За время довольно продолжительного извилистого пути к землям архимага Адемара наследный принц додумался до простой и очевидной вещи. Почему бы сейчас, когда у него в напарниках непобедимый Божий воин, не устранить главную занозу — «любимого» дядюшку Рихарда (гореть бы ему в аду вечно) и его серого кардинала — архимага Кара-Касима.
А посему они прямо из спальни переместились в столицу бывшей Империи Аргос — город Феру, чью красоту вот уже много веков воспевают поэты.
Благодаря «пологу невидимости» молодые люди, не привлекая постороннего внимания, очутились в одном из дворцовых парков. Не обращая внимания на красоты заморских растений и деревьев, Леон с Махой порысили в направлении имперской резиденции, чей белоснежный шпиль возвышался среди океана зелени, подобно морскому маяку.
Проникнуть внутрь дворца удалось лишь благодаря магическим способностям Махи. Зловредный архимаг Кара-Касим понаставил сотни ловушек и барьеров, но, как говорится, на каждую хитрую попу найдется болт с обратной резьбой.
Конечно, иной дотошный читатель в негодовании воскликнет: «Не бывает, чтобы так легко и просто герои врагов устраняли пачками, а в завоеванных герцогствах и прочих королевствах устанавливали революционный порядок».
Верно, почти не бывает. Хочу напомнить: действие происходит в магическом мире, а главный герой — менталист, да и подруга — магичка не из последних. К тому же сам Леон прошел суровую школу спецназа ГРУ, а это оч-чень круто, Рэмбо нервно курит бамбук в сторонке.
Однако не будем отвлекаться и последуем за нашей парочкой.
Следуя в кильватере за Махой, землянин лишь крутил головой от белой зависти: та проходила магические барьеры, словно раскаленный нож сквозь масло. Снующие туда-сюда придворные и слуги их не видели и не слышали.
Где может находиться правитель в светлое время суток? Правильно — в рабочем кабинете. Сидеть с умным видом и решать государственные дела, зарывшись в гору деловых бумаг.
Леону с Махой пришлось делать микропортал, войти в двери помешали часовые — два здоровенных бугая в гвардейской форме. Один шаг — и они в кабинете.
От увиденной картины оба впали в кратковременный шок, быстро пришедший в себя Леон прикрыл ладонью глаза девушке.
— Маленьким девочкам нельзя смотреть на такое непотребство.
— Ага, — обиженно пробормотала Маха, — как трахаться, так я большая, а….
В этот момент наследный принц другой рукой запечатал подруге рот.
У большого стола с искусно выточенными ножками стоял голый дядя Рихард в позе пьющего оленя, а его с азартными вскриками охаживал Кара-Касим.
— Гребаные п… ры! — Леон терпеть не мог извращенцев. Выхватив меч из ножен, он в два шага пересек кабинет и отрубил головы обоим гомосекам. Трупы рухнули на пол, обильно орошая кровью пушистый зеленый ковер.
— Что это было? — Маха удивленно хлопала глазами, уставившись на Леона.
— Извращенцы они были. А что у вас подобного нет?
Девушка в ответ возмущенно зашипела.
— Значит, вы счастливый народ, — пожал плечами Леон. — Давай сюда гвардейцев, пусть закопают эту падаль где-нибудь подальше, а потом созываем министров и завоевываем королевство.
— Как скажешь, мой принц, — и Маха направилась к двери.
Столичные обыватели сутками не уходили с дворцовой площади, наслаждаясь зрелищем: за день казнили не менее четырех десятков мятежников из числа знати и высшего офицерского состава. Ротация кадров при дворе шла с умопомрачительной скоростью. Особое удовольствие зевакам доставила казнь бывшего начальника Тайной стражи и его десяти приспешников, убивших императора несколько лет назад. Предатели, благодаря магии, умирали четверо суток, в страшных мучениях.
Леон с Махой падали от усталости, пропуская сотни народа через ментаскопирование. Кому на плаху, кому опала с конфискацией, а некоторым внезапное повышение в карьере. Кроме того, выезды в полки — ментальное воздействие на преданность императрице. Словом, спустя декаду, любовники вымотались до предела, дошло до того, что на сладкие утехи не оставалось сил.
Проснувшись поутру, Леон заявил:
— Хватит пахать на износ, пора отдыхать.
Из-под одеяла раздался короткий смешок.
— Чего ты там хихикаешь, а ну вылазь на свет, похвали меня, гениального.
Объявившаяся Маха своей фразой буквально сразила землянина:
— Ты только не обижайся, мой принц, но я тебе одну умную вещь скажу.
— Ну прям «Мимино», в натуре, — расплылся в улыбке Леон.
— Об отдыхе нужно было подумать гораздо раньше, — продолжила полуголая красавица, соблазнительно дернув плечиком, от чего колыхнулись полушария грудей с розовыми сосками. Леон зарычал и кинулся на соблазнительницу — на ближайший час им стало не до разговоров.
Глава VIII
Лежа на ворсистом ковре, раскинутом в тени деревьев императорского сада, и потягивая прохладное вино, Леон с наслаждением избавлялся от груза навалившихся за последнее время забот. На душе благодать — он скоро увидит маму. Радостное настроение не покидало наследного принца с утра — все дела улажены, назначенный наместником местный барончик активно наводит порядок. «Гуляй, братва, от рубля и выше».
Праздничное настроение слегка портила Маха своими печальными глазами. Пытался дознаться, в чем дело, — без толку, молчит, только фыркает: отстань, мол. Ну как хочешь, а наше дело мущинское — наливай да пей. Порезвился Леон всласть: и песни поорал, и половецкие пляски устроил — местное вино хоть и вкусное, но слабоватое. Правда, если нельзя взять качеством, то можно взять количеством. В общем, наш герой в итоге проснулся в совершенно незнакомом месте и вдобавок с раскалывающейся головой, которую заботливая Маха тут же подлечила.
Потом выкинула вдруг фортель — бросившись перед Леоном на колени, принялась просить у него прощения. Тот в полном обалдении поначалу ничего не мог понять.
— Погодь, не трещи сорокой, толком объясни, в чем дело.
Маха покаянно опустила голову:
— Я переместила нас в мой родной мир, надо показать маме отца моего будущего ребенка.
Леон вытаращил глаза. Девушка невольно улыбнулась:
— Ты такой смешной. Ну да, у нас будет ребенок, плод нашей любви. Не беспокойся, надолго не задержишься. С мамой познакомлю, и все. Сама ее не видела сто лет, очень соскучилась.
Землянин с треском поставил челюсть на место, собрал мысли в кучку: чего всполошился раньше времени, день-два — и обратно.
Он ошибался, чувство предвидения в этот раз подвело.
Только сейчас Леон обратил внимание на несколько странный пейзаж вокруг. Они находились на самом краю темно-зеленого леса, в десяти шагах от мощеного тракта. От которого в сторону обработанных полей отходила широкая проселочная дорога, заканчивающаяся у замка-крепости, видневшегося вдалеке.
— Голова прошла? Тогда пойдем, милый.
И они шагнули в портал. Как всегда мимолетная вспышка перед глазами, шаг — и они у ворот замка, которые, несмотря на день, оказались закрытыми. Высота стен поражала — не менее тридцати метров. Оборонительные сооружения сложены из огромных блоков.
«Здесь без магии не обошлось», — подумал Леон. Повертев головой, подивился необычному дневному свету — тускловато. На ум пришли аналогичные белые ночи Питера. Видимо, северные широты, не иначе.
В это время в воротах открылась неприметная дверь, и оттуда выскочил закованный в броню монстр с мечом в руках. Толчок Махи смел с дороги Леона что пушинку. Она в боевой шкуре с обнаженным клинком кинулась на защиту любимого. Потом, внезапно откинув оружие в сторону, вернулась в человеческую ипостась.
— Мама, не трогай его, он мой спаситель и отец моего будущего ребенка.
Монстр тормознул, остановился и тут же превратился в копию Махи. Леон протер глаза: «Какая на фиг мама? Старшая сестра, не больше».