Поэтому Аштаркам почти инстинктивно попытался прервать раздумья любимой женщины, притянув её к себе и начав крепко целовать. Далра не вырывалась, наоборот, прижималась сильней, обнимала жарче, но когда оба остановились, чтобы перевести дыхание, тихонько спросила:
— Слушай, у тебя найдётся, на чём посчитать?
— Тебе нужны счёты? — ответ вылетел из уст Аштаркама сам собой. Бывший жрец почти не огорчился тому, что его поцелуи, по сути, отвергли. Печально было другое: похоже, его возлюбленную в ближайшее время ждали неприятности. Недаром же она ведёт себя так беззаботно! Оставалось выяснить, в какой мере эти неприятности связаны с сыновьями Хафесты, и как он, Аштаркам, может помочь справиться с проблемами.
— Нет, достаточно клочка бумаги, пера и чернил. Буду разбираться с тем, как течёт время в… разных местах.
«Разных измерениях», — вспомнилось Аштаркаму. Когда-то Далра пыталась объяснить ему, с чем она постоянно имеет дело. Кое-что запомнилось.
Поднявшись на ноги, бывший жрец отпер шкаф, порылся в нём и вскорости подал подруге требуемое. Далра кивком поблагодарила и зарылась в вычисления, время от времени бормоча что-то вроде: «Ненавижу эти проклятые цифры!». Аштаркам молча наблюдал. Наконец женщина оторвалась от своего занятия, помотала головой, словно избавляясь от головокружения, и задумчиво сообщила:
— Аш, есть серьёзный разговор.
— Да, — спокойно отозвался бывший жрец. Делать вид, что он не волнуется и контролирует ситуацию от и до — вот и всё, что ему сейчас оставалось. А что внутренности скрутило приступом страха, какого он не испытывал уже давно… Это пустяки, с кем не случается? Любимой женщине вовсе не обязательно о таком знать.
Далра тоже, говоря по правде, не совсем понимала, с чего начать. «Дорогой, я тут передумала, ты как к этому отнесёшься?» Она прекрасно знала: Аштаркам отнесётся к этому хорошо. Очень хорошо. Теперь бы заставить его столь же благосклонно одобрить всё то, что случится перед этим «передумала»…
Мысленно пожав плечами, сказительница решила высказаться напрямую… ну, почти напрямую:
— Вот что, Аш: у меня есть реальный шанс где-то через годик-полтора разделаться с долгами перед Лордами-Протекторами. Совсем от них освободиться. И вернуться сюда, насовсем. Ты… что об этом думаешь?
За что Далра обожала (и одновременно терпеть не могла) своего возлюбленного — так это за умение на лету схватывать всё недосказанное.
— Вернуться, значит… — Аштаркам невесело усмехнулся. — А в каком виде, любовь моя? Полутрупом, как ты в прошлый раз на меня вывалилась? С теми ночными кошмарами, от которых лучший лекарь храма Лиа-Льяр сознание потерял, а потом шарахался от тебя, словно от умбартовой адской гончей?
— Ничто не даётся даром, — лицо сказительницы закаменело, глаза стали бесстрастными. — Итак, ты против?
В награду женщине досталась ещё одна кривоватая улыбка:
— Хочешь перевалить на меня ответственность за твоё решение?
— Хочу, — подумав, кивнула Далра. — Иногда, знаешь ли, так проще решиться.
Аштаркам размышлял недолго. В конце концов, ему не впервой было решать за других. Правда, Далра до сих пор сопротивлялась каждой его подобной попытке, но раз сама просит…
— Я не против. Я эгоист, сама знаешь, и хотел бы видеть тебя рядом всё то время, которое мне отпущено богами. Но дорогая, — мужчина серьёзно посмотрел на возлюбленную, — прежде чем ввязываться в драку, убедись, что шансы выжить есть. Про хорошие шансы я не говорю — твои Лорды-Протекторы те ещё козлы — но хоть какие-то… Раз тебе готовы простить долги — значит, дерьмо, в которое ты вляпаешься, навалено погуще, и воняет посерьёзней. Мне будет тебя не хватать, если не рассчитаешь сил.
— Знаю, — Далра не уточняла, к чему именно из монолога относится это слово, а Аштаркам не переспрашивал.
— Ну а раз знаешь, то береги себя.
— Угу, — женщина вновь прижалась к любимому, и какое-то время они сидели молча, думая каждый о своём. И мысли эти были не самыми весёлыми. Затем Аштаркам встряхнулся, хмыкнул и уже совсем другим тоном произнёс:
— Ладно, как бы я ни жаждал уберечь тебя от опасностей, а большую часть опасностей — от тебя… — Далра хихикнула, и бывший жрец ответил ей короткой усмешкой: — В любом случае, это нереально. Тебя не переделаешь, так о чём ещё говорить? Иди-ка сюда, займёмся чем-нибудь поприятней болтовни.