— А вот здесь мой дражайший дядюшка совершенно ни при чём, — покачала головой Джамина и приступила к рассказу о том, что случилось после того, как она обнаружила труп отца.
По мере рассказа на губах бандита расцветала кривоватая, но вполне уважительная ухмылка.
— Однако же, красавица! Для человека, ранее в подобных делах не замеченного, у тебя широкий размах! Конечно, ты наделала кучу глупостей: и от тела следовало избавляться иначе, и рабыню эту обязательно стоило прирезать, но основная идея вполне разумна. Кстати, а ты понимаешь, что сама стала преступницей?
— О чём ты? — возмутилась Джамина, хотя прекрасно знала, что имеет в виду Скорпион.
— Ну как же! Уложение «О делах наказуемых», статьи «О надругательстве над мёртвыми», «Об обманном завладении имуществом»… Целый букет, и все как про тебя писаны!
— Нет! Я добиваюсь благородной цели!
Джамина сама понимала, что её оправдания выглядят жалко — просто не могла иначе. Если она сейчас признает, что ничем не отличается от обычного преступника, тогда… тогда зачем вся её жизнь, зачем все её мечты и устремления? И зачем в таком случае отец передавал ей всю свою мудрость?
Скорпион, увы, вёл себя, как последний негодяй (каковым и являлся, будем честными). Он громко и совершенно неприлично расхохотался:
— О, госпожа, само собой! Цель весьма благородна — наложить лапку на папашино наследство! Кто же спорит? Благородней цели не сыщешь во всей истории наших благословенных земель!
«Зачем он надо мной издевается? Чего хочет добиться?» — Джамина не понимала, как человек, только что почти сочувствовавший её устремлениям, буквально за миг столь разительно переменился. Вслух же девушка холодно произнесла:
— Что ж, пусть так.
Эта фраза вырвалась внезапно, ничего подобного Джамина говорить не желала. Признать, что цель твоей жизни может оказаться преступной — это было… предательством по отношению к отцу!
И всё же нужно смотреть на жизнь открыто, а не через шёлковую радужную занавесь. Да, то, что она делает, другие люди могут назвать преступлением. Увы, такова правда. И надо быть благодарной похитителю за то, что он ткнул Джамину носом в реальность!
— Пусть так, — повторила девушка. — Я действительно хочу управлять имуществом отца. А ещё хочу отомстить убийце. И пусть мои желания не благородны, зато вполне естественны. И не такое я чудовище, чтобы бандит по имени Кайл Скорпион упрекал меня за моё поведение! Уж не знаю, как бы поступил ты, но вряд ли благороднее.
— Вряд ли, — Кайл с усмешкой кивнул. — Вот только между нами есть небольшая, но очень существенная разница. Я — главарь шайки наёмных убийц, а не благороднорожденная девица.
— На девицу ты и впрямь не похож, — хмыкнула Джамина, и тут же осеклась, но было поздно: Кайл искренне, взахлёб хохотал:
— Ты бесподобна! А что ещё ты успела заметить?
Разговор уходил в какие-то дебри, в которых Джамина никогда не бывала и сомневалась, стоит ли порядочной девице вообще знать о подобном. Всё-таки Амбиогл берёг дочь от наглых мерзавцев, да и положение, которое занимала девушка в высшем обществе, диктовало правила общения с мужчинами. Ни один из знакомых Джамины не позволил бы себе настолько откровенного и жгучего взгляда! А Скорпион, когда молчание затянулось, пялился на собеседницу, как… как на девку из портового притона!
Джамина ни разу не заходила в портовые притоны, но не сомневалась: на девок там пялятся именно так.
Похититель явно знал правила нынешней игры, в то время как сама Джамина была здесь новичком. Зачем она вообще ляпнула эту глупость? Не иначе, демоны за язык дёрнули!
Требовалось срочно обрести почву под ногами, и Джамина, отбросив увёртки, которые для девицы в разговорах с мужчинами почитались необходимостью, спросила прямо:
— Ты собираешься меня шантажировать?
Обычно мужчины от такой прямоты терялись, начинали успокаивать собеседницу, лепетать что-то о невозможности для человека благородного так поступать с девушкой… Но игра продолжалась, а о благородстве Скорпиона и говорить было смешно. Он не колеблясь ответил на прямой взгляд таким же прямым и твёрдым. Улыбка слетела с губ, будто её оттуда ветром сдуло. Перед Джаминой вновь сидел прежний мерзавец, главарь банды.
— Да, собираюсь. И будь уверена: я получу всё, что мне нужно.
Глупо, но Джамина почувствовала облегчение. Скорпион, несомненно, был редкостной гадиной, но что бы он ни потребовал — впоследствии это можно будет обдумать и трижды поменять. В подобных переговорах Джамина знала толк, и пускай противник не соблюдал правил, однако кто сказал, что их собирается твёрдо придерживаться она сама? А вот то, что происходило парой мгновений ранее… то, чему девушка никак не могла подобрать имени…