- Где мои кинжалы, недоносок?
- Я знаю, где они, у кого, только...
- Ну?
- У меня проблемы. Много проблем, вот и...
- Рассказывай.
Я, опасливо косясь на Билли Бонса, начал свое повествование о событиях последнего месяца. Естественно, про расследование смерти тетки ничего не сказал - не дурак же. Чем дальше шел мой рассказ, тем сильнее наливался кровью рубец Бонса.
- Ну и о чем думала твоя тупая голова, когда руки прицепляли ленточку?
- Я... я... мне не хотелось опять унижений. Я хотел стать сильным.
- И как, стал?
- Ну... меня зауважали. Если бы не этот Пауль...
От сильной пощечины моя голова чуть не оторвалась от остального тела. Как я устоял на ногах, не понимаю. Вот это ударчик! В мою бытность долговика меня били часто, но чтобы так... ни разу не было.
- Если ты нацепил ленточку на волосы и кинжал на пояс, то ты должен был порезать этого Пауля!
- Но тогда меня бы отправили в тюрьму. Или с планеты выслали.
- Зато ты доказал бы всем, что никого не боишься и можешь за себя постоять. Ты же показал себя трусливым опарышом. Тем более если бы ты порезал Пауля не в первый раз в Аквентуме, а вчера, когда он заявился на твою территорию, ничего такого плохого тебе не сделали бы. Префект посмотрел бы на это сквозь пальцы. Ну заплатил бы виру родителям мальца на его лечение. Префекту, само собой. А тот даже рад был бы твоему поступку. И знаешь, почему?
- Почему? - всхлипнув, спросил я Бонса.
- Да потому что приезжает в этот город какой-то маленький засранец, начинает порядки свои выстраивать... Такие, как Пауль, префекту здесь не нужны. Порезал бы ты его, не до смерти, конечно, глядишь, отвадил и других таких же борзых от Травенты. Понял?
- Угу.
- Угу! - передразнил меня Бонс. - Ну и с чего ты решил, что взяв в долг сорок фартимов, заплатишь на днях этому Паулю, а тот на этом успокоится?
- Да как же...
- А вот так. Через пару недель он еще полсотни с тебя потребует. А потом еще и еще.
Я стоял и тупел. Действительно, как же так... Прав Билли Бонс, на все сто прав! Не отступит от меня Пауль! Значит, мне надо было его порезать... Но как так? А если префект все же поступит по закону - меня в тюрьму, а потом на высылку? И вот тут-то до меня кое-что дошло. Я же сейчас рассуждаю не как зубастик, а как лозер, самый что ни на есть последний лозер! Опять боюсь. А настоящий зубастик даже задумываться не станет, а поступит так, как Бонс говорит. Подумаешь, тюрьма, высылка с планеты. В космосе и другие обитаемые миры есть, везде, где человек расселился, жить можно. Тогда я не фальшивым зубастиком был бы, а самым что ни на есть настоящим. И ленточку окрасил бы не своей кровью из порезанного пальца, а кровью Пауля! Вот так и надо рассуждать!
- Что, дошло до тебя, трусливая тупица?
- Дошло, господин Бонс. А скажите, нельзя ли как-нибудь исправить то, что я натворил?
- Исправить никогда не поздно. Только сила воли нужна. У тебя есть?
- Я не знаю.
- Он не знает, а в зубастики лезет, - проворчал Билли Бонс. - А сам, между прочим, местных зубастиков под себя подмял. Хотя, судя по тебе, они тоже еще те... мокрицы. И что мне с тобой делать? А?
- Я не знаю.
- Он не знает! За тобой, кстати, два кинжала.
- Я за них заплачу. Как только деньги накоплю, так сразу и...
- Да зачем мне твои деньги? Я сам твоей матери за них сто фартимов пообещал. Мне кинжалы нужны. Особенно один. Потому что он раньше принадлежал...
- Слепому Пью! - выпалил я и чуть не прикусил язык. Выдал, дурень, себя! Как отреагирует Бонс? Я опасливо втянул шею в плечи в ожидании реакции постояльца.
- Надо же, - после небольшой паузы промолвил Бонс. - Откуда узнал? Кто сказал?
- Сам догадался. По вмятине. В сети читал про Пальм, там попалось про тот случай с Пью, когда он ослеп во время абордажа.
- М-да... А про Пальм зачем читал?
- Я про дядю выдумал, что он с Пальма.
- Дядя с Пальма, - задумчиво произнес Билли Бонс...
Глава 9
. Новая загадка
В общем, Билли Бонсу пришла в голову замечательная идея. Он разрешил сообщить всем местным парням, что он и есть мой дядя - космический пират с Пальма. Когда он это сказал, я не сразу врубился в другие слова нашего постояльца - настолько ошалел от услышанного. Бонсу пришлось меня попотчевать еще одной оплеухой, на мое счастье, не такой сильной, как первая.