Невил не находил объяснения, когда сам успел лишиться такой настойчивости, ведь раньше чувствовал себя довольно уверенным в делах любовных. Его гложила вина, что тогда, на самом первом балу Арлин, он действительно повел себя как индюк, боясь притронуться к девушке, словно она недостойная. Как же он ошибался!
Она самая достойная, самая необходимая, призывающая пойти на самые отчаянные меры. Оставалось только надеяться на ее отказ другу-сопернику.
Арлин стояла чуть дыша, не зная, что сказать Кэндрику. Ей было известно, что большинство людей заключают браки отнюдь не по любви и не по чувствам, но как ответить «да», если всеми мыслями ты рядом с другим? С тем, кто однажды тебя обидел и кто так сильно раздражал, а может, не так и раздражал? И почему сердце всякий раз умирает при виде его?
— Прошу меня простить, милорд, — девушка присела в реверансе, — но я вынуждена отклонить Ваше предложение. Дело в том, что мне нравится другой джентльмен, — не дожидаясь его ответа и шурша необъятными юбками, она поспешила во дворец, где столкнулась с Невилом, который самым бесстыдным образом подслушивал разговор, уподобляясь местным слугам.
— Позвольте мне увезти Вас отсюда? — взволнованно проронил он, понимая, что либо сейчас, либо никогда.
— Что? Что Вы здесь делаете? — выпалила девушка, прежде чем успела подумать. — Вы подслушивали? И что хотите этим сказать? Я приличная девушка и не позволю себя обидеть!
— Нет, Арлин, я всего лишь хочу Вам кое-что показать. То, что не показывал ни одной девушке…
— И я должна на это соблазниться? — иронизировала она, но, увидев странную надежду в его глазах, невольно осеклась и тяжело вздохнула. Как ей опротивели все эти званые вечера и полуночные танцы на балах, хотелось кричать, но это было неприемлемо. — Я устала. Я не знаю. Не знаю, я запуталась! Столько внимания, которое мне не нужно, я хотела совсем другого и не собиралась выходить замуж, не хотела переживать за верность мужа и испытывать хоть какие-то чувства! — девушка резко запнулась, осознавая, что только что позволила себе разоткровенничаться. — Простите, милорд, можете оставить меня одну?
— Как я могу оставить Вас в таком состоянии? Быть может, Вам понравится то, что я хочу показать? — с искренней надеждой сказал он.
Арлин еще колебалась какое-то время, но все же согласилась, мечтая сбежать подальше от дворца, от алчных взглядов и от себя — фальшивой.
Экипаж графа казался слишком маленьким, кислорода становилось все меньше, и дыхание девушки стало частым-частым. Невил смотрел на ее чистое, нежное лицо, часто поднимающуюся грудь, белые острые плечи и узкую талию, и в глазах все застилалось темной пеленой, наполняя желанием вкусить эту девушку сполна прямо в этой чертовой карете!
Спасительный стук кучера оповестил о том, что они прибыли, и вывел Невила из терзающего омута вожделения.
— Прошу, — граф вышел из экипажа и подал руку Арлин.
Неуверенно опустив пальцы на его ладонь, она ощутила покалывание каждой подушечкой, перерастающее в настоящие вспышки внизу живота.
Невил провел ее мимо входа в фамильное поместье Чейсбери, и вскоре взгляд девушки упал на просто огромную оранжерею, войдя в которую она не скрывала искреннего восторга, проникающего в каждую клеточку души. Но самое главное ожидало впереди, когда Арлин встретила целое поле всевозможных сортов шиповника в цвету.
— Как?! — только удивленно вскинула брови леди.
— Маркизы Чейсбери всегда ценили варенье из ягод шиповника, — усмехнулся Невил, отчаянно желая приобнять девушку. — Есть одна легенда, которая гласит, что когда кто-то из рода Чейсбери влюбляется, то расцветает даже самый молодой куст…
Часть 8. Танец сердец
Девушка смотрела на завораживающую картину, не в силах отвести взгляд. Бесконтрольные волны разливались по телу. Неужели граф влюблен? Неужели в нее? Эти мысли снедали естество и почему-то дарили настоящее счастье, что ворвалось в грудную клетку весенним ветром.
— Я не понимаю, зачем Вы мне все это показываете? Я же дикарка, которая не привлекает Вас ни как девушка, ни как интеллектуальный собеседник!
— Ты все слышала? — тихо промолвил граф, пелена стыда окутывала в свой холодный шлейф. — Прости...
— Да, я все слышала и более того, это еще точнее мне показало насколько Вы надменный и черствый баран, который и мизинца не стоит всего Свэмпбела! — выпалила девушка, прикрыв рукой рот, пристыжаясь.
— Ну что же Вы, продолжайте! — гневно бросил Невил, ощетинившись.
— Вы возмутительный, невозможный, непристойный человек! — девушка залилась краской, резко отвернувшись, враз снимая огорчение Невила.