Ремми стоит, ни жив ни мертв, с жизнью прощается. Я медленно достаю из ножен кинжал, примериваюсь и... всаживаю его в живот Рудо. Все в шоке: и Ремми, и Абби, да и Рудо лежит и хрипит, ничего не понимая. Крепенький пират. Был. Я же поворачиваюсь к Абби и... влепляю громкую оплеуху. Абби на ногах не удерживается и летит к стене.
- Какой ты неловкий, Абка, вонючка, - я не удержался, не смог не вернуть однофамильцу то, что от него получал. - Ты мне деньги должен. Забыл?
Абби трясет головой, в ужасе глядя на труп Рудо.
- Долго мне ждать? Переводи фартимы.
Но Абби, видать, не зря, в кэботы принят, пусть пока и пристяжным, да и помнит он, как меня бил. Он же взрослый и сильнее, а я кинжал как раз в ножны обратно сунул. Вот и бросился он на меня, метя в ноги. Будь я прежним Джимом, не побыв в межпространнике, вряд ли совладал бы с ним, уж очень шустрым молодой пират оказался. Но я-то теперь другой. Быстро ушел в сторону и пробил ботинком прямо в голову, в последний момент подправив траекторию удара - а то и убить мог.
Абби очнулся быстро, да к кинжалу потянулся, но ножны уже пустые. Я же, поигрывая его собственным оружием, говорю:
- Переводи все, что есть.
- Ты ж меня тогда убьешь, - со злостью, выцепляя слова, отвечает молодой пират.
- Убью, но быстро. Или ты хочешь помучиться? Начну с ушей, потом много чего у тебя есть. Или еще попытаться хочешь? Так я на межпространнике летал, и там кое-что приобрел, я тебе не по зубам.
- Ладно, - Абби, видать, сдался. А куда ему деваться, выбирать приходится из двух зол.
На идентификаторе у него оказалось двести двадцать фартимов. Неплохо. Убил я его быстро, потом поворачиваюсь к Ремми и говорю:
- Помоги Рудо на первый этаж оттащить.
- Ну ты и... - Ремми смотрит на меня с презрением. - Нет. Убивай. Если хочешь, уши режь.
- Ты что?! Это же пираты, они тебя желали убить. То есть меня хотели заставить. Я хоть и, как ты говорил, гнида, но не до конца скурвился. Я как раз тебя спасаю.
Ремми, вижу, в сомнениях, но качает головой.
- Я каторжник, долго не протяну, можешь не спасать.
- Ты уже не каторжник, вольную тебе дали.
- Да? - кривится Ремми, - лучше придумать не мог?
- Эти, - киваю на трупы, - тебе вольную купили, чтобы заснять, как я убиваю свободного гражданина Содружества, а не бесправного каторжника.
А вот теперь до Ремми, кажется, стало доходить. Взгляд изменился, но пока до конца поверить не может.
- Твоя вольная у них в сейфе лежит, а доступ только Рудо имел. Помоги дотащить, одному тяжело, а время идет.
Ремми все же решается, хотя до конца не верит. Думает, что наврал, чтобы он мне помог Рудо оттащить. Помог, притащили мы труп, а Ремми и говорит.
- Все? Больше я не нужен. Вначале я тебе даже поверил, но понял, что ты специально соврал. В сейфе деньги, да? Теперь можешь убить.
- Нет, я правду сказал.
Подтаскиваю труп к сейфу, оттягиваю веки левого глаза и прикладываю к отверстию. Щелчок, дверца открывается. Теперь главное - найти вольную. А то вдруг Рудо ее в другом месте держал? Или еще хуже: Сильвер с собой взял. Хотя, по идее, после того, как убил бы Ремми, Рудо должен заснять на камеру вольную для Ремми.
Есть бумага!
- Держи, читай.
Ремми смотрит, глаза с плошку.
- Так ты не врал?
- Ты свободный человек.
Ремми держит вольную в руках, гляжу, глаза мокреют.
- Спасибо. Я твой должник?
- Нет. Это я тебе должен за все, что было. И еще одно хочу сказать. Это из-за меня тебя сюда, а значит, и брата.
- Ты попросил их? - слезы вмиг просохли, а глаза стали злыми.
- Нет, я не знал, только на днях узнал. Понимаешь, им надо было меня замарать, вот Сильвер и придумал. Рудо летал в Травент, прижал Слимана, а тот подрядил Жака.
- Вот как... - Ремми сжал кулаки. - Все равно за бумажку спасибо, - он криво усмехнулся. - Я могу уйти?
- Куда пойдешь?
Ремми пожал плечами.
- Останься.
- Здесь? - он снова криво усмехнулся.
- Нет. Завтра на Аквент летит межзвездник.
- А я здесь при чем?
- Полетели?
- Как? В трюме?
- Нет, как все свободные люди.
Я достал из сейфа билеты, тот, что на имя Рудо, сунул обратно, а один из оставшихся, тот, что безымянный, Ремми протянул.
- Билет? - неверяще удивился парень.
- Ага. Он для меня был куплен, на предъявителя.
- А как же ты? Останешься?
- Нет, - улыбнулся я, показывая второй билет. - Тот второй, который прыщавый, он тоже Гокинс, однофамилец. И зовут Джаб. Вот он по этому билету и должен был лететь. Дж. Гокинс. А полечу я. И еще вот что...
Я достал из сейфа приметную пачку денег. Ого, сумма приличная. Разделил на две части, одну из который протянул Ремми.