Шарби кивнул, положил книгу, вытащил из кармана переливающийся всеми цветами радуги значок, прицепил его, взял сумку и чуть не бегом выскочил из комнаты: наконец-то, хоть что-то интересное! Лавку он нашел быстро, она находилась примерно посередине между башней и резиденций королевского наместника. Подобрать книгу… У Шарби разбежались глаза. По зельям он решил ничего не искать, все равно, Мастер-Лорд подберет самое лучшее. Книги были, в основном, рукописные, значит рассказов о рыцарях тут не найти, а вот история… Минут через двадцать он выбрал потрепанный том, повествующий не только об истории Ворониона, но и о Дагнаре, и других соседних землях.
— Двенадцать ауров, — сказал ему Крелен.
Его помощник вертелся рядом, держа книгу в руках. Шарби не следил за ним: положит бумаги, так положит, а не положит — с этим пусть Мастер-Лорд разбирается. Но двенадцати ауров у него не было.
— Двенадцать ауров? За это? Да она у меня в руках разваливается! Восемь, не больше!
— Да, книга не новая, но содержание какое! Практически запрещенная! Одиннадцать с половиной.
— Так мне стражников уже звать? Торговля запрещенными книгами — это сколько лет каторги? Девять!
— Ну, ладно, не запрещенная она. Но ведь, все равно, редкая. Пусть будет одиннадцать.
— А сколько листов я по дороге растеряю? Мне еще ее переплетать придется — за свой счет! Девять с половиной!
— Хорошо, десять. Но больше ни гроша не уступлю. И так, себе в убыток торгую. Если бы вы, молодой господин, не работали бы на магов, то, вообще, не уступил нисколько.
Шарби с деланно-грустным видом отдал десять золотых, аккуратно сунул книгу в сумку и пошел назад. Дорога шла через небольшой рынок, и он с удивлением обнаружил, что ему уступают дорогу с искренним уважением. Значит, отношение горожан к магам распространялось и на него — пока он носит значок. В башне Мастер-Лорд вытащил из книги небольшую записку, пробежал ее глазами и со вздохом положил ее на стол.
— Ничего нужного?
— Смотри сам.
— Я так скучаю без тебя, — медленно и запинаясь прочитал вслух Шарби, с трудом разбирая корявый почерк. — Никак не могу забыть твоих губ на своей груди…
Он поднял глаза на волшебника. Мастер-Лорд пожал плечами.
— Письмо от любовницы. Не знаю, как к этому жена отнесется, но, в любом случае, это не то, что заставит Великого Лорда подчиниться мне… Ты запомнил, когда Крелен закрывает лавку?
— Да. В восемь вечера.
— Подойдешь к лавке к восьми. Подождешь, выйдет ли его помощник. Если выйдет, скажи ему, что мне этого недостаточно. Надо назначить этому слуге встречу где-нибудь… Пусть сам выберет. Да, переоденься. Будет лучше, если ты в одной одежде будешь ходить по тайным делам, а в другой — в открытую. И еще, книгу ты хорошую купил, молодец. Вот и начинай свою библиотеку собирать.
Шарби кивнул и пошел в свою комнату: история подождет, зелья, зелья — вот что важно! В восемь он был рядом с книжной лавкой. В голове он все еще прокручивал процедуру кальцинирования растительных ингредиентов, но место выбрал совершенно правильно: в тени дерева, подальше от уличных фонарей. Ждать пришлось долго, не меньше часа. Наконец, помощник торговца вышел из дома и пошел по улице. Шарби немного прошел за ним вслед, а потом забежал вперед и пошел ему навстречу. Тот не узнал Шарби и сделал попытку обойти мальчика.
— Мой господин недоволен бумагами, — негромко сказал Шарби, придав, по возможности, своему голосу зловещее звучание.
Помощник торговца вздрогнул, узнав мальчика, и пробормотал:
— Зачем ты пришел? Ