Бабулька проводила их в летнюю кухню, принесла трехлитровую банку молока.
— Не кипятила еще. Не люблю кипяченое, но боюсь, что закиснет.
— Тимоха, там в рюкзаке у меня еда лежит, вытащи, — еле проговорила Валя.
— Может погреть чего нужно? Вона, у меня тута микроволновка стоит, — кивнула бабулька на агрегат.
— Здорово, — обрадовался Тимофей. — А то у меня там жирные чебуреки.
Он вытащил все на стол из рюкзаков. Пододвинул кружку с молоком к Вале. Она несколькими глотками выпила сразу половину. На лице сразу появился румянец.
— Ну, вот, девка сразу порозовела, — сказала бабка Зоя, засовывая чебуреки с картошкой в микроволновку.
— Спасибо вам, — тихо прошептала Валюшка.
— А я с вашего позволения, ребятки, пряничками отужинаю.
Бабулька вышла из летней кухни и вернулась через пару минут с пакетом пряников, пучком редиски, зеленого лука и укропом.
— Как же картошку лопать, да без ничего, — покачала она головой. — Помой, касатик, да порежь лучок с укропчиком. Картоха то хоть с маслом? — спросила бабанька.
— Да, с постным, ароматным, — еле улыбнулась Валя.
— Вы сюда венчаться приехали, али по скорбному делу? — поинтересовалась любопытная старушка.
— Нет, отца искали, — тихо ответила девушка.
— Нашли и он вас не признал, — сказала баба Зоя.
— Да, — кивнула Валя.
— Так редко кто от хорошей жизни сюда бежит. Тут еще и центр реабилитационный сделали, какое только отрепье сюда не стекается, — покачала она головой.
Звякнула микроволновка. Тимоха поставил нарезанный лук и укроп на стол, положил помытую редиску, вытащил из микроволновки картошку и чебуреки. Приступили к еде. Бабулька оказалась той еще болтушкой, рассказывала про монастырь, и про его обитателей и про своих соседей. Ребята уплетали картошку со свежим луком, хрустели редиской и с удовольствием пили молоко.
— Ох, — вздохнула Валя, посмотрев на часы.
— Что такое? — спросил Тимоха.
— Кажется, мы с тобой опоздали на электричку.
— Так оставайтесь у меня, — взмахнула ручками баба Зоя. — Тута диван стоит, он раскладывается, вам на двоих нормально будет.
— Нам бы тогда раскладушку еще, — покраснел Тимоха.
— Ой, я то думала вы того самого, а вы просто друзья. Простите меня старую. Есть у меня раскладушка на чердаке. Все со стола уберем и достанешь ее, заодно поможешь шкап тяжелый передвинуть.
— Огород полить надо? — строго спросил Тимошка.
Бабулька испуганно на него посмотрела.
— Так надо или нет? Я полью, до ночи то еще далеко, чем-то заняться надо бы, — ответил он более мягко.
— Да надо бы. Так это, ты раскладушку достань, шкап помоги передвинуть, и на речку со своей молодкой сходите. Чего в духоте сидеть. Придете и польешь огород, у меня вообще-то шланги везде лежат, но вот огурцы, да помидоры надо теплой водой поливать, а это ведра таскать, — ответила ему баба Зоя.
Так и решили сделать.
— Тимоха, только у меня купальника нет, — сказала Валя.
— И у меня нет, можно же просто погулять, ноги помочить, — пожал он плечами.
Тимофей сначала помог передвинуть тяжелый шкаф, а затем слазил на чердак и достал оттуда пыльную раскладушку. Весь измазался в пыли, да в паутине, несколько раз даже чихнул.
— Вот она кака пыльная, — покачала головой старушка. — Все равно весь изгваздался, на веник, пыль выбей.
Валентина сидела на лавке и наблюдала за происходящим. Здесь было хорошо, дышалось легко, шумели деловые шмели, носились бешенные мухи, где-то кукарекал петух и мычали коровы. На душе было тихо и спокойно, даже встреча с отцом отошла на второй план.
Глава 40. Вечер в деревне
Тимоха был весь в пыли и паутине. У него было такое выражение лица, что Валентина невольно рассмеялась.
— Ох, ты и чумазый, как соседский Бобик после дождя, — усмехнулась бабка Зоя. — Баня у меня не работает, а вот летний душ имеется. Сейчас я тебе дам полотенце, сходишь помоешься.
— Не надо полотенце, у меня свое есть, — ответил он.
Валентина удивленно подняла брови.
— Так у меня много чего имеется, я же, как девица, идущая в клуб, не знаю, где проснусь утром, — рассмеялся он.
— Токма всю воду не израсходуй, мне еще перед сном ополоснуться надо будет, — наказала ему бабанька.
— Хорошо, — кивнул он и вытащил из рюкзака маленькое квадратное вафельное полотенце. — Обтереться хватит.
Также оттуда выудил чистую майку. Он отправился в летний душ, а Валентина осталась сидеть на лавке.