— Да и я тоже.
Валя приоткрыла замок и заглянула внутрь, на нее сразу пахнуло запахом зеленого лука и редиски.
— В общем, зайдешь ко мне и мы распределим все, — сказала Валя. — Мне вот так не удобно, надавала нам всего бабушка Зоя, а мы ничем ее не отблагодарили.
— В следующий раз приедем и отблагодарим, подарки привезем, вкусняшки, банки вернем. Егор может у нее появится, и отблагодарит ее за нас, — кивнул Тимоха. — Мы же не просили ничего, не клянчили, бабушка нам все сама дала. Пусть тебя совесть не мучает.
Валентина посмотрела на время и ойкнула.
— Половина пятого, там прием передач с пяти часов начинается, а еще что-то приготовить нужно. Побежали скорей, — вскочила она со своего места.
Тимоха подхватил сумку и поскакал вслед за ней. У него затрезвонил телефон. Он остановился извлек аппарат из кармана и нажал на кнопку принятия вызова.
— Привет, мамуль. Да, все у меня в порядке. Мы в монастыре были, там плохо ловит. Конечно, я к вам приду вечером на ужин. Слушай, а ты не против будешь, если я к вам заявлюсь не один? Спасибо, тогда до вечера.
Он сунул телефон в карман.
— Пойдешь со мной сегодня на ужин к родителям? — спросил он.
Валентина даже остановилась от удивления.
— Ты хочешь познакомить меня со своими родителями? А не рановато ли? — удивленно вскинула она брови.
— Не знаю, — пожал он плечами. — Не хочешь, не иди.
— Прости, но не хочу. Устала я немного за эти выходные, еще сейчас готовить, и к бабушке в больницу бежать, да и сессия на носу, надо хоть что-то выучить.
— Ладно, значит в следующий раз, — кивнул он.
Тимоха не расстроился, а может не показал вида. Они быстро добрались до Валиной сталинки. Тим занес сумку к ней домой.
— Я ничего брать не буду, сейчас к маман поеду. Чего я туда с банками попрусь. Ты там разберись, чего не нужно мне отдашь. Все, я поскакал, бабушке скорейшего выздоровления.
Он направился к двери.
— Ах, забыл. — Тимофей резко развернулся, так что Валя на него налетела.
Тимоха чмокнул как-то неловко ее в нос и пулей вылетел в открытую дверь. Девушка осталась стоять в коридоре. Дверь вдруг сама захлопнулась и кто-то рядом очень требовательно сказал «Мау». На коридорной полке сидел Аббадон и смотрел на нее с хитрым прищуром.
— Есть хочешь? — спросила она его.
— Мау, — согласился кот.
— Мы в монастырь ездили. Опоздали на электричку. Пришлось ночевать в деревне, — оправдывалась девушка.
— Мау, — фыркнул Аббадон, дескать его это не волнует.
Валентина стала вытаскивать из сумки деревенские гостинца. Кроме банок и зелени, там лежал увесистый пакет с творогом, тот что купил для нее Тимофей.
— Вот бабушке творожку и возьму немного, куплю йогурт и ничего готовить не надо. Можно еще яиц отварить и сделать парочку бутербродов с рыбкой, — сказала она вслух.
В миске у Аббадона оказалось немного творога. Он смотрел на него с ужасом и трогал брезгливо лапой.
— Ты чего, это творог. Он вкусный, настоящий, деревенский. — Валя пододвинула миску поближе.
— Мау? — спросил он, что означало: «А мяса нет?».
— Есть, твой рыбный стейк, но я хотела угостить тебя еще и этим.
Валюшка хотела забрать у него творог, но получила по руке, дескать не трогай чужое добро. Кот с удовольствием слопал сырую рыбу и закусил ее творогом. Гурман, однако.
Девушка приняла душ, переоделась, положила в пакет передачку и поехала в больницу. По дороге она позвонила маме, узнать, как у них дела.
— Мамуль, у меня есть к тебе один вопрос.
— Какой? — поинтересовалась мама.
— У нас папа без вести пропавший или ты у нас уже вдова? — спросила Валя.
В телефоне повисла пауза.
— Валя, это не телефонный разговор, — ответила женщина.
— Я могу приехать к вам сегодня вечером. Сейчас бабульку проведаю, и к вам на обратном пути заскочу.
— Хорошо, — вздохнула мама. — Приезжай.
В больнице она немного посидела с Клавдией Сергеевной, поболтала, коротко рассказала про свою поездку и про отца.
— Каков подлец, — выдала бабушка. — Неужели он тебя не узнал, ты сильно похожа на мать.
— Ну, нет, мама светленькая, а я темненькая.
— Вот только в этом и различия, а взмах руки, как ты поправляешь прическу, как наклоняешь голову. В этих мелочах очень похожи.
— Может он действительно все забыл.
— Ага, а паспорт мыши съели.
— Потерял, испортился во время аварии, — пыталась оправдать его Валя.
— Да и шут с ним. Правильно сделала, что не стала ему говорить о себе, — покачала головой бабулька. — Матери скажешь?