– Верно. Зато на скачках, чтобы стать победителем, нужно только одно – прийти первым к финишу. И тут двух мнений быть не может. В Польше две вещи определяют ценность жеребца – его заслуги на ипподроме и его потомство. Неплохо, если бы и здесь к лошадям подходили с той же меркой.
– Понимаю… – Эбби было хорошо известно, что и в Америке многие конезаводчики, специализирующиеся на разведении арабских скакунов, в том числе ведущие, в последнее время аренам выставок все чаще предпочитают ипподромы как более надежное средство подтвердить качество своего товара. Впрочем, в этом не было ничего необычного. Тот же надежный метод их коллеги в Европе и на Ближнем Востоке используют уже не одну сотню лет. Взяв Иден на руки, Эбби помогла ей прикрепить ленточку к передней загородке стойла. – А не пойти ли нам всем перекусить чего-нибудь? – предложила она, вытирая последние слезы со щек дочурки.
– Я есть не хочу, – ответила Иден, все еще слегка надутая.
– Ничего не хочешь? Даже мягкого мороженого с глазурью, взбитыми сливками и вишенками наверху? – с подозрением посмотрела на нее Эбби, не веря, что эта сластена устоит перед столь заманчивым предложением.
– Целое мороженое… и все мне?
– Думаю, по такому случаю можно съесть и целое.
– Ого! Ты слышал, Бен? – возбужденно повернулась Иден к старику. – Съесть целое мороженое самой и ни с кем не делиться!
– Что и говорить, съесть целое мороженое одному не так уж легко. Такое под силу только большой девочке.
– Так ведь я с каждым днем становлюсь все больше и больше.
– Это точно, – согласилась Эбби, опуская дочь на землю. – Такую большую девочку, как ты, уже необязательно таскать на руках.
Все вместе они отправились на автомобильную парковку. Иден семенила рядом с матерью, весело дергая ее за руку, – все ее печали улетучились без следа. Приятная мысль о предстоящем пиршестве целиком затмила былые переживания. Оставалось только позавидовать детской способности с легкостью оставлять все горести позади. Когда-то и Эбби была точно такой же. Но что было, то прошло. В последнее время боль души не излечивалась никакими средствами.
На выходе из конюшни им преградила путь возбужденная толпа, и Эбби поневоле пришлось замедлить шаг. Восторженные вопли и поздравления, которыми обменивались люди вокруг, мало волновали ее. Единственной ее заботой было не потерять в этой кутерьме своих спутников. Неожиданно она лицом к лицу столкнулась с Рейчел.
Мимолетное удивление на лице соперницы быстро сменилось безмятежным самодовольством, напоминающим улыбку манекена.
– Как, уже уходишь?
В этих словах явственно прозвучал намек на то, что Эбби убегает с поля боя поджав хвост, чтобы зализать раны. И самым обидным было то, что это предположение вполне соответствовало истине.
– Да.
– А мы собрались устроить здесь, в конюшне, небольшой междусобойчик. Есть что отметить. Может, присоединишься?
Эбби чуть было не приняла приглашение, исключительно для того, чтобы позлить Рейчел, однако вовремя одумалась, вспомнив, что та сама не промах – утрет нос проигравшей на потеху всем присутствующим.
– А что, собственно, отмечать? Победу на конкурсе красоты?
– О, Боже, да ты, похоже, завидуешь. Что ты хочешь этим сказать – что «зелен виноград»? – съязвила Рейчел. – Не знаю почему, но мне кажется, что вряд ли ты стала бы отзываться об этих соревнованиях столь пренебрежительно, если бы на них победил твой жеребец, а не чей-то еще.
Эбби не видела, а скорее чувствовала на себе взгляд Маккрея. На нее сейчас смотрели и другие – Лейн Кэнфилд, Росс Тиббс… Однако она не придавала этому значения – сейчас для нее гораздо важнее было выиграть словесную дуэль с Рейчел.
– Ошибаешься. Я всегда считала упражнения с недоуздком всего лишь конкурсом красоты. Ведь оценку здесь ставят только внешнему виду лошади, но никак не ее физическим данным. Победа, проигрыш – какая разница? В этом году я в любом случае намеревалась попробовать моего Уиндсторма на скачках и не намерена менять своего решения. Интересно, а какие у тебя планы насчет твоего Сирокко?
– Отвезу его домой, в Ривер-Бенд. – Рейчел намеренно сделала ударение на последнем слове. – Пусть отдохнет до осени, перед Национальной выставкой. Это все, что ему требуется для победы.
– Если речь не идет о победе на скачках. Впрочем, разве это имеет для тебя значение? Я думаю, ты приняла абсолютно правильное решение. – Эбби смиренно улыбнулась, с удовольствием подметив, как на лицо Рейчел набежала тень смятения. – Ведь мы с тобой прекрасно знаем, что такое суровое испытание, как скачки, твоему жеребцу не под силу. На твоем месте я тоже берегла бы его. А то, не дай Бог, еще шею сломает.