====== Глава 17. Невероятная игра ======
Лежа в постели, Белла почти не думала о завтрашнем дне. У нее в голове без конца крутились воспоминания о веселых посиделках в гостиной Слизерина и шутках Рудольфуса, которые тот бесконечно отпускал, вероятно, стараясь отвлечь от мрачных мыслей и себя и подругу. Без сомнения, ему это удалось, и девушка заснула с относительно спокойным сердцем. Зато первым ее ощущением при пробуждении было отвратительное щемящее чувство в животе. Беллу вдруг охватил такой неистовый страх, что она едва смогла заставить себя подняться с постели, одеться и спуститься к завтраку.
Барти и Рабастана она обнаружила за столом Слизерина. Оба были мертвецки бледными и сидели неподвижно, точно ожидали своей очереди на какую-то чрезвычайно опасную и болезненную медицинскую процедуру. Белла подсела к друзьям, подозревая, что своим видом прекрасно дополняет вышеназванную картину. — Надо лица повеселее сделать, а то кто-нибудь обратит на нас внимание, и припомнит потом, что мы были сами не свои, — робко прошептала она. — А где Руди, кстати? Крауч молча мотнул головой в противоположную сторону стола. Приглядевшись, Белла действительно заметила, как Рудольфус восседает, окруженный товарищами по команде, и что-то бодро им втирает. По левую руку от него расположился Малфой, к которому капитан, как ни странно, поворачивался чаще, чем к кому-либо другому. — Чего он там застрял! — раздраженно процедила Белла, понимая, что кроме него никто не в состоянии разрядить обстановку и вывести всех троих из оцепенения. Спустя несколько минут Рудольфус все же соизволил подойти к друзьям и тут же разразился таким резким хохотом, что те вздрогнули, чуть не опрокинув лавку. — Видели бы вы свои рожи! — сквозь смех проговорил он. — Можно подумать, мы сегодня на войну идем, а не с Гриффиндором играем! Закончив смеяться, он уселся рядом с Беллой и непринужденно обнял ее правой рукой. — Ты же вроде собирался меня бросить, — ехидно прошептала девушка, пытаясь скинуть его руку со своего плеча. — Ну это завтра, а сегодня мы самая крепкая пара на свете, — с нажимом проговорил Рудольфус, еще сильнее прижимая ее к себе, и громко прибавил. — Не волнуйся, дорогая, уже к вечеру ты будешь подружкой чемпиона! Остальные слизеринцы, сидящие за столом, восприняли это как боевой клич и громко закричали и засвистели в ответ, демонстрируя свой победный настрой. Кто-то даже стал скандировать фирменную речевку команды, но старосты его быстро уняли. За столом Гриффиндора в тот же миг зазвучали схожие воинственные возгласы. — Да отомрите вы уже! — теряя терпение, зашипел Рудольфус на друзей. — Призраки факультетов, и те сегодня выглядят живее вас! Белла выдавила из себя улыбку, подозревая, что взгляд ее все такой же стеклянный. Рабастан тоже попытался улыбнуться, и тут оказалось, что зубы у него стучат, поэтому он сразу же смутился и плотно сжал губы. Крауч и вовсе не выказал никакой реакции, вероятно, полагая, что и без того выглядит достаточно невозмутимым. — Ну и идите отсюда тогда! — разозлился Рудольфус. — Все равно ничего не едите, только внимание привлекаете! Отправляйтесь в спальни и делайте вид, что собираете вещи, раз не можете держать себя в руках! С этими словами он отпустил Беллу и стал потихоньку выталкивать ее из-за стола. — А я уже собрал вещи! — вдруг гордо сообщил Крауч. — Так разбери и собери заново! — потеряв остатки терпения, грубо рявкнул Рудольфус. На всех троих это подействовало отрезвляюще. Они послушно вышли из-за стола и резво отправились в сторону подземелья Слизерина. *** Белла сидела над раскрытым чемоданом и не могла сосредоточиться на сборах. Путаясь в собственных мыслях, она рассеянно перекладывала вещи с места на место. — Тебе помочь? — заботливо предложила Улли Бейкер, видимо, решив, что у Беллы настолько много одежды, что она самостоятельно не может с ней управиться. — Нет, спасибо, мне совсем чуть-чуть осталось, — Белла поспешно нацепила беззаботную улыбку, жутко испугавшись того, как бы соседка чего не заподозрила. К счастью, та быстро ушла. Никто не хотел торчать в спальне в последний день. Тем более, что погода