— Старая ведьма обещала помочь, но только сказала, что проклятие будет на внучке, но ляжет немного по-другому. Муж ее потом найдется, а вот с остальными потомками, ей ничего не видно, может будет, а может и нет. Но по роду проклятие идет красной нитью на семь поколений, а на девятом ослабнет и потухнет, если потомки хорошо себя вести будут. Так сказала старая цыганка. Розка ей во всех ритуалах помогала, и ко мне бегала учиться тому, чего старая ведьма не знала.
— Так она домой к вам приходила? — удивилась Валя.
— Вот еще, я что совсем больная? Нет, я тогда жить не могла в квартире, тяготила она меня, снимала маленький домик на окраине, рядом с цыганами. Вот туда она и бегала. Я ее многому научила, помнит, зараза, меня.
— Да уж, — протянула Валя. — А я тогда какое поколение?
— Валюшка, я не знаю, надо попробовать посчитать. Давай чай пить, устала я болтать. Потом как-нибудь я тебе на все остальные вопросы отвечу.
— А вы, Клавдия Сергеевна, людей не принимали? — поинтересовалась Валентина.
— Нет, и даже мыслей никогда таких не было. Иди, ставь чайник.
Валентина задумалась над бабушкиным рассказом. Значит она знала, что ее отец жив и он найдется, но ей не сказала.
Глава 63. Интриги и заговоры
Валентина смотрела внимательно на бабушку, когда они пили чай и перекусывали всевозможными бутербродами. Клавдия изредка бросала на правнучку взгляды, понимая, что эта чертовка пошла в нее, и вряд ли она отступится от своего.
— Кто такая Светка? Мать Тимохи? — спросила Валя, отпив чай из кружки.
— Допустим, — однозначно ответила бабулька.
— Без допустим, — впилась взглядом девушка в бабулькино лицо.
— Она самая, — хмыкнула. — Я так устала, может позже вопросы?
— Потом мне вас пытать раскаленным железом. Что вы все таитесь? — строго спросила Валя, нахмурив брови.
— Валюшка, знаешь такую поговорку: «Вспомнить есть что, а рассказать внукам стыдно»? Так вот, это про меня, — усмехнулась она.
— Что так все плохо? — скептически спросила девушка.
— Ну, скажем, гордиться нечем, — бабулька грустно улыбнулась. — Ты сможешь меня понять, когда почувствуешь всю силу, которая у тебя есть и будет.
— Давайте не будем сваливать все вместе: мух и котлеты, — поморщилась Валя. — Я при первом взгляде поняла, что вы та еще штучка. Плохие поступки не оправдывают наличием или отсутствием силы, а говорят о гадком характере человека.
— Какая ты категоричная, — хмыкнула Клавдия Сергеевна.
— Не в кого, — усмехнулась Валя.
— Уже поняла, что от осинки не родятся апельсинки.
— Хватит юлить, так что там говорили про Свету, Тимохину мать. Зачем она меня в ковер закатает?
— Ну, я же не только к цыганам ходила, — смущенно ответила баба Клава.
— И к Тимохиной матери? — удивилась Валентина.
— Нет, к ее матери, бабке Тимофея. Светка тогда была примерно того же возраста, что мать твоя, малышка совсем.
— И?
— Там тоже ничего не сложилось, но бабка меня запомнила. Она всех к себе в журнал записывала, кто к ней приходил. А для особых гостей была заведена тетрадка. В ней она помечала выявленные способности. Стервь была еще той. Если бы знала какая она, не пошла бы никогда.
— Что-то как-то не вяжется это все, есть пробелы в рассказах.
— А ты не вяжи, нашлась тут рукодельница, — хмыкнула старушка. — Пошла я, отдохну, сил после прогулки и после разговоров с тобой не осталось уже.
— А… — начала Валя.
— Бэ тоже витамин, отвали моя черешня, не хочу больше в прошлом копаться, — буркнула бабка, встала из-за стола и поковыляла к себе в комнату.
— Вот старая партизанка, — прошептала девушка.
Она убрала все на кухне и отправилась звонить Тимофею, может он как-то прояснит ситуацию с цыганкой. Валя так и не поняла зачем она приходила, явно не на старушку любоваться, и не просто мимо шла. Да и девчонка эта мелкая сразу сообразила, что пуговку от сглаза надо с Вали снять. Что-то тут нечисто. Набрала номер Тимофея.
— Алле, — послышался знакомый голос. — Уже соскучилась?
— Конечно, — хмыкнула Валюшка. — Ты там опять ешь?
— Не опять, а снова, — ответил парень, жуя в трубку.
— Как сессия?
— Проходит, сдаю, — улыбнулся он. — А у тебя что там стряслось?
— Мы сегодня с бабушкой утром гуляли, — начала рассказывать Валя.
— Класс, на пользу ей больница.
— Так вот, к нам подошла цыганка с внучкой. Она с бабушкой разговаривала. Странно это все.
— Зачем подходила? — в голосе Тимофея слышалось напряжение. — И ты случайно не знаешь, как цыганку зовут?