Тидас остался охранять Милан, Амелот — Гарду; Берн был поручен неустрашимому Эльзану. Сам же Дитрих вернулся с войском Гуннов к королю Этцелю и его супруге, чтобы поблагодарить их за помощь.
В Этцельнбурге встретили их с большою радостью, и Этцель устроил великолепные пиры и празднества в честь амелунгских воинов.
Так прошло несколько времени, и Этцель сказал Дитриху:
— Теперь ты достиг уже вполне зрелого возраста и пора тебе выбрать себе жену, да и королевству твоему нужна королева.
— Это невозможно, — отвечал Дитрих, — земли мои, к сожалению, так опустошены и разорены, что я не в состоянии содержать двор.
— Об этом не заботься, — сказала королева Гельха, — я думаю, что тебе следует жениться на дочери моей сестры, на прекрасной Геррате, а она настолько богата, что тебе не будет нужды в иных сокровищах.
Испугался Дитрих, — не ожидал он, что умный и хитрый король гуннов вздумает таким способом привязать его к себе.
— Должен я прежде спросить совета у моих товарищей, — сказал он, немного подумав, — я поступлю так, как они мне присоветуют.
После этого разговора Дитрих пошел к своим друзьям; они сидели все вместе, и с ними был и Рюдигер. Дитрих сообщил им о желании короля.
— Подумай хорошенько прежде, чем сказать «нет», — сказал ему Рюдигер, — без войска Этцеля тебе не удержать за собой своих земель.
То же думал и Гильдебранд, и Дитрих наконец со вздохом сказал:
— Ну, значит, надо решаться: чего нельзя избежать, того не стоит и откладывать.
На другой день Этцель задал большой пир. Когда собрались все гости, Рюдигер поднялся со своего места и подошел к королеве.
— Благородная королева, — сказал он, — король Берна просит себе в жены твою племянницу.
Обрадовалась Гельха, и Этцель сейчас же обручил Дитриха и Геррату; Гельха подарила невесте много золота и драгоценностей и еще Зибенбюрген, ее собственное отцовское наследие.
Все при дворе гуннов радовались и ликовали по поводу этого события; один только Дитрих был не в духе и рад был покинуть праздник, когда ему вдруг доложили, что приехал Эккеварт по поручению Амелота из Гарды и привез ему какие-то важные вести. Но каково же было его отчаяние, когда услыхал он страшную новость: Витеге отложился и передал Эрменриху Равенну, где были тогда умерщвлены все — мужчины, женщины и дети.
Глубокая печаль и тоска овладели Дитрихом при этом известии. Между тем все, бывшие на свадьбе, недоумевали и удивлялись тому, что Дитрих вдруг исчез и больше не показывается. Наконец печальные вести дошли и до Этцеля. Сначала Этцель никак не мог понять, в чем дело, но когда Дитрих сам еще раз рассказал ему, как все произошло, король Гуннов пришел в страшный гнев, и сейчас же поклялся помогать Дитриху против кого бы то ни было.
С той минуты все словно забыли о свадьбе, и только и было речи, что об оружии да битвах. Когда общее волнение несколько улеглось, Этцель спросил, где стоял со своим войском Эрменрих и, вообще, было ли у него какое-нибудь войско.
— Государь, — заговорил Эккеварт, — около Сполето я сам видел его войско и, уверяю тебя, оно так велико, что я только удивляюсь, как удалось ему собрать такие силы.
— Чему же ты удивляешься? — возразил Дитрих. — Ведь недаром же завладел он сокровищами Гарлунгов и моего отца, Дитмара; обладая такими богатствами двух королей, нечего задумываться, откуда взять воинов.
— Пусть обладает он этими сокровищами, — перебил их Этцель, — на этот раз они ему не помогут. Войско, которое я вышлю против него, покажет ему его место.
После этих переговоров Этцель кликнул клич по всем своим землям. Гельха же дала Дитриху много золота и драгоценностей, чтобы ему было чем награждать товарищей.
— Пусть они неизменно преданны тебе, — говорила она, — но все же будет лучше, если и они получат свою мзду. Пожалуй, ведь и они окажутся непокорны, если тебе нечего будет давать им. Князьям подобает награждать верных своих воинов, потому что тому, кому нужны люди для войны, мало толку в подневольных слугах и лучше, чтобы служили ему по доброй воле. Нынче же слушаются лишь по принуждению, и князья, которые должны бы прилагать все усилия, чтобы помогать своим рыцарям, скорее стараются губить их.