====== Глава 31. Звездный полет Миллисенты Мерсер ======
Пожиратели смерти, тем временем, стали нести некоторые потери из-за деятельности Крауча-старшего и «Ордена Феникса» (организации, учрежденной Дамблдором непонятно зачем). Видимо, последний решил, что Министерство недостаточно радеет в деле уничтожения приспешников Волан-де-Морта. Но, как бы то ни было, потери были пока не настолько велики, чтобы стать чувствительными. Темный Лорд не гнался за справедливостью, всегда посылая к противнику превосходящие силы. Однако и среди мракоборцев время от времени попадались стоящие противники. Однажды Белла столкнулись с жутким и отчаянным типом по имени Грюм. Схватка длилась долго и неизвестно, чем бы кончилась, если бы не появился Барти и не засадил мракоборцу в глаз каким-то хитроумным заклятием (Крауч все же добился того, чтобы Волан-де-Морт обучал его, и делал заметные успехи). Грюм был намерен сражаться, не обращая внимания на заливающую лицо и мантию кровь, но противники воспользовались короткой заминкой и трансгрессировали. С тех пор Пожиратели стали осторожнее, поняв, что не стоит так уж недооценивать противника. Но в целом пока что все закономерно шло к победе. Темный Лорд, уже вдоволь насытившись террором, решил идти дальше и начать вербовать министерских сотрудников. И, как это ни удивительно, многие переходили на его сторону добровольно, исключительно из-за того, что разделяли его идеи. Среди чистокровных волшебников Пожиратели смерти уже давно считались чуть ли не героями. Беллатриса даже решилась открыть родителям свою тайну, и те с ума сходили от гордости. Нарцисса, тем временем, уже закончила Хогвартс и, имея массу свободного времени, стала частенько наведываться в гости к сестре. Она приходила чуть ли не каждый день и оставалась по нескольку часов. Белла, разумеется, не могла уделить ей столько внимания и понятия не имела, чем Цисси занимается в ее отсутствие. Впрочем, ее это не сильно беспокоило. Она еще помнила те времена, когда и сама использовала любую возможность, чтобы улизнуть из дома. Да и особняк Лестрейнджей обладал какой-то мистической силой, притягивая к себе людей. К тому же, Белла подозревала, что Нарцисса тоже хочет стать Пожирательницей смерти и зондирует таким образом почву. Она много общалась с приспешниками Волан-де-Морта и уже, наверное, перезнакомилась со всеми. — На кого же в итоге падет выбор твоей сестры… — задумчиво проговорил Рудольфус, когда они вдвоем с супругой сидели на балконе, наслаждаясь хорошей погодой, утренним кофе и свежей прессой. — Что? — машинально переспросила Белла, не поднимая глаз от газеты. — Впрочем, у нее еще есть время подумать… Рудольфус внимательно смотрел вниз, где по аллее прогуливалась Нарцисса, мило беседуя с двумя молодыми Пожирателями. — Не понимаю, о чем ты, — пробормотала Белла в ответ. Она и не особенно пыталась понять, поскольку две трети ее внимания занимала статья профессора Флитвика со сравнительной характеристикой боевых заклинаний. Сообразив, что жена не сильно интересуется его умозаключениями, Рудольфус лениво откинулся в кресле и, зевнув, прибавил. — Думаю, в итоге это будет либо Эйвери, либо Малфой. Рабастана она сразу же отбросила. — Что? — встрепенулась Белла, и, наконец, взглянула на собеседника, поскольку последняя услышанная ею фраза показалась ей совершеннейшей нелепицей. — Да ничего, — безразлично отозвался Рудольфус и потянулся к журнальному столику. — Ты, наверное, и так все знаешь. — Что я знаю? — тут же насторожилась Белла и перехватила его руку, не давая взять газету, прекрасно понимая, что потом уже точно не допросишься объяснений. Вообще, любопытство было ей не свойственно, и если бы в этом подозрительном контексте не было Малфоя, она бы и вовсе не стала допытываться. — Да брось, Беллс! — усмехнулся Рудольфус, явно радуясь тому, что пробудил в ней такой живой интерес. — Сестра наверняка с тобой все это обсуждает. — Ничего она со мной не обсуждает! — фыркнула Белла. — Что она вообще должна обсуждать? — Ну как же! У вас ведь есть традиция, из-за которой ты сходила с ума три года назад. — О нет! — простонала Белла, памятуя свои мытарства по поводу замужества. — Только не это! Теперь Цисси тоже будет сходить с ума! — Она не будет, — с усмешкой покачал головой Рудольфус. — В отличие от тебя, она не откладывает все на последний момент, и уже сейчас у нее есть, как минимум, два варианта. Белла прильнула к балконной решетке и пристально воззрилась на сестру и ее спутников. — Только бы не Малфой! — в ужасе проговорила она. — Такое даже в страшном сне не приснится! Нужно ее немедленно отговорить! Да как она вообще на него позарилась?! — Она менее разборчива, чем ты, — двусмысленно улыбнулся Рудольфус, делая глоток кофе. — Уж это точно! — гневно воскликнула Белла. — Эйвери, конечно, не красавец, но лучше связаться с последним уродом, чем с Малфоем! — Не могу больше на них смотреть, — прибавила она через некоторое время и отвернулась. — Сегодня же с ней поговорю! Она не посмеет сделать этого слизняка моим зятем! Рудольфус только засмеялся в ответ. А Белла тем же вечером решила вызвать сестру на откровенный разговор. — Как дела? Что нового? — поинтересовалась она в надежде, что та сама обо всем расскажет. — Все хорошо, — как ни в чем не бывало, ответила Цисси. — А что? — Ты ведь уже думаешь о своем замужестве? — Белла, ну ты прямо как мама! — закатила она глаза. — Ну конечно, думаю! Я выйду замуж в течение года. Хватит меня уже доставать! — А ты решила за кого? — продолжала старшая сестра допрос, не обращая внимания на раздраженный тон младшей. Цисси поджала губы. — Нет еще. Но у меня предостаточно времени. Успею! У Беллы вырвался вздох облегчения. — Но ведь есть же кто-то на примете, да? — Ну есть! А что? — И кто же? Нарцисса смерила сестру недоверчивым взглядом, точно прикидывая, стоит ли с ней откровенничать. — Брось, Цисси! — фыркнула Белла. — Мы же одна семья! Ты, что, меня боишься? — Нет, конечно, — обиженно отозвалась та. — Просто, ты можешь неадекватно отреагировать. — Как это? — оскорбилась Беллатриса. — Почему это я могу неадекватно отреагировать? — Ну… — Цисси вновь поджала губы, явно недовольная тем, что из нее клещами тянут ответ. — Я знаю, что ты его недолюбливаешь… и он тебя, кстати, тоже! У Беллы так и отвисла челюсть. — Вы, что, обсуждаете меня?! — Можно подумать, ты меня ни с кем не обсуждаешь! — фыркнула Цисси. — Все всех обсуждают. Это нормально! — Ну знаешь! — только и выговорила Белла, потрясенно глядя на нее. — Неужели этот Малфой тебе так нравится? Или, может быть, дело в деньгах? Цисси сверкнула глазами. — Да, нравится! И я имею полное право на счастье! — с вызовом ответил она. — Не тебе меня судить! Ты только посмотри на себя! Живешь тут как королева! Сколько, кстати, стоит твоя мантия? — девушка бесцеремонно оттянула край ее воротника. — Наверняка, ты даже не в курсе. Потому что Лестрейнджи, приходя в магазин, никогда не смотрят на ценник! — Да как ты смеешь! — вскинулась Белла. — Ты прекрасно знаешь, что я вышла за Рудольфуса не из-за денег! — Но ты, однако, не прогадала! — язвительно заметила Цисси, тоже поднимаясь с места, — А, может быть, и я хочу жить вот в таком вот дворце! И чтобы везде были фонтаны! А еще… еще… хочу, чтобы у меня живые павлины гуляли на лужайке перед домом! Вот! И на меньшее я не согласна! — Так вот оно что! — снисходительно усмехнулась Белла. — Ты мне завидуешь! — А вот и нет! А вот и нет! — завизжала Цисси. — Это ты почему-то решила, что мы с Медой хуже тебя! Что ты любимая дочка! Отличница! Староста! Пожирательница смерти! Вышла замуж за сына самого богатого человека в стране! — Что за бред, Цисси?! Ну ладно, Меда паршивая овца, но тебя я всегда любила и уважала! Не смей так думать! — Что мне с этого? — фыркнула она, немного успокаиваясь. — Скажи лучше об этом маме! — Это мама внушила тебе такие мысли?! — возмутилась Белла. — Не обращай внимания на нее! Она гордится моими достижениями, но это не значит, что она любит тебя меньше! — Дело не только в маме, — вздохнула Цисси, вновь усаживаясь на диван. Белла последовала ее примеру и села рядом. — У тебя с Рудольфусом любовь и все дела. Еще в Хогвартсе про вас говорили, какая вы красивая пара. Вы уже три года женаты и выглядите такими счастливыми... я тоже так хочу, понимаешь? Чтобы меня кто-то любил и всегда был рядом… «Жалко она не видела, как мы деремся из-за ружья», — подумала Белла и еле удержалась от того, чтобы не рассмеяться. — Ну а сама-то ты его любишь? — спросила она, очень надеясь на отрицательный ответ. — Мне кажется, Люциус — этот тот человек, который мне нужен, — выдохнув, проговорила Цисси. — Он мне нравится. Мы с ним похожи. Я уверена, что и я ему нравлюсь. — Ну еще бы! — фыркнула Белла. — Дурак он что ли, упускать такую девушку! — Но ты же не будешь пытаться помешать нам, если мы захотим пожениться? — на полном серьезе поинтересовалась Цисси. — Что за глупость! — возмутилась Белла. — Это он тебе такое сказал? Младшая сестра замялась, но ее мечущийся взгляд говорил о многом. — Я, конечно, мягко говоря, не в восторге. И, признаться, Малфой последний человек, которого я хотела бы видеть своим родственником, но неужели ты думаешь, что я стану мешать счастью собственной сестры? И потом, даже если бы я захотела, как бы я это сделала, интересно? Наложила бы на тебя заклятие «Империус»? Это ведь твоя жизнь! Никто не может принять такое решение за тебя! — Ладно-ладно, не обижайся, — примирительно проговорила Цисси и обхватила сестру руками. — Я так рада, что ты меня понимаешь. — Да уж, я тоже, — не без горечи выдохнула Белла, чувствуя, что еще много раз пожалеет о том, что не сделала все возможное для того, чтобы ее отговорить. — Я вижу, разлучить влюбленные сердца тебе не удалось, — с усмешкой заметил Рудольфус, столкнувшись с разъяренной женой в коридоре. — Где Малфой? — сквозь зубы процедила она, обшаривая все вокруг хищным взглядом. — Кажется, где-то здесь шатался. Только я тебя заклинаю, если захочешь его убить, сделай это хотя бы без свидетелей. — Ладно! — прорычала она и точно черный вихрь двинулась дальше на поиски. Обнаружив, наконец, своего врага, Беллатриса схватила его локоть и оттащила в пустую комнату. — Ты, что, совсем сдурел! — задыхаясь от ярости, прорычала она. — Вздумал настраивать мою сестру против меня?!! — Что ты несешь, сумасшедшая! — надменно фыркнул Малфой, вырывая свой рукав. — Слушай меня внимательно! — рявкнула Белла, пригвождая его взглядом к месту. — Я ничего не имею против твоих отношений с моей сестрой, но если ты будешь пытаться нас поссорить, я тебя убью! И можешь не сомневаться, сделаю это так, что даже Темный Лорд ничего не узнает! А узнает — так и плевать! Я готова буду за это ответить! — с этими словами она резко отпрянула, развернулась и решительно пошла прочь. — Психопатка! — крикнул Малфой ей в след. — Молчи, самоубийца! — огрызнулась Беллатриса через плечо. — Надеюсь, ты избавилась от тела, — проговорил Рудольфус, не отрывая глаз от журнала, когда супруга вошла в комнату, все еще кипя от бессильной злобы. — Когда-нибудь он точно напросится! — игнорируя вопрос, гневно проговорила она, усаживаясь на кровать. — Как думаешь, что Темный Лорд сделает со мной, если я все-таки убью этого кретина? — Понятия не имею, — покачал головой Рудольфус. — Но ничего хорошего тебя в этом случае не ждет. Ведь Малфой — Пожиратель, а, значит, один из его людей. Никто не смеет убивать его людей без его согласия. — Мда… вот ситуация… — сердито пробормотала она. — У меня есть новость, которая тебя обрадует, — вдруг проговорил Рудольфус, махая у нее перед носом журналом «Квиддич сегодня». — Нашу Миллисенту взяли в сборную! В основной состав! — Миллисенту Мерсер? Ты не шутишь?! — ахнула Белла, выхватывая у него журнал. — Седьмая страница, — подсказал Рудольфус, когда та судорожно принялась его листать. Беллатриса нашла статью и увидела фото Миллисенты под заголовком: «Новый ловец сборной Англии. Сможет ли она привести нашу команду к победе?» — Если она не сможет, то, наверное, никто не сможет, — заключила Белла. — Хоть бы ее первая игра была удачной! — Шутишь! — фыркнул Рудольфус. — Такие игроки рождаются раз в сто лет! Вот увидишь, скоро она станет мировой знаменитостью! — Когда ее первый матч? Мы обязательно должны сходить! — Меньше чем через месяц, — ответил он. — Я завтра же закажу билеты. Надо будет сходить всем вместе. Давненько мы не развлекались большой компанией. На игру сборной Англии против сборной Бразилии с участием Миллисенты в итоге, помимо Рудольфуса и Беллатрисы, отправились Крауч, Рабастан, Регулус, Эйвери и Малфой с Нарциссой. Все они знали Миллисенту лично и ужасно хотели увидеть ее в статусе профессионала. Из ложи, выкупленной Лестрейнджами, прекрасно обозревалось все поле, и та невероятная петля, которую Мерсер исполнила на пятьдесят седьмой минуте матча, поймав снитч и оставив ловца бразильской команды с носом. Стадион аплодировал стоя. Английские болельщики кричали, свистели и размахивали шарфами, когда она делала круг почета, гордо демонстрируя зажатый в ладони золотистый мячик. — Мы можем увидеться с Миллисентой, если хотите, — как бы невзначай сообщил Рабастан, перекрикивая всеобщее ликование. — Ты серьезно? — удивился Крауч. — Нас к ней не пустят! — Пустят… — как-то смущенно отозвался он. — У меня с ней есть договоренность. — Правда?! — обрадовался Рудольфус. — Так чего же мы стоим? Пойдемте скорее! И он стал очень быстро продираться сквозь толпу желающих покинуть трибуны болельщиков. Остальные едва за ним поспевали. Правда, в итоге им все равно пришлось ждать, поскольку Миллисенту разрывали фанаты и журналисты. — Как вас много! — удивленно воскликнула она, увидев перед собой восемь бывших соучеников. Внешне она немного изменилась, стала взрослее и казалась еще более уверенной в себе. Она радушно улыбалась и выглядела совершенно спокойной, несмотря на то, что только что одержала такую потрясающую победу. Миллисента по очереди обняла каждого и выслушала поздравления и похвалы. — А вы-то как? — поинтересовалась она спустя некоторое время. — Больше не играете? — Какой там! — усмехнулся Рудольфус. — Так, раз в полгода стряхиваем пыль со своих метел. — Очень жаль, — посетовала она. — Вы с Рабастаном хорошие игроки. Люциус, Белла и Регулус тоже. Из вас можно собрать целую команду! Только вратаря не хватает. — Да брось, куда нам до таких звезд! — подмигнул Рудольфус в ответ. — Тебе, наверное, нужно вернуться к своим, — заботливо проговорил Рабастан. — Да, — извиняющимся тоном подтвердила Миллисента. — У нас с ребятами были планы. Но я провожу вас до выхода. Они двинулись в направлении трибун. Миллисента шла рядом с Рабастаном, и очень мило с ним беседовала. — Скажи мне, пожалуйста, тебе известно что-нибудь об отношениях Рабаса с ней? — серьезным голосом проговорил Рудольфус, беря жену под руку и задерживая, так, чтобы они оказались позади всех. Хотя из-за шума и гама, издаваемого покидающими трибуны фанатами, вряд ли кто-то бы их услышал. — Чего? — испугалась она. — Ничего мне неизвестно! — Они, что, продолжают общаться? — Откуда я знаю! — фыркнула Белла, досадуя на такой внезапный вопрос, и еще не зная, как ей быть. Признаться Рудольфусу в том, что они с Рабастаном годами скрывали от него правду, сейчас было бы верхом безумия, поэтому она решила ответить то, на что сама надеялась. — Ну, может, переписываются иногда, мало ли. Но не думаю, что они опять встречаются. Мы бы с тобой это заметили. Скорее всего, они просто остались друзьями. — Да, наверное, ты права, — задумчиво проговорил Рудольфус, тем не менее, с подозрением наблюдая за братом. На выходе со стадиона всей компании внезапно пришлось затормозить. — Эй, Лестрейнджи! — раздался за их спинами грубый и даже, возможно, нетрезвый оклик. Первыми на странный призыв обернулись Рудольфус и Беллатриса, поскольку шли позади всех, а затем и остальные. Навстречу им вызывающей поступью двигались Сириус, его очкастый дружок со своей рыжей подружкой, а также Лунатик и тот пришибленный парень, который еще со школы вечно за ними таскался. — Что же вы без масок? Неужели сегодня решили никого не убивать? — продолжал Сириус, злобно осклабив