была прекрасная. Ученики, должно быть, сейчас гуляли по аллеям и загорали на берегу озера, но Белла и помыслить не могла о том, чтобы отправиться куда-нибудь, где полно людей. Настолько, ей казалось, она не владеет собой. Девушка мечтала только об одном, чтобы треклятое время летело быстрее. Уж лучше пускай все решится, чем выносить эти муки неизвестности! Белла сидела на кровати и неосознанно комкала руками тяжелый бархатный балдахин, когда вдруг услышала, как что-то вихрем ворвалось в комнату. От неожиданности она дернулась и чуть не оторвала карниз. Обернувшись, Белла с изумлением обнаружила перед собой Крауча и Лестрейнджей. Все трое выглядели взволнованными. Рудольфус направил свою волшебную палочку на дверь и произнес запирающее заклинание и вслед за ним антипрослушивающее. — Как вы… сюда…? — ошарашено пробормотала она. — Крауч нас провел, как же еще! — торопливо и раздраженно пояснил Рудольфус. — Не тормози, Беллс! Ты же прекрасно знаешь, что вам, старостам, все можно. Держи! — вдруг он кинул ей какой-то сверток, который принес с собой. Белла обратила на этот предмет внимание лишь тогда, когда он ощутимо стукнулся о ее живот. — Да уж… — недовольно протянул Рудольфус. — Я раньше не замечал, что у тебя такая плохая реакция. — Что? — в недоумении переспросила Белла, поднимая упавший сверток. При ближайшем рассмотрении, это оказалась зеленая мантия с серебристыми отворотами, аккуратно сложенная и перемотанная бечевкой. — Что это? — ахнула Белла. — Твоя форма, — невозмутимо ответил Рудольфус. — Что?! — в один голос переспросили остальные трое. — Ты выйдешь на поле вместо Малфоя. В комнате воцарилась пугающая тишина. По лицам Барти и Рабастана стало понятно, что они тоже слышат это абсурдное заявление впервые и потрясены. — Но как? — спросила Белла, когда к ней вернулся дар речи. — Малфой в жизни этого не допустит! — Допустит, — на лице Рудольфуса заиграла недобрая улыбка. Все еще ничего не понимающая Белла во все глаза таращилась на друзей. — Малфой заболел, его отправили к мадам Помфри, — пояснил Рабастан. — Он весь в каких-то болячках и в лихорадке. Не сможет играть. — Что с ним случилось? — изумилась Белла. — Очень вероятно, что это драконья оспа, — с серьезным видом сообщил Крауч. — Может быть, матч отменят из-за карантина. — Что?!! — Тьфу, Барти! Какая еще оспа! — фыркнул Рудольфус. — Это же я подсыпал ему за завтраком болотный волдырник. Завтра, ну, в крайнем случае, послезавтра, все будет с ним в порядке. — Ты… что сделал? — обомлел Крауч. — Зачем?! — ахнула Белла. — Как зачем! — возмутился Рудольфус, сетуя на недогадливых друзей. — Чтобы ты вышла на поле, и у тебя тоже было нормальное алиби! — Но я же не умею играть… — простонала она, с ужасом глядя на новенькую форменную мантию у себя в руках — Это невозможно! — решительно возразил Крауч. — Белла не может ни с того, ни с сего выйти на поле! Это будет выглядеть очень странно. — И вовсе не странно, — подозрительно спокойно пояснил Рудольфус. — Белла уже второй год как состоит в команде. — Что?!! — одновременно воскликнули Белла, Барти и Рабастан. — Да, — невозмутимо подтвердил Рудольфус. — Как только ты отказалась быть загонщиком, я сразу же внес тебя в список запасных. Надеялся, что однажды все-таки вытащу тебя на поле. И, как видишь, это пригодилось! — Почему ты не предупредил меня! — упавшим голосом проговорила Белла. — Я бы хоть потренировалась! — Поэтому я тебя и не предупредил! Ты ведь не могла знать заранее, что Малфой заболеет. Твои тренировки сразу бы нас выдали! — Это невозможно! — продолжал повторять Крауч. — Она ведь не умеет! На поле Белла будет просто ужасна! Все поймут, что ты бы никогда в своем уме не взял ее в команду! — Ну, любовь слепа, — иронично заметил Рудольфус, — и от нее люди частенько теряют остатки ума. — Зачем все эти сложности? — недоумевал Крауч. — Не проще ли было бы оставить ее болельщицей, как мы и хотели изначально? — Барти! Ну как ты можешь такое говорить! — пристыдил его друг. — На тебя, меня и Рабаса однозначно не падет подозрение, а про Беллу никто не сможет со стопроцентной уверенностью сказать, что за всю игру она ни разу не отлучалась с трибун. — А вдруг кто-нибудь подумает, что Белла попала в команду по блату? — робко предположил Рабастан. — Конечно, подумает, — охотно согласился Рудольфус. — Все решат, что я влюбленный идиот, который пропихнул в команду свою девушку. Но и что? Это мой последний год в Хогвартсе. Не все ли равно, что обо мне будут говорить? Тем более, что мы, так или иначе, победим, если, конечно, Белла не собьет с метлы Мерсер. Беллс! — он очень пристально посмотрел на подругу. — Я категорически запрещаю тебе направлять бладжер в ту часть поля, где может быть наш ловец. Без любого другого игрока мы, на худой конец, можем обойтись, но только не без нее. Белла с ужасом подумала о том, что едва ли она сможет вообще отбить бладжер, а если и сможет, то, не контролируя траекторию его дальнейшего полета. — И сама не покалечься! — прибавил он. — В момент убийства ты должна быть целая и невредимая. Девушка кивнула, прекрасно понимая, что не может обещать ни того, ни другого. — Тогда переодевайся и приходи на поле, — скомандовал он. — Надо успеть хоть немного тебя потренировать перед игрой. Что встали? Пойдемте! — прикрикнул он на парней. — Не будет же она делать это при нас! Рабастан и Барти встрепенулись и вслед за Рудольфусом вышли прочь из комнаты. У самых дверей Крауч обернулся и бросил на подругу короткий завистливый взгляд. Оставшись одна, Белла резким движением сорвала бечевку, развернула сверток и поспешно переоделась из школьной мантии в спортивную. Затем она села на кровать и обхватила голову руками. Об убийстве девушка больше не думала. Какой там! Меньше чем через два часа ей предстояло выйти на поле и на глазах у всей школы делать то, чего одна делать не умеет. В квиддич Белла по-настоящему никогда не играла, не считая зимних мастер-классов. Тогда она приняла участие в нескольких матчах, и в одном или двух из них была именно загонщиком. Но в тех играх участвовали одни дилетанты. Белла и понятия не имела, как выглядит настоящая игра с опытной командой. Понимая, что уже слишком долго сидит в комнате, и ее, вероятно, ждут, Белла направила волшебную палочку на карман мантии и сотворила заклинание незримого расширения. Затем она, порывшись в своем чемодане, достала со дна продолговатый черный сверток и отправила его в бездонные недра кармана. В довершении всего девушка подошла к зеркалу и отметила, что форма ей идет, впрочем, зеленый цвет всегда был Белле к лицу. Она внимательно оглядела себя с ног до головы, сняла серьги и прочие украшения, чтобы ненароком не обронить что-нибудь на месте преступления, и, убедившись, что ничего не забыла, вышла из комнаты. Ее появление в зеленой мантии не осталось незамеченным. В гостиной девушку моментально обступила толпа народу с дурацкими вопросами. — Что это? — Ты теперь в команде? — Будешь играть вместо Малфоя? — Это Лестрейндж тебя назначил? Утвердительно отвечая на все вопросы, Белла поначалу вежливо, а потом уже и грубо стала требовать, чтобы ей дали пройти, поскольку времени в обрез, а надо еще успеть вспомнить, чем бладжер отличается от квоффла. Когда она добралась до поля, вся команда была в воздухе. Завидев подругу, Рудольфус сделал им знак приземлиться. Игроки один за другим сошли на траву и, выстроившись полукругом, устремили на Беллу недоумевающие взгляды. «Ну, естественно, они недовольны! — гневно думала она, про себя кляня Рудольфуса последними словами. — Я бы тоже возмутилась, если бы капитан взял в команду свою девушку, которая, к тому же, явно никудышный игрок!» — Беллатрису Блэк вы все знаете, — начал Рудольфус без вступлений, — из-за болезни Малфой не сможет играть сегодня, и она его заменит. Поскольку мы ни разу не тренировались вместе с Беллой, вероятность того, что она идеально впишется в нашу игровую стратегию не велика, поэтому я прошу всех проявлять к ней внимание и снисхождение, иначе в команде появится разлад, от которого, в конечном итоге, проиграем все мы. Но едва ли в глазах игроков появились внимание и снисхождение. Они рассматривали новенькую до неприличия оценивающими взглядами, отчего ей стало казаться, что ее собственный взгляд тож