- Это же вылитый ежик из племени ирокезов!
Ухватившись за это замечание, кто-то нашел старую пару сапог и додумался воткнуть их в снег вместо глаз и прикопать снизу перевернутое ведро вместо носа.
Но это еще было безобидной прогулкой. Далее честь развлекать подвыпившую, если можно так культурно выразиться, компанию выпала старой доброй игре «Мельница». И как меня только умудрились взять на слабо? И как я могла пойти на поводу у хитрющего Красавчика Сэма? Конечно, когда ты не в до конца адекватном состоянии чувства гордости и собственного достоинства стремительно взлетают до небес, а вот чувство самосохранения наоборот опускается где-то в район между полом и плинтусом. Кстати мне кажется или Сэм уделяет моей скромной персоне слишком много внимания, чем хотелось бы? Пусть оно и не совсем стандартное… А, пофигу. Ладно, сами напросились.
Я важно уселась перед матросом и, пододвинув поближе кучку белых фишек, сделала первый ход на доске. С самого первого момента как я села за игру меня сопровождало дурацкое состояние, которое всегда бывает после выпивки. Вот вроде и понимаешь все и думы чуть ли не философские в голову лезут, но при этом то, что перед глазами постоянно намеревается куда-то съехать или расползтись, а мысли едва сформировавшись, через секунду благонадежно замещаются новыми и напрочь покидают память. Вот и теперь я, почти не думая над тактикой ни своей, ни противника, грозно шлепала фишками по доске и вскочила с победным воплем, когда выиграла партию.
- А слабо повысить ставки? - не особо опечаленный проигрышем Сэм лукаво улыбнулся.
Кажется, я безразлично пожала плечами.
- У меня нет денег.
- А я говорю не про деньги. Как на счет игры на раздевание? Например, мой жилет на твое платье. По правилам вещи владельцам не возвращаются.
«Он что прикалывается? - я вопросительно приподняла правую бровь. - Нет, не прикалывается...»
Жаль, это было единственное и осмысленное, что в этот момент мелькнуло в ветреной голове, потому что далее я с азартными огоньками в глазах нагнулась над столом:
- А не слабо. Можешь сразу стаскивать с себя жилетик.
И надо же, как в воду глядела. Малость обескураженный Красавчик Сэм снова продув, выполнил свое же условие под насмешливые замечания товарищей. Остальные, видимо ему сочувствующие, решили просто так дело не оставлять. После Сэма к рубахе прибавился парадный камзол Большого Дейва и неизменная шляпа Терри. Пораженные моими победами зрители почти уже обреченно вытолкнули вперед Коннора. Не хотелось никакого разочаровать... Хотя нет, вру... Да я просто с удовольствием наблюдала, как ассасин недовольно стягивает с себя свой бело-синий плащ и кидает в общую кучу. Я была в ударе. Так и хотелось погладить саму себя по головке.
Я уже хотела покинуть стол, сказав, что мне надоело, как напротив устроился Рэймонд. Братик высокомерно смотрел на меня, а на губах играла очень ехидная улыбка. И почему я не отказалась? Почему ведомая коварным азартом осталась на месте? Он был единственным человеком, который знал все мои слабости и который мог меня обыграть практически с закрытыми глазами. Что этот предатель и сделал.
Испепеляя Рэя ненавистным взором, я встала из-за стола, случайно зацепилась взглядом за трофейные вещи, взяла плащ Коннора, кинула ему через плечо: "Не против?", и, не дожидаясь ответа, направилась в складское помещение. Не раздеваться же мне перед всеми. Но не сделала я и двух шагов, как меня остановил голос мистера Фолкнера:
- Постой-ка, у меня есть одна идея, - Роберт подмигнул своим товарищам по команде. - Собственно, вспоминая наш недавний спор...
Далее последовали какие-то путаные объяснения и мысли, которые, в конце концов, плавно перетекли в конкурс по скоростному развязыванию корсетов. К удивлению никто из женского общества не был против. Даже стали подшучивать над мужчинами, что сделать это способен только самый приноровившийся.