— Гермиона, — попытался остановить бодро тараторящую Грейнджер Харальд.
— … Последний существовавший на земле вид — Basiliskus Ultra имел на голове яркий хохолок из перьев, напоминающий корону, за что и был так назван. Вымерший несколько тысяч лет назад более мелкий ближневосточный подвид, описанный в «Естественной истории» Плиния, имел не хохолок, а белое пятно, похожее на корону или диадему. Считается, что василиск рождается из яйца, снесенного петухом и высиженного жабой на подстилке из навоза. Обладает ядовитыми клыками, когтями и дыханием, кроме того они способны убивать лишь одним своим взглядом…
— Гермиона! — Поттер подёргал девочку за рукав мантии.
— Ну чего тебе? — Грейнджер недовольно покосилась на своего приятеля. — Не видишь, что ли — я…
— …увлеклась? — вкрадчиво предположил Поттер, едва сдерживая смех.
— Агхм…
— Меня вообще в первую очередь интересовали методы борьбы с этими созданиями.
— Нуууу… — протянула Гермиона. — Кажется, считается, что для них смертелен петушиный крик… Также их может убить животное из рода куньих — ласка, горностай, хорёк или росомаха. Ещё… ещё, кажется, их отпугивает рута…
— Записанное на магнитофон кукареканье? — тут же начал предлагать варианты Харальд. — Гигантский трансфигурированный хорёк? Разрывные пули с экстрактом руты, и он же, распылённый в виде аэрозоля? Зеркало или полные зеркальные доспехи?
— Надеюсь, ты шутишь? — подозрительно осведомилась девочка.
— Устраиваю мозговой штурм, — уклонился от прямого ответа Поттер. — Присоединишься?
— Кукареканье, скорее всего, бесполезно, — с показным недовольствием произнесла Грейнджер, хотя и этот разговор был ей явно более интересен, чем та чушь, что в настоящий момент продолжал задвигать Локхарт. — Рептилии крайне скверно слышат — у них максимум будет неприятная реакция на резкие звуки. Примерно как для человека скрежет металла по стеклу.
— Хммм… Нет, такое василиска скорее разозлит, чем убьёт… А хорька требуемых размеров я ещё года два при самом лучшем раскладе наколдовать не сумею.
— Живое трансфигурировать крайне непросто, — наставительно произнесла Гермиона. — Тем более таких размеров и для сложных целей.
— Да понял я, понял… Рута?
— Маловероятно. Я не помню в её составе ничего такого. Тут уж более эффективен будет вытяжка из бледных поганок или стрихнин. Скорее всего, просто суеверие, типа отпугивающего вампиров чеснока.
— Согласен. В сказку об убийственном взгляде я тоже не верю.
— И я. Правда о корвасах остались только лишь древние малодостоверные источники, так что точно определить природу этой их способности вряд ли возможно…
— Что-нибудь с менталистикой?
— Ммм… — задумалась Грейнджер. — Нет, вряд ли. Это скорее к сиренам с их гипнотизирующим пением. Тут что-то грубее… и сильнее. Типа природной магии. Такую зеркалом не отразить — если не расколет, так всю амальгаму расплавит.
— Короче, методы борьбы у нас как у средневековых драконоборцев, — вздохнул Харальд. — Используя численное преимущество и рельеф местности, забить врага как можно более нечестными методами…
— А почему сразу нечестными-то?
— Мистер Поттер!..
— А они обычно наиболее эффективны.
— Мистер Поттер!
— А? — спохватился Харальд.
Как оказалось, в пылу дискуссии они с Гермионой несколько, гм, увлеклись и начали разговаривать почти что в полный голос.
Что явно не могло обрадовать Локхарта.
— Мистер Поттер, — скорбно сложил руки на груди златокудрый. — Будьте так любезны повторить мои последние слова, иначе…
— Виноват, господин профессор, — бодро вскочил Поттер. — Только я вас не слушал.
Локхарт издал неопределённый звук — с такой наглой откровенностью он явно сталкивался впервые.
— Минус десять баллов с Гриффиндора, — ещё более скорбным тоном произнёс Гилдерой. — И отработка
— Есть, сэр! — бодро заявил Поттер, сел обратно на скамью и тут же начал дёргать Грейнджер за рукав мантии. — Как думаешь, Гермиона, а зрительный контакт для корваса важен? Что если поставить дымовую завесу?
— Три дня отработок, мистер Поттер.
Попадающиеся навстречу Харальду ученики исправно шарахались от него в сторону, но мальчик невозмутимо продолжал свой путь по замку.
Почему от него шарахались? Странный вопрос… А вы бы не стали шарахаться от признанного общешкольного хулигана, вооружённого самым натуральным каменным топором?
Поттер шёл и время от времени постукивал своим странным то ли оружием, то ли инструментом по стенам. Зачем? Тоже весьма странный вопрос — это ведь был Харальд Поттер. Делать что-нибудь странное и нарушать безобразия было в его привычной манере. Уже ко второму году большая часть его софакультетчиков привыкла к мысли, что делающий что-то непонятное Харальд — гораздо предпочтительнее Харальда затаившегося. Потому что затаившийся Поттер гарантированно замысливал что-то масштабное и недоброе.
В данный момент Харальд был занят делом в принципе мирным — он простукивал стены на предмет наличия обширных пустот. Конечно, в волшебном замке это было несколько бессмысленно, потому как многие законы физики здесь прямо или косвенно нарушали свой привычный ход… Однако Поттер верил в торжество науки. Причём безоговорочно, признавая магию лишь доселе неизученным комплексом объяснимых с точки зрения науки величин.
Судя по рассказам отца, василиск, которого могли выпустить в этом году, должен был перемещаться по проложенным внутри стен Хогвартса трубам. С другой стороны держаться этого пункта, как слепой стены, было чревато. Ещё в прошлом году мальчик пытался отыскать вход в Тайную комнату поочерёдно во всех школьных туалетах замка (за что пару раз был весомо бит и наказан, так как большая их часть была рабочими и имела посетителей, в том числе женского пола).
Увы, но никаких признаков входа так и не было обнаружено!
Также не дала никакой информации и осторожная слежка за Джинни Уизли — дневника Волдмеорта при ней не обнаруживалось, да и вела она себя в целом абсолютно нормально. Ну, разве что приходила в тихую панику при виде Харальда и пыталась скрыться куда подальше, но Поттер списывал это свою славу Мальчика-Который-Выжил.
Сам Неубиваемый Мальчик, правда, относился к этой славе абсолютно равнодушно. Подумаешь, об него убился самый известный тёмный волшебник Британии! Харальд ведь этого даже не помнил и принял исключительно косвенное участие в столь эпохальном событии. С точно таким же успехом Волдеморт мог с разбегу убиться об стену. Интересно, оказывались бы ей столь же громкие почести или всё-таки нет?
Очень долго Поттер отказывался понимать, почему вообще вся слава низвержения Тёмного Лорда приписывается ему. Собственно, официальная версия событий ведь не имела ничего общего с произошедшими в реальности. Отец не любил распространяться об этом, но Харальд вполне мог посоперничать с седоволосым в упрямстве.
Какова же была хронология событий?
Виктор Норд пребывает в Британию и первым делом решает навестить могилу одного из легендарных братьев Певереллов, что был похоронен в Годрикс-Холлоу. Учитывая откровенно странное мышление Норда, посещение достопримечательностей в охваченной гражданской войной стране было вполне в его духе.
Питер Петтигрю открывает вход в пространство Фиделиуса Тёмному Лорду и тот на радостях полностью уничтожает защиту изнутри. Такое даже неволшебники должны были заметить, учитывая колоссальный выброс магической энергии. Кстати, как раз на этот период газеты Южной Англии вовсю пестрели заголовками о наблюдавшемся северном сиянии…
Волдеморт накрывает дом Поттеров антиаппарационным барьером и успешно прорывается сквозь линии магической защиты. Пока Лили пытается взломать блокаду, Джеймс встречает тёмного Лорда и пытается его остановить.