Души расступались перед ними, провожая тихим, благодарным шёпотом. Кристаллы гасли, осыпались прахом. Искажённое пространство схлопывалось, возвращаясь в естественное состояние.
Тьма отпускала.
На поверхности Каин опустил Рину на немногочисленную траву у подножия скалы. Волосы её, белые как снег, разметались по земле. Кожа, сморщенная и серая, натянулась на скулах.
— Красивая, — сказал Каин, убирая прядь с её лица.
Она слабо усмехнулась.
— Ты врёшь.
— Никогда, — ответил он. — Ты всегда прекрасна. Просто сейчас — по-другому.
— Старая и страшная?
— Сильная и живая, — поправил он. — А это главное.
Рина закрыла глаза. Дышала она тяжело, но ровно. Проклятие не исчезло. Оно затаилось, уснуло. Но сейчас она была жива. И это было главным.
— Что теперь? — прошептала она.
— Теперь — домой, — сказал Каин. — В Норию.
Он взял её за руку. — Ты не одна, Рина. Запомни это наконец.
Она не нашлась, что ответить. Только сжала его пальцы и позволила себе впервые за долгое время просто поверить.
Он подхватил её на руки и понёс к городу, где их уже ждала повозка.
Глава 79
Повозка тряслась по разбитой дороге, увозя их от Города Песков. Каин сидел, прижимая к себе Рину, укутанную в его плащ. Она была почти невесомой — словно высохшая листва, что вот-вот рассыплется от первого порыва ветра.
— Держись, — шептал он, хотя сам не верил, что она слышит. — Мы едем в Норию. Источник должен помочь.
Рина открыла глаза — мутные, с трудом фокусирующиеся. Её лицо, ещё пару часов назад просто покрытое глубокими морщинами, теперь трескалось и шелушилось, превращаясь в пыль. Кожа висела складками на шее, на руках.
— Каин… — голос её был скрипучим. — Я не… не успею.
— Успеешь, — отрезал он, хотя внутри всё оборвалось. — Я не позволю тебе исчезнуть. Сейчас пересядем на магопоезд, и уже к вечеру будем на месте.
Она слабо улыбнулась — и в этой улыбке мелькнуло что-то от прежней Рины, дерзкой и живой. Каин едва сдержал комок в горле.
— Спасибо, — прошептала она.
Они добрались до герцогства в намеченный срок, но Рина старела на глазах. Каждые полчаса Каин замечал новые морщины, новые трещины.
Волосы теперь стали серебристо-прозрачными — сквозь них просвечивала кожа головы. Она теряла счёт времени, проваливаясь в забытьё. Каин поил её водой из фляги, но та почти не могла глотать.
— Пей, — уговаривал он, поднося флягу к её потрескавшимся губам. — Ещё немного.
Вода стекала по подбородку, не попадая внутрь.
— Каин, — прошептала она, когда вдалеке показались башни Нории. — Если я… если не получится…
— Заткнись, — грубо сказал он, но голос его дрожал. — Получится. Слышишь? Получится.
— Просто скажи… — она судорожно вздохнула. — Что ты… не жалеешь. Что встретил меня.
Каин стиснул зубы.
— Ни секунды не жалею, — выдохнул он. — Ни одной. Даже когда ты меня бесила. Даже когда пыталась убить. Даже сейчас.
Рина слабо сжала его пальцы. Этого было достаточно.
В замке Каин, подхватив Рину на руки, как ребёнка, прямиком направился к бывшим покоям Анны. Слуги шарахались в стороны, глядя на него с ужасом.
— Что… — начала было служанка, но Каин рявкнул:
— Убирайся!
И все разбежались.
Он нёс её по коридорам, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. Сердце Рины билось где-то в глубине — слабо, с перебоями. Каин навострился слышать его. И боялся каждого пропущенного удара.