Невил уже прочитал газету вдоль и поперек, когда услышал, наконец, торопливые шаги в конце коридора. Резко встрепенувшись и откинув журнал не глядя куда, граф поспешил навстречу таинственной девушке, однако увиденное повергло его в шок — перед ним предстала чудеснейшая из женщин, юная прелестница, которая, возможно, и не обладала той зрелой красотой девиц, но взгляд отвести от нее оказалось не так просто!
Мужские брюки облегали округлые крепкие бедра, подчеркивая, насколько девушка физически слажена.
«Черт бы побрал эти штаны!» — ругнулся про себя граф, чувствуя мучительный приступ вожделения. Пытаясь сбросить его, Невил взглянул на лицо приближавшейся девушки, которая, увидев его, так и застыла в оцепенении.
Правильный овал невинного лица, прямой нос и аккуратная линия чувственных губ, а глаза… в них без сомнения можно было утонуть!
«Он что, специально меня здесь поджидал?!» — сокрушалась леди, разом поникнув, но еще больше ее волновала странная реакция на его присутствие — тело почему-то обдало жаром.
— Добро пожаловать, милорд, — опомнилась Арлин, взяв себя в руки и приветливо улыбнувшись, играя озорными ямочками на щеках, глядя на которые Невил отвлекся от снедающего желания и едва сдержал ответную улыбку.
«Да она вскружит голову самому принцу! Но есть ли мне до этого бедняги вообще дело?» — справляясь с охватившим возбуждением, мужчина приблизился к леди, подхватывая ее руку.
— Графиня, — он оставил легкий поцелуй на нежной коже, вдыхая невесомый аромат и не сводя с леди изучающего взгляда. — Как вам нравится в Нортенглейде?
— Благодарю, милорд, здесь очень красиво… уютно, — с достоинством ответила девушка, стараясь не обращать внимания на поедающий взгляд оливковых глаз.
— Скоро открытие нового сезона, — будто невзначай молвил Невил, не убирая с лица раздражающей улыбки.
— Да, милорд, жду с предвкушением его начала, — ответила Арлин, гордо взирая на графа и не уступая ему в уверенности.
— Вы там затмите всех! — с некоторой издевкой отпарировал он, и Арлин заметила в его глазах возмутительную толику насмешки.
«Конечно, вернулся в Нортенглейд, чтобы удостовериться, как скоро я уберусь из его имений! Пусть не беспокоится, я не задержусь в этом доме еще на один сезон!» — вспыхивала девушка, точно зажженная лучина, и сурово выпятила нижнюю губу, сама не подозревая, насколько забавно это выглядит в глазах графа.
— Велеть ли на кухню, чтобы падали Ваши любимые блюда? — учтиво поинтересовалась Арлин, но в ее глазах Невил не заметил и крупицы кротости.
— Не стóит, я пребываю в прекрасном расположении духа, чтобы сообщить своим слугам о пожеланиях, и буду очень признателен, если Вы присоединитесь ко мне за трапезой, — беспечно пролепетал он, с наслаждением замечая, как приоткрылись в изумлении губы девушки. Наверняка мягкие и волнующие.
— К сожалению, я как раз собиралась заняться подготовлениями к первому балу, — Арлин кривила душой, все необходимое было уже собрано, но более важной причины она придумать не успела. — А после я намереваюсь посетить ипподром при племенном заводе, но смею предположить, что маркиз охотно составит Вам компанию за обедом.
— Маркиз здесь? — удивился Невил, ранее его отец не часто жаловал в Нортенглейд, находя имение весьма скучным и однообразным, но тем не менее по-своему очаровательным.
— Прибыл днем ранее Вас, — непринужденно ответила леди, но графу показалось, что она с превеликим желанием распотрошила бы его на пушечный корм.
— Вы изъявляете интерес к лошадям? — любопытствовал Невил, слегка оторопев и ошеломленно отмечая, как дикарка поражает его все больше. — С радостью составлю Вам компанию. Давно не был на территории завода, — отрезал он, наблюдая, как гневный румянец разливается по лицу девушки. Все-таки она стала чертовски привлекательной!
— Как пожелаете, милорд. С Вашего позволения, я хотела бы подняться к себе. Буду ожидать Вас у конюшни не позднее, чем через два часа, — торопливо присев в реверансе, Арлин поспешила на второй этаж.
Пока она поднималась по ступенькам в своих треклятых штанах, Невил не сводил взгляда с колышущихся ягодиц. С трудом заставив себя отвернуться, он с неудовольствием осознал, насколько девушка хороша — да так хороша, что от одной мысли ее скорого отъезда, настроение графа стремительно улетучивалось.