Хорошо, что это непонятное и пугающее позади.
Советник Амбиогл учил свою дочь, что в искусстве переговоров главное — не сами слова, а то, что за ними скрывается. Недомолвки, странные фразы, паузы между репликами… Всё это может выдать истинные намерения собеседника. Скажем, Скорпион заявил: «Я получу всё, что мне нужно». Не «чего захочу» или там «чего потребую». Значит, бандит уже наметил какой-то план. Остаётся выяснить, какой именно.
Кайл терпеливо ждал ответа. Джамина задумчиво покивала, стараясь не отводить взгляда:
— Понимаю. Я действительно попала к тебе в зависимость. И что конкретно ты намереваешься от меня получить?
Этой ночью бодрствовала не одна Джамина. Куддар и его супруга Джеххана тоже не спали. Они принимали драгоценнейшего из гостей — убийцу Амбиогла.
Встреча эта не была оговорена заранее, а потому убийца нервничал. Впрочем, его сообщники тоже далеки были от спокойствия и благодушного настроения. Особенно это проявлялось у благороднорожденной госпожи Джехханы — женщина то кусала губы, то принималась нервно крутить на пальце тяжёлое кольцо с изумрудом, то глубоко вздыхала, пытаясь хоть немного успокоиться.
Куддар выглядел спокойней. Он давно привык вести тяжёлые переговоры, и сейчас не мог отделаться от странного чувства, что находится на одной из таких не слишком приятных, но совершенно необходимых встреч. Если вдуматься, так оно и было, просто обстановка казалась необычной. Да и повод для разговора не слишком-то радовал. Взгляд Куддара не отрывался от фигуры, закутанной в бесформенный плащ, который цветом почти сливался с окружающей тьмой.
Разговаривать в доме Куддар отказался категорически, так что супружеская чета принимала гостя в одной из шести беседок-павильонов, стоящих в саду возле дома. Сад велел разбить ещё покойный отец Куддара, и беседки появились тогда же. Душистые цветы обвивали стройные колонны, сплетаясь с виноградной лозой и формируя вечнозелёную крышу, на которой вили гнёзда певчие птицы. Тяжёлые виноградные гроздья так и манили к себе, и убийца рассеянно ощипывал одну из них, слушая разглагольствования Джехханы. Когда ему надоело, он резко оборвал женщину:
— Он мёртв, — слова падали в темноту тяжёлыми ртутными каплями. — Мёртв, говорю вам. Сдох. Одна из служанок видела, как он до дна осушил кубок, прежде чем закрыл дверь перед носом у любопытных.
— А потом другие рабы помогали седлать лошадей, когда он уезжал с Кушпой, — обрезал Куддар. — Думаешь, Хранитель мёртвых присоединился к моему брату уже в дороге?
Ночь скрывала усмешку на лице убийцы, но она явственно слышалась в его ядовито-ласковом голосе:
— Нет, такие глупости мне в голову не приходили. Слишком сильный яд, да ещё и доза — такой весь дом отравить можно было. Но подумай, что именно видели рабы? Точнее, кого?
Джеххана нахмурилась:
— Что ты имеешь в виду?
— Именно то, что сказано. Кого видели рабы? Господина? Или одного лишь Кушпу, раздающего приказы налево и направо, а рядом с ним — молчаливого человека, закутанного в плащ? Кушпа — личный раб Амбиогла, его требования так легко принять за хозяйские приказы…
— Ты… точно знаешь, что Амбиогл… или кто-то ещё, шедший с Кушпой, не показывал лица? — прервал убийцу Куддар и получил в ответ лёгкий смешок:
— Точно. Они видели одного лишь Кушпу. А тот, к слову, нёс огромный ковёр. Интересные нынче дорожные припасы у некоторых.
— Если так, то что же произошло? Кто вмешался? — почти прошептал Куддар. Убийца резко мотнул головой, голос стал свистящим от ярости:
— Не знаю! В вине было столько яда, что хватило бы одного глотка. Поэтому Амбиогл мёртв, это несомненно. Ну а что случилось дальше — спрашивать нужно не у меня, а у желтоглазой сучки, папенькиной дочки. Или, по-вашему, эта тварь не станет цепляться за отцовские денежки руками, ногами и зубами? Держите карман шире!
— Джамина? — имя было произнесено, его поглотила ночь. Джеххана пробормотала какое-то ругательство, а Куддар, напротив, успокоился и задумчиво усмехнулся: — Да, эта девочка способна на собственную игру. Братец и впрямь неплохо её обучил… к моему величайшему сожалению. Значит, по-твоему, она подменяет отца, помогает спрятать тело, а затем ломает комедию? Но долго ли она продержится?
Убийца хотел что-то сказать, но его опередила Джеххана:
— Пока не выскочит замуж, — в голосе женщины не было ни сомнений, ни колебаний. — Отыщет себе какого-нибудь остолопа, охмурит его, а там будет жить припеваючи на отцово наследство! Вот несносная дрянь!