— Кость, — поправила ее Валя.
— Не важно, вечно лезешь не в свои дела, что ты прилепилась к Сереже. Не лезь к нему, он мой. Тебе понятно?
— Он то хоть в курсе, что тебе принадлежит? — хохотнула Валя. — И что-то я на его лбу не видела надписи «Собственность Кати».
— Я не Катя, я Настя, — прошипела девица.
— Все равно нет у него такой надписи, — мотнула головой Валя.
Весь этот серпентарий ее просто веселил.
— Не лезь, а то мы тебе устроим, — потрясла кулаком девица.
— Попробуй, — усмехнулась Валентина.
Она взяла рюкзак и отправилась на другую пару. Остальные занятия прошли без эксцессов, и никто к ней не подкатывал и претензий не предъявлял.
Не успела Валя выйти из учебного корпуса, как раздался телефонный звонок. Она посмотрела на экран, звонила ее закадычная «подружка» Катя.
— И что этой змеючке надо, — сказала Валя и взяла трубку.
Динамик взорвался от диких воплей.
— Ты чего орешь? — спросила Валентина.
— Это твоя работа, твоя работа? — визжала Катька.
— Какая работа? — не поняла Валя.
— Это ты ко мне покойника подослала? Решила в могилу и меня с собой утащить? — кричала девица.
— Причем тут я, это ты всякие обряды проводишь, вот, наверное, и прилип к тебе кто-нибудь, — пожала плечами Валя.
— Да я, да я, я на тебя сотни порч наведу, я тебя со света сживу, — верещала Катька.
— Попробуй, — спокойно и с угрозой ответила Валентина. — Только с головой со своей разберись вначале, и бесячий зоопарк разгони.
— Какой еще бесячий зоопарк? У меня тут вещи по квартире летают, в зеркале и других предметах какой-то мужик отражается, кто-то меня за волосы и за руки хватает.
— Не хрюкает никто? — рассмеялась Валя. — Пить завязывай или бригаду спец назначения вызывай.
— Все мои тетради сгорели, книги водой залило, карты пожгли, руны все почернели, свечи все узлом завязаны, — визжала Катька. — Ты хоть знаешь сколько это все стоит?
— Ты вообще нормальная? Причем тут я? Ты всякой чертовщиной занимаешься, а ко мне претензии предъявляешь, может это так тебя Бог наказывает. Лови свою кукушку, пока в окно не вылетела.
Валя отключила телефон, усмехнулась и даже позлорадствовала, так ей этой Катьке и надо, нечего в каждом человеке кролика видеть, учиться ей надо порчи наводить, ишь самая умная нашлась.
Дома переделав все дела, Валентина тихонько позвала Федора. Появился он через пять минут.
— Чего звала? — спросил он.
В руках он держал небольшой блокнотик и читал содержимое страниц.
— Это ты Катьке порядок в квартире навел?
— Я, — он довольно кивнул. — Было весело. У нее еще какие-то бесята живут, они мне немного помогли.
— Что в руках? — спросила Валя.
— Катькин блокнот. Там записано на кого она обижена, кто ей в жизни напакостил и кому она мстить будет. Даже есть запись про тебя. Ты ей в третьем классе не дала откусить от своего яблока, а в четвертом не подарила свою ручку.
— Ужас какой, — засмеялась Валентина.
— Угу, по этой Кате плачет желтый дом. Там такие обидки мелкие. Еще есть у нее записная книжечка, где написано, кому и что она сделала, и результаты. На тебя она раз десять порчу наводила, и на красоту, и на ум, и на здоровье, и даже на деньги.
— Что-то ничего меня не берет, — улыбнулась Валя.
— Но я то за тобой пришел, значит у нее есть дар.
— Так если лупить все время по одному месту, то оно может и лопнуть.
— Или у кого-то на тебя есть виды, — покачал головой Федя, изучая блокнот.
— А ты не хочешь уйти в мир иной? — спросила его Валентина.
— Нет, — помотал он головой.
— Почему?
— Я же не знаю, что там, и мне страшно.
— Но тут же у тебя нет тела, нет смысла болтаться на земле.
— Так это даже интересней, когда нет тела. Есть мне не хочется, спать мне не надо, могу сквозь стены проходить, появляться, где мне захочется. Есть какая-то энергия, которая позволяет мне брать разные физические объекты, двигать их, осуществлять действия. В общем мне мое нынешнее состояние нравится, — хрипло засмеялся покойник.
— Изумительно, — криво усмехнулась Валя.
С Федей лучше не ссориться, мало ли, что взбредет в его голову. Мужчина поднял на нее свои белесые глаза.
— Не бойся, я тебя не трону, мне нельзя тебе вред причинять, — казалось, что он прочитал Валины мысли.
— Почему нельзя? — поинтересовалась она.
— Мне запретили, да и я сам не собирался этого делать.
— Кто запретил?
— Не знаю, просто в голове возникла мысль, что делать этого нельзя.
В комнате появился кот. Он забрался на диван рядом с покойником. Последнюю фразу Федора он наглядно продемонстрировал. Выставил средний коготь на передней лапке и провел себе по шее, потом упал на пол и забился в конвульсиях. Валентина сорвалась со своего места и кинулась к животному. Аббадон поднялся и поклонился всем.