— Он же Рокс! — в голосе девушки звучало необремененное интеллектом возмущение.
— Это имя — не индульгенция, — жестко отрезала Жасмин. — Продолжишь в том же духе, и однажды напишешь «Он же Рокс!» на стене тюремной камеры. И, справки ради, второй поблажки не будет.
Горничная обиженно скривилась и открыла рот для достойного ответа, но заметила неподалеку бывшую секретаршу Дилена Рокса и удалилась с непобежденным видом.
Лада Ши передвигалась вдоль стены неуверенной походкой хмельного человека. Куталась в толстый белый халат с алыми сердечками и направлялась к бару. Покрасневшие глаза намекали на то, что она недавно много плакала, сжатый в руке плюшевый медвежонок с оторванной передней лапой — что плач скоро продолжится.
— Стоп. — Жасмин перехватила Ладу у двери, за которой слышался стук бокалов. — Вам туда не надо.
— Надо… — протянула секретарша, взъерошивая мокрые, не расчесанные после душа волосы. — Очень надо…
— Ладно, идем. — Самый отдаленный столик в темном углу пустовал, и это было хорошо. — Что стряслось?
Лада нахмурилась, на ее лбу пролегли глубокие складки.
— А вам какое дело?!
— Надеюсь, вы по пьяни сознаетесь еще в каком-нибудь преступлении. — Жасмин не собиралась щадить чувства собеседницы. — Согласны?
— Проваливайте! Я не в настроении!
— Это видно. Так в чем проблема?
Секретарша упала на антикварный деревянный стул с резной спинкой и навалилась грудью на стол, отодвинув декоративную вазу с голографическими цветочками к самому краю.
— Он все узнал, — пробормотала со всхлипом. — Все!
— Он?..
— Гэри.
Гэри? Стоило выучить окружение Дилена Рокса наизусть. Хоть убейте, а Жасмин не могла вспомнить ни одного главу корпорации, высокопоставленного чиновника, банкира или политика с таким именем.
— Он сказал, так даже лучше. Рокс любил меня как дочь и позаботился о моем будущем. Ненавижу!
— Гэри?
— Рокса!
— За что?
Лада притянула вазочку к себе и прислонила к ней порванного медвежонка.
— Он позаботился о моем будущем, — повторила с уверенностью в том, что это все объясняет.
Жасмин напомнила себе, что терпение — залог продуктивного диалога, и села на соседний стул.
— Как? — спросила по возможности мягко. — Что он сделал?
— Жениха мне нашел. Богатого. — Секретарша пьяненько хихикнула. — Перспективного. Доброго… Временами. Договор с ним заключил: финансирование его избирательной кампании в обмен на мое личное счастье. — Она схватила медвежонка и прижала к лицу. — Счастье, слышите? — проговорила невнятно. — Как будто Рокс знал, что это такое! Ни он, ни его предки не были способны любить! Они все — эгоисты до мозга костей! Преступники! Им место на помойке, а не в учебниках истории!
— Ну так откажитесь от этого брака. — Жасмин искренне не понимала\, в чем загвоздка.
Лада грохнула кулаком по столу, и зажатая в ее руке плюшевая лапа надорвалась по шву.
— Я отказалась! И что с того?! Думаете, Гэри обрадовался, что я выбрала его? Он бросил меня! Наплевал на пять лет отношений и покинул Вианду, чтобы не мешать мне стать женой президента. Ненавижу!
— Гэри?
— Рокса!
Крик привлек внимание управляющего. Он отставил бокал, уровень жидкости в котором не уменьшился ни на сантиметр, и подсел к секретарше. Взял ее за руку, начал говорить банальности вроде «все, что ни делается, к лучшему»… Заработал посыл по всем известному адресу и пристыженно ретировался.
— У Гэри есть фамилия?
— Ван! Гэри Ван! Что такое? Язык проглотили? Не ожидали, что кто-то предпочтет будущему президенту бывшего водителя?
Жасмин мысленно призвала на помощь высшие силы, потому что ее собственная выдержка таяла с каждой минутой все быстрее.
— Гэри Ван — гонщик, выигрывал Кубок системы семь раз подряд. Меня и правда удивило, что после ухода из спорта он стал водителем Дилена Рокса.
Лада вытерла медвежонком слезы и шмыгнула носом.
— Можно подумать, он сам ушел, — буркнула зло. — Рокс признавал лишь лучшее и всегда получал то, что хотел. Он не знал границ!
— Как и я, госпожа Ши. — Жасмин вытащила инфопанель и нахмурилась, подсчитывая время. — Когда ваш Гэри разговаривал с вами?
— Час назад. — Растерзанная лапа отвалилась, наполнитель посыпался на пол, и щетка робота-уборщика зашуршала по покрытию и обуви. — Он звонил с орбиты. Просил прощения и желал счас… счас…
Секретарша вновь залилась слезами и уронила медвежонка. Робот мгновенно засосал его и отправил в утилизатор. Тихий плач сменился громогласными рыданиями.
— Ну и толку страдать?