У Беллы отвисла челюсть, и она уже, вне всяких сомнений, выдала свою полную неосведомленность.
— А ты разве не знала? — в свою очередь искренне удивилась Миллисента. — Неужели он тебе ничего не сказал?
Белла едва-едва справлялась с полученным шоком. Тихий незаметный Рабастан и первая умница школы, звезда квиддича, недосягаемая Миллисента Мерсер… вот это поворот!
Белла даже не знала, что ответить.
— А я думала, он все тебе рассказывает как близкому другу, — проговорила собеседница с вежливо-смущенной улыбкой, как бы извиняясь за свою ошибку.
Белла попыталась взять себя в руки и сосредоточиться на разговоре.
— В последнее время я была так занята подготовкой к сдаче трансгрессии, да и старостам сейчас приходится нелегко… он говорил мне что-то, но не было возможности толком это обсудить, — уклончиво солгала она уже более уверенным тоном. — Честно, я не знала, что у вас все серьезно. Наверное, я плохой друг, — Белла потупила взгляд, изо всех сил изображая чувство вины.
— Сейчас у всех полно дел, — примирительно проговорила Миллисента. — Так, может быть, ты спросишь у него, если тебе не сложно? Не очень приятно находиться в неизвестности, сама понимаешь.
— Конечно, — с готовностью заверила ее Белла. — Я поговорю с ним при первой же возможности и выясню, что к чему. Уж мне-то он все расскажет, не беспокойся.
Она ободряюще улыбнулась Миллисенте, и лишь на мгновение в ее взгляде промелькнула зловещая искра.
Едва Белла закрыла за собой дверь спальни, доброжелательная улыбка тут же исчезла с ее лица. Вне себя от гнева, она стремительным шагом пересекла гостиную и вышла в коридор. Белла еще толком не решила, куда направляется, но на ходу было легче справиться с бешеным потоком мыслей.
Рабастан встречается с Мерсер. Невероятно! С декабря… так вот почему он так съехал по учебе. Не о том, видать, у него были мысли! И как он умудрился это скрыть? Они ведь учатся в одном классе и играют в одной команде!
Все эти вопросы, хоть и были любопытными, но пугало другое. Как из всех девушек в школе он умудрился выбрать именно ее! Да еще и в такой момент! Нашел время устраивать личную жизнь! А если она догадается о его делах? Точно догадается! С ее умом и его конспиративными способностями, она в два счета поймет, что что-то здесь не так. А с ее бесстрашным и независимым характером, она непременно пойдет и обо всем доложит. И ее даже запугать не получится!
Белла разрывалась между тремя желаниями: найти Рабастана и намылить ему шею за то, что он столько времени все это скрывал; найти Рудольфуса и намылить ему шею за то, что он, будучи его братом и капитаном команды все это просмотрел, либо найти Крауча и намылить ему шею за то… да просто за компанию!
Белла бесцельно и неистово металась по коридорам первого этажа, пугая своим разъяренным видом младшекурсников, пока, наконец, не решила отправиться на поиски Рудольфуса, а уж потом найти Рабастана и намылить ему шею уже, так сказать, коллективно.
Найти старшего из братьев оказалось нетрудно.
— Руди! — громко крикнула Белла через всю предзамковую лужайку и свистнула для пущей убедительности.
Рудольфус прогуливался вдоль озера со своими товарищами по команде и весело о чем-то с ними болтал, но, заслышав оклик, сразу же обернулся. По выражению лица подруги он сразу заподозрил неладное, но, очевидно, решил, что немедленно побежать ей навстречу, не соответствует его высокому статусу.
Белле, однако, было не до церемоний. Еще даже не успев приблизиться, она, что было силы, закричала.
— Мне надо поговорить с тобой немедленно! Наедине!
— О-о! — раздался чей-то глумливый крик за спиной Рудольфуса. — Семейные разборки!
— Учти, Блэк, если он не вернется, мы все скажем, что в последний раз видели его с тобой! — крикнул здоровенный семикурсник по фамилии Крэбб, который числился в команде загонщиком.
В ответ Белла смерила всю свиту Рудольфуса недовольным взглядом и скорчила пренебрежительную гримасу, тем самым давая понять, где она «видала» их идиотские угрозы.
Белла приблизилась к Рудольфусу и, схватив его за рукав, бесцеремонно потащила прочь.
— Пойдем скорее! — негромко проговорила она. — Куда-нибудь подальше отсюда.
— Не терпится уединиться? — приподняв одну бровь, усмехнулся Рудольфус, старательно играя на публику.
— Да, не терпится! — рявкнула Белла, которой было не до представлений.
Они удалились под веселый свист членов команды.
Белла не выпускала плечо друга из своих цепких пальцев, точно опасалась, что иначе он от нее сбежит. Впрочем, Рудольфус не сопротивлялся, и девушке удалось дотащить его до самых оранжерей, где в послеобеденное время, как правило, было малолюдно.
Они нырнули в ряды плотно посаженных абиссинских смоковниц, чтобы скрыться от посторонних глаз и ушей.
— Твой брат всех нас погубит! — выдохнула Белла, отпустив, наконец, своего пленника.
— Что он натворил? — меняясь в лице, переспросил Рудольфус, которого состояние Рабастана в последнее время тоже настораживало.
— Ты знал, что он встречается с Миллисентой Мерсер? — в лоб спросила Белла.
Брови Рудольфуса поползли вверх.
— Я? Н-нет, — обескуражено ответил он, — замечал на тренировках, что они как-то сдружились, но не думал… а это точно?
— Она сама мне сказала! Только что! Руди, ты можешь себе это представить? Они встречаются с декабря! Вот почему у него проблемы с учебой и с головой!
Рудольфус выглядел ошарашенным.
— Дает братец, — только и смог он выговорить.
— Ты понимаешь, что все это значит? — продолжала Белла. — Миллисента может нас в чем-нибудь заподозрить! Если, конечно, он ей уже все не рассказал!
У Рудольфуса по лицу проскользнул ужас, и Белла поняла, что он брату не доверяет.
— Ты думаешь, Рабас мог так поступить?! — округлив глаза, переспросил он.
— Да откуда же я знаю! — воскликнула Белла. — Не буду же я у нее спрашивать!
— Надо немедленно с ним поговорить! — решил Рудольфус и уже было собрался идти. — Где он?
— Подожди, — Белла преградила другу путь. — Я думаю, нам надо от него избавиться.
— Что?! — не поверил своим ушам Рудольфус. — Ты решила убить Рабаса?!
— Да нет же! — раздраженно воскликнула Белла. — У тебя, что, одни убийства на уме? Я предлагаю отправить его домой. Пускай прикинется больным или что-то в этом роде. А мы все сделаем без него.
Рудольфус задумался.
— Нет, — наконец, изрек он. — Чтобы бросить учебу, нужны веские основания, а он даже ничем не болен. Так нельзя!
— Да он же всех нас сдаст! — не выдержала Белла.
Рудольфус бросил на нее укоризненный взгляд.
— А ты сам не видишь, что с ним происходит?! — возмутилась Белла. — Для него это все слишком! Вдруг он не выдержит? И еще Мерсер… она его точно расколет. Уж поверь мне!
Рудольфус схватился руками за голову и медленно опустился на траву. Белла села рядом.
— А если все-таки мы оставим его здесь? — уклончиво поинтересовался он, наконец.
Белла нахмурилась и, сорвав с дерева несозревшую смокву, стала задумчиво перебирать ее пальцами, точно это помогало размышлять.
— Тогда пусть они расстанутся, — наконец, решила она, швырнув ценный плод на землю.
— Не слишком ли это? — усомнился Рудольфус, сощурив правый глаз.
— Слишком? — возмутилась Белла. — Подвергать нас такому риску — вот это, я считаю, слишком!
— Надо поинтересоваться бы, какие чувства он к ней испытывает, — сердобольно предложил Рудольфус, отчего Белле захотелось вцепиться в его только что взъерошенные им самим же волосы и хорошенько встряхнуть.
— Чувства? — взвизгнула она. — Ты серьезно собираешься ради его чувств провалить задание Темного лорда и сесть в тюрьму?!
— Ну, может, Мерсер не так уж опасна?
Белла второй раз подавила желание совершить над другом какое-нибудь физическое насилие в просветительских целях. Неужели она одна понимает, кто такая Миллисента!
— Да она же себе на уме! Если она что-то узнает, то сразу, может, и не сдаст, но будет вечно висеть дамокловым мечом у нас над головой. И вот тогда уже наверняка придется ее убить!
Перспектива двойного убийства Рудольфусу явно не понравилась.
— Хорошо! — решительно проговорил он, поднимаясь на ноги и одергивая мантию. — Где, ты говоришь, видела Рабастана в последний раз?
Через несколько минут они обнаружили его все в той же Выручай-комнате. Кажется, он даже позы не изменил с тех пор, как Белла ушла. Вот так и простоял на одном месте, флегматично созерцая голые стены.
— Ты должен расстаться с Мерсер! — выпалила Белла с ходу без вступлений.
Рабастан в ставшей для него уже обычной манере, округлил глаза и уставился на брата и подругу так, точно их не узнавал. Затем, немного осмыслив услышанное, выдавил из себя:
— Ч-что?
— Мы все знаем! — безжалостно продолжала Белла. — И другого выхода не видим. Либо ты с ней расстаешься, либо нам всем конец.
— Как ты мог скрывать это от нас столько времени! — горько прибавил Рудольфус. — А что, если она о чем-то догадалась?!
Рабастан не изменил выражения глаз, и трудно было понять, как он воспринял услышанное.
«Отвесить бы ему пощечину!» — подумала Белла, и вполне бы могла это сделать, если бы друг и дальше продолжал так тормозить.
— Рабас, мы все знаем! — терпеливо повторил Рудольфус ему, как маленькому. — Скажи хоть что-нибудь.
Рабастан, тем не менее, ничего не ответил, лишь выдвинул стул и сел, продолжая пялиться в какую-то потустороннюю реальность, но, на сей раз, его лицо перекосилось от каких-то внутренних мучений.
Белла и Рудольфус тоже взяли стулья и сели напротив, приняв выжидающие позы.
— Миллисента просила узнать, не собираешься ли ты с ней расстаться. Я думала, ты сам захочешь с ней объясниться, но, на худой конец, могу и я, — не смягчая интонации, заявила Белла.
— Она такое сказала? — очнулся, наконец, Рабастан, и обратил на собеседников испуганный и измученный взгляд.
— Я вот только одного понять не могу! — начал Рудольфус терять терпение. — За каким чертом ты скрывал от нас свои отношения? Ведь все началось еще до того, как мы получили задание.
— Из-за родителей, — опустив голову, виновато признался тот.
— Чего?! — раздраженно переспросила Белла, которой уже надоело слушать малосодержательные речи.
— Ну Мила ведь полукровка, — пояснил Рабастан еще тише, и еще сильнее склонив голову.
— Твою ж налево!
— Чтоб тебя!
Оба возгласа раздались одновременно.
— И весь сыр-бор из-за этой вот фигни?! — сокрушенно воскликнул Рудольфус.
— Чистота крови важный вопрос, но не до такой же степени! — поддержала его Белла.