— Смотрите сюда все, рыцари и дамы! Конечно, он победитель, потому что у него в руках головы драконов! Да только вот в чем чудо: все головы без языков, а этого с драконами еще не бывало. Или ты, может быть, где-нибудь бросил языки?
Граф не знал, что отвечать ему на такие речи, а Вольфдитрих продолжал громовым голосом:
— Ты — обманщик! Вот языки драконов: я сам вырезал их, когда после ужасной битвы убил чудовища в их пещере и отомстил за смерть Ортнита. Ты же нашел в лесу лишь их безжизненные тела!
С этими словами он снял шлем, и королева радостно воскликнула:
— Вольфдитрих, неужели ты мой избавитель?
Граф же при виде его узнал в нем своего победителя в Тервисе и поспешил скрыться из бурга.
После этого в бурге весело и радостно отпраздновали свадьбу Вольфдитриха с королевою Либгардою.
Но недолго жил Вольфдитрих со своею женою, радуясь своему новому царству: скоро стал он грустить и задумываться, и никто не знал причины его печали. Наконец раз ночью, когда в бурге все спали, королева Либгарда стала настойчиво расспрашивать его о причине его грусти, и он признался ей, что сильно печалит его судьба одиннадцати ленников, покинутых им в Константинополе. Засмеялась королева Либгарда.
— Чтобы утешить тебя, я могу дать тебе вместо них одиннадцать тысяч самых лучших воинов, — сказала она.
Но Вольфдитрих не переставал горевать и жаловаться, и наконец она согласилась, хотя и неохотно, снарядить для него большое войско из своих лангобардов и предоставить Вольфдитриху идти с ним на Константинополь.
Поспешно окончив приготовления, войско село на корабли и после непродолжительного плавания благополучно высадилось на берег невдалеке от Константинополя. Там Вольфдитрих привел в порядок свои войска и, поставив во главе их опытных предводителей, приказал им скрываться вблизи города, ожидая его зова. Сам же он накинул поверх кольчуги свое платье пилигрима и в таком виде поехал в город.
Поздно вечером подъехал он к крепостному рву и притаился под крепостною стеною. Недолго пролежал он тут, как услыхал уже плач и горестные жалобы своих ленников. Все они громко жаловались на свою судьбу и призывали святую Деву себе на помощь.
— Перестаньте плакать и жаловаться все вместе на свою судьбу, — сказал потом старший из них, Гербранд, — будем лучше молить Господа, чтобы он смилостивился над верным Вольфдитрихом.
— Вы, странствующие по крепостной стене, — заговорил Вольфдитрих из рва, — я слышу ваши горькие жалобы. Что дадите вы в награду тому, кто покажет вам Вольфдитриха целым и невредимым?
— Нет у нас никакого имущества, — отвечали они, — мы можем только плакаться на свою судьбу. Большую нужду терпим мы тут и молим Бога, чтобы Он всем нам послал скорее смерть. Много могли бы мы порассказать тебе о наших страданиях: мы закованы в цепи попарно и нам дают всего лишь по полхлеба на двоих да по глотку воды, и этим должны мы довольствоваться весь день.
— Слушайте же вы, странники по крепостной стене, — продолжал Вольфдитрих, — один пилигрим просит у вас четверть хлеба ради спасения самой близкой вам души, за которую обязаны вы раздавать милостыню.
— Если бы предложили мне поднять из гроба отца моего и мать, — отвечал ему Гербранд, — я и то не согласился отдать за это четверть хлеба. Только ради одной души решаемся мы на это — ради души господина нашего, верного Вольфдитриха.
С этими словами они бросили ему со стены четверть хлеба и снова все вместе принялись жаловаться св. Деве на свою злую долю и на смерть своего отца, герцога Берхтунга, погибшего в темнице.
— Порадуйтесь же, странники по крепостной стене, — снова заговорил Вольфдитрих из своего рва, — радуйтесь, отважные витязи: скоро явится к вам верный Вольфдитрих!
— Ах, если бы дал Господь, чтобы был он жив и здоров, — отвечали узники, — то мы охотно согласились бы жить хотя бы на дне преисподней. Но его нет уже в живых, оттого-то и терпим мы такую муку!
— Радуйтесь же, странники по крепостной стене, — заговорил опять Вольфдитрих, — радуйтесь, славные витязи! Я сам — верный Вольфдитрих!
— Слава Господу нашему Иисусу Христу за то, что судил он нам вновь увидать своего господина, — воскликнули узники, все разом воздев руки к небу, и с этими словами они с такою поспешностью спрыгнули со стены в ров, что разорвались цепи, сковывавшие их по рукам.
Однако в городе успели уже все это заметить, и люди повсюду стали рассказывать, что вернулся Вольфдитрих. Доложили о том и братьям Вольфдитриха, Бауге и Ваксмуту, и не порадовались они этой вести. Приказали они своим воинам вооружиться и напали на стоявших под стеною одиннадцать витязей, из которых один только носил оружие. Но остальные десятеро не теряли времени даром: как только кто-нибудь из нападавших падал под ударами Вольфдитриха, один из безоружных надевал его доспехи и брал себе его оружие. Таким образом, у Вольфдитриха скоро оказалось десять надежных и хорошо вооруженных товарищей. Тем не менее, видя перед собою бесчисленную толпу врагов, Вольфдитрих приставил ко рту свой рог и принялся трубить с такой силой, что звуки его рога далеко разносились по горам и лесам. Услыхали его лангобарды и поспешили на помощь королю. Поспешили к нему на помощь и многие из жителей города, признавшие в нем своего законного государя, и скоро Вольфдитрих одержал полную победу над своими братьями.