— Нет, — ответил Тимоха. — Мы заняты.
— Ну, смотрите. Если плавок нет, так можно и голышом, — смеялась девушка.
— Можно, но не сейчас, заняты мы, — грубо ответил Тим.
— Да, пусти ты меня, — обозлился Илюха. — У самого девушка есть, а мне запрещаешь. Это нечестно, несправедливо.
— Да ничего я тебе не запрещаю. Надо сначала защиту поставить, а потом уже и на прогулки всякие ходить. Мало ли где и кто тут похоронен. Купаться пойдешь и плохо станет, потому что там в прошлом году, какой-нибудь дядя Петя утонул, или девочка Леночка, или пятьдесят лет тому назад кладбище размыло.
Илюха сердито на него смотрел.
— Тебе это надо? Девушка красивая, а тебя полощет в кустах, как малохольного. Тоже мне прогулка на пляж, — быстро шептал Тимофей. — Надо придумать, что сделать, чтобы тебя не мутило.
— Ну, да, — сник Илюха. — Ты прав, я как-то об этом не подумал.
— Я кое-что придумал.
— Очередной ритуал?
— Угу.
— Так давай его скорее проведем и пойдем купаться, — обрадовался Илюха и засуетился.
— Надо его ночью проводить, чтобы никто не мешал, а то мало ли кто еще припрется.
— Ясно, — вздохнул парень.
— Еще успеешь наплаваться в речке, — похлопал по плечу его брат.
— А чем тогда займемся?
— Хочешь, сходим за молоком, да за сливками, творогом?
— Пошли. А потом?
— А потом, милый братец, мы с тобой займемся огородом. За неделю все зачахло, — подмигнул Тимоха.
Ребята закрыли дом и отправились за молоком. Девицы уже нигде не наблюдалось.
— Все же здесь хорошо, — вздохнул Илья. — Нет такого шума, как в городе и дышится легче.
— Ага, — согласился Тимоха.
На своем пути они никого не встретили, кроме той самой собачонки, что пирожки уволокла. Она их обнюхала, посмотрела внимательно и гавкнула для приличия.
— Тимоха, а где наш Полкан? — вспомнил Илюха.
— Дрых под крылечком.
— Точно?
— Точно.
Ребята вошли в магазин. Бойкая продавщица убирала в холодильник бутылку с молоком.
— Ох, ребятки, что-то вы долго спите. Последняя осталась, все распродала.
— А сметана, а творог?
Женщина вздохнула, вытащила все из холодильника.
— Держите, творог еще остался, а вот сливки тоже банка последняя. Чуть позже бы пришли, вообще ничего бы не было. Здесь все отлично расходится.
Тимоха рассчитался, все сложил в пакет.
— Яйца пробовали? — спросила продавщица.
— Да, вкусные, — кивнули парни.
— Обращайтесь. Еще к нам пельмени привозят самолепные, и вареники всякие разные. Не хотите вареников с картошкой?
У Тимофея громко заурчало в животе.
— Поняла, — рассмеялась она.
Женщина вытащила большой пакет с варениками из морозилки, взвесила его и назвала цену. Тимоха вздохнул и оплатил покупку.
— Приятного аппетита, приходите к нам еще, — крикнула она им вслед.
— Спасибо, — кивнул Тимоха.
Около калитки их ждала Ангелина с банкой молока.
— Мамка сказала вам молочка передать, а то утром та банка разбилась, — улыбнулась она.
— Мы уже купили, нам больше не надо, — ответил нарочито вежливо и холодно Тимоха.
— Так скиснет, можно простокваши попить, вкусно, — улыбнулась она.
— Нет, спасибо, не надо, — с нажимом ответил он. — Ты же на речку собиралась?
— Так там местные, мне не захотелось с ними вместе плавать.
— Так это же все твои знакомые и одноклассники, — заметил Тимофей.
— И что? Теперь я их за это должна любить? Не захотела их видеть, и все. Бери молоко, да я пошла.
Она попыталась всунуть банку в руки Тимохе, но тот развернулся к ней спиной и стал открывать калитку.
— У нас никто не запирается, — возмущенно сказала девушка.
— А у нас запираются, — спокойно ответил Тимоха.
— Ну, хоть ты возьми молока, — протянула она Илье.
Парень помотал головой.
— Я не пью прокислое.
— Так оно свежее, — возмутилась Ангелина.
— Мы уже купили. Да и прошлую банку я случайно уронил, разбилась, жалко. Вдруг и эта выскользнет.
— Ну, и не надо, — сердито буркнула она и отправилась к себе. — Такие молодые, а как стариканы какие-то.
Илюха с сожалением смотрел на удаляющуюся девушку.
— Ты чего там застрял, — крикнул Тимоха.
— А? Иду. — Илья побрел в дом.
— Калитку то надо закрывать, — проворчал Тимофей и отправился закрываться.
Соседки за забором тихо переругивались.
— Не взял он. Что ты прилепилась? Я ему уже и в руки совала. Дался тебе этот старший. Вон к младшему никакого особого подхода не надо, и так на меня смотрит, как телок. Только помани пальцем, сам побежит.