— Вот ты даешь, — смеялся он и слезы вытирал. — И цыганочку станцевала и граждан по лестнице спустила. Если они не дураки, то поймут, что что-то там нечисто, а если нет, то надо вызывать тяжелую артиллерию.
— Дух твоей бабки? — со смехом спросила Валя.
Тимоха перестал смеяться и серьезно на нее посмотрел.
— Нет, конечно, но ты натолкнула меня на одну идею. Все кто магией занимается, все друг друга знают. Попрошу мамку, чтобы она поговорила с главной цыганской ведьмой, — сказал он.
— Думаешь, мама твоя станет это делать? — засомневалась Валя.
— За спрос не дают в нос, или я сам к ней пойду, или к цыганскому барону. Иначе так просто от них не отделаешься, — сказал Тимоха и покачал головой.
— Страшно, — протянула девушка.
— Это они нас пусть боятся, — ухмыльнулся он. — Ладно, Валюшка, увиделись, поговорили, все выяснили, побежал я. У меня в отличии от тебя зачетов автоматами нет. С мамой попробую поговорить. До встречи, до связи. Телефон свой заберу и можно будет звонить на любой из этих двух номеров.
Тимофей встал с лавочки и проводил Валентину до подъезда.
— Пока, Тимоха, ни пуха, ни пера, — пожелала она ему.
— К черту, — махнул он. — И тебе отлично все сдать.
— Спасибо, я постараюсь.
Ребята разошлись каждый в свою сторону.
Глава 56. Не все так просто
Тимофей вечером этого же дня отправился в гости к родителям. Он знал, что они дико за него переживали, и хотел их поддержать и побыть с ними. Ужином в этот день занимался отец, мама восстанавливалась и лежала на диване. Брательник помогал отцу на кухне. Тимоха зашел к маме в комнату.
— Ты как? — спросил он ее.
— Уже легче, хоть от сердца отлегло, — вздохнула она и улыбнулась. — Хорошо, что все обошлось. Как у тебя дела, как учеба?
— Сдал сегодня парочку зачетов, несмотря ни на что.
— Тимоша, ты бы девочку оставил в покое, — сказала мама.
Тимоха нахмурился и посмотрел на мать исподлобья.
— Валя мне нравится, — ответил он.
— Ты же сам прекрасно знаешь, чем это все может для нее закончится. Тебе вообще не нужно ни с кем дружить.
— Мама, я молодой, здоровый, нормальный парень. Я хочу гулять, дружить, общаться, влюбляться. Мне двадцать лет. Почему я должен стать затворником? Я хочу учиться и работать, как все обычные люди.
— Тимоша, но ты же не совсем обычный, — вздохнула мама.
— Так же, как и ты. Но ты почему-то влюбилась в отца, вышла за него замуж и родила двоих детей. Я тоже хочу свою семью, детей, любимую и любящую жену, — возмущался парень. — Я не виноват, что вы меня с бабкой наградили некоторыми способностями. Все тянули меня в разные стороны.
— Но ты опасен для окружающих.
— Я себя контролирую, — насупился Тим.
— Как с тем парнем, который украл у тебя телефон? На нем же живого места нет. Он словно через мясорубку прошел.
— С чего ты в больнице решила, что я это он? — спросил Тимоха.
— Мне отдали твой телефон и студенческий.
— Студенческий? — удивился парень.
Он задумался и вдруг его лицо озарилось.
— Так этот прохиндей еще и куртку у меня украл. А я то думал, что опять посеял студенческий.
— Тимофей, не переводи разговор. Это же твоя работа с парнем? — спросила мама.
— Нет, — он посмотрел на нее спокойно. — Я, конечно, разозлился на воришку, но не до такой степени, чтобы кого-то убивать.
— Но хотел покалечить?
— Мама, я за собой слежу. Я не говорю лишних слов, я даже думать стараюсь правильно. Да, бывает, что разозлюсь, но я же человек в конце концов, я же живой. И я не виноват, что вы вдвоем с бабкой что-то накрутили, что мое слово сразу воплощается. И калечить я никого не собирался. Скорее всего я не один такой был, у кого он украл, а может чего плохого сделал еще. Вот ему и прилетело, — возмутился Тимофей.
— Тимоша, но с девочкой нужно прекратить общаться, — настаивала мать.
— Почему?
— А вдруг она влюбится в какого-то другого, или обманет тебя, или ты ее увидишь в неприглядном свете.
— И? Влюбится, значит так тому и быть. Она не умеет обманывать, сразу по ее лицу видно, что что-то скрывает. Валя хороший человек, добрая, отзывчивая, правда, иногда может вспылить, и она справедливая.
— А если она тебе изменит?
— Если бы, да кабы. Будем решать проблемы по мере их поступления. — Тимоха поморщился. — Не мути воду, не кидай зерно подозрений.
— Тимоша, если девочка твоя тебе изменит, то ты ее сотрешь с лица земли, — сказала мать.
— С чего ты это взяла?
— Такие эмоции сложно контролировать, — мать покачала головой. — Ты опасен для нее.