— Нда-а, Генри. Ты не перестаешь меня удивлять! — сказал с улыбкой в голосе, разливая тепло в моей груди.
— И все же, что ты можешь сделать? — я кивнула на ногу, которую демон до сих пор держал рукой, легонько поглаживая кончиками пальцев. Жестокий!
— Знаю я одно простое заклинание, заживляющее раны. Но не уверен, что оно поможет, здесь обычное растяжение. Может, даже к утру само по себе пройдет. Хотя, вы, люди, куда ранимее нас.
— Все-то ты знаешь.... И откуда только?
— Детство незаконнорожденного полукровки совсем не сахар. Когда не мог защищаться, приспособился заживлять раны. Та-а-а-к, — протянул брюнет, сдавливая ушибленное место. Да так, что я не удержала стон. И совсем не от наслаждения! — потерпи немного, ведьмочка.
— Эй! Вообще-то, я потомственный некромант. Ну, то есть, почти чистокровный, — быстро исправилась я, не обращая внимания на боль. Демон тем временем сосредоточенно осматривал ногу, немного ослабив хватку. Оставив мое замечание без ответа, он произнес незнакомые моему слуху слова, и боль начала отступать.
— Кажется, получилось, — заметила я. Еще раз ощупав меня, парень отпустил ногу.
— Получилось, ведьмочка.
— Эй! — я постаралась, чтобы мой протест звучал убедительно, но на самом деле мне с трудом удалось сдержать счастливую улыбку. С его губ это обращение звучит, как ласкательное. Спасибо горгулье, благодаря ей, в наших непростых с вечно угрюмым демоном отношениях зарождается нечто, похожее на близость.
— Тебе идет это прозвище, Генри. Твоя магия отличается от магии Кейры, но, поверь, околдовать ты можешь любого.
— Спасибо, Шааран. За помощь. За то, что отправился со мной. Спасибо.
— Сейчас нам нужно как следует выспаться, впереди нелегкая дорога, — игнорируя слова благодарности, произнес демон, надевая бесстрастную маску. — Да и ночь будет не простой...
— Что? О чем ты?
— У нас один спальник и две теплые шубы. Одну постелем под низ, а второй укроемся. Я не буду растрачивать силу на поддержание стихии всю ночь. Греться придется друг о друга, — как можно безразличнее ответил он, стараясь не смотреть мне в лицо. Я почувствовала, как загорелись мои уши, представив, как мы могли бы согреться...
Стоп! Видимо, впервые оказавшись с демоном наедине на такое длительное время, гормоны решили сыграть со мной злую шутку. Иначе как еще объяснить это мощное влечение?
Соорудив нам эдакое ложе, Шааран велел ложиться первой, а он присоединится позже, после того как убедится в нашей безопасности, поставив несколько магических ловушек.
Устроившись в спальнике, я легла на бок, поворачиваясь спиной к своему спутнику. Немного повошкавшись, замерла, прислушиваясь к действиям парня, не спешащего ко мне присоединяться. Наверное, ждет, когда усну. Наивный. Разве можно тут уснуть, зная, в какой близости мы будем находиться?!
Не знаю, сколько прошло времени, но демон наконец-то решил лечь. Едва уловимые движения и его рельефная грудь прижалась к моей спине, а рука легла на мой живот.
Я разучилась дышать. Надеюсь, это не сон, а если и он, то я не хочу просыпаться.
Сейчас, лежа в пещере, окруженной снежной завирухой, в мире вампиров, я осознала огромную признательность к Лулу, благодаря которой мы оказались этой ночью в объятиях друг друга.
Глава третья.
Я теперь понял, что самый верный способ узнать,
нравится тебе человек или нет, — это поехать с ним путешествовать.
(с) Марк Твен «Том Сойер за границей»
Холодный ветер безжалостно хлестал мое лицо. Каждый шаг давался с трудом — снежные сугробы существенно замедляли темп. Мы с демоном — два иномирных путника, идущих в неизвестном направлении. Горгулья, конечно, дала нам магический артефакт, по типу земного компаса, но на сколько можно полагаться на него? Если он работает на Аделарде, не факт, что здесь, на Форсуне, не даст сбой.
— Далеко нам еще идти? — в надежде услышать обнадеживающий ответ задала вопрос, прокричав его, чтобы быть услышанной.
— Относительно недалеко, но по времени около часа, — донесся до меня приглушенный голос Шаарана.
Час. Всего лишь один час. Не более. Что же, все могло было быть намного хуже. Например, как сегодня утром, когда я проснулась, обнаружив, что голова моя покоится на мужском плече, а нога закинута на спящего демона. Он же, в свою очередь, во сне положил руку на мое бедро, той самой ноги. Когда я попыталась изменить свою позу, тихонечко, чтоб не дай Бог не разбудить моего спутника, он только укрепил свою хватку, обвивая меня сильнее прежнего. Так мы и лежали еще какое-то время. Я слушала чужое размеренное дыхание, в то время как мое было учащенным: сердце готовилось к прыжку из груди. И если сейчас наша поза была следствием сна в тесном спальнике, то вчерашние объятия Шаарана, полагающего, что я сплю крепким сном, были преднамеренными.