинты сливочного пива и один подслушанный разговор ======
На очередную встречу в Хогсмиде помимо Беллы, Барти и Лестрейнджей явились только Эйвери и Малфой. С чего последнего вдруг потянуло на рискованные мероприятия, так навсегда и осталось загадкой.
Все шестеро выразили готовность стать Пожирателями смерти.
Такое мизерное количество претендентов будто бы ничуть не огорчило Руквуда. Напротив, он был в приподнятом расположении духа и радостно пообещал при первой же возможности сообщить Лорду о каждом из потенциальных последователей.
Все ожидали услышать рассказ о том, что будет из себя представлять их вступление в ряды Пожирателей, и, главное, чем они будут заниматься в новом качестве. Но Руквуд ограничился красивой несодержательной речью по поводу того, какие благие и грандиозные изменения ждут мир в самое ближайшее время, и вскоре исчез, завершив собрание гораздо раньше обычного.
Впрочем, Белла была этому даже рада, поскольку теперь наконец-то появилась возможность зайти куда-нибудь на обратном пути.
Неожиданно для самих себя друзья единодушно решили отправиться не в Три Метлы, а в Кабанью голову. Это заведение было гораздо мрачнее и грязнее. Ученики Хогвартса заглядывали в него редко, зато там регулярно околачивались любители крепких напитков и всевозможные подозрительные личности. Вероятно, друзья решили наведаться именно туда потому, что в свете последних событий резко почувствовали себя взрослее. К тому же, обсуждать тревожащие их вопросы гораздо спокойнее было в темном прокуренном помещении, где подавляющее число посетителей в той или иной степени пьяны.
— Как вы думаете, нас примут? — взволнованно спросил Рабастан, едва они сделали заказ и заняли старый, обшарпанный, но все еще крепкий дубовый стол, по центру которого громоздилась уродливая оплывшая свечка, добавляя сумрачному освещению мистического мерцания.
— Куда? — не поняла Белла, перетряхивая свои карманы в поисках мелочи.
— Ну как куда? Туда! — он стал неестественно таращить глаза, явно пытаясь что-то этим выразить.
— А-а… ну конечно, примут! Кого еще, если не нас? Малфоя что ли? — она с чувством фыркнула. — С таким занудой даже Пожиратели смерти не захотят связываться.
— Тссс!!! — зашикал на нее Рудольфус. — С ума сошла, произносить это вслух?
— Да брось! Кто нас тут услышит?
— Кто-нибудь услышит, и нам конец!
— Бред! — фыркнула Белла, оглядывая полупустое заведение и невменяемую клиентуру. — Никого тут нет!
— Смотри! — Рудольфус ткнул пальцем куда-то ей за спину.
Белла обернулась и глазам своим не поверила. В самом дальнем углу таверны за небольшим столиком тесным кругом сидели профессор Слизнорт, профессор Кэттлберн, профессор Макгонагалл и какой-то незнакомый мужчина.
— Ах вот, значит, как они развлекаются во внеурочное-то время! — поразился Крауч.
— А почему бы и нет? — пожала плечами Белла. — Что они не люди, что ли? Не могут выпить в свой законный выходной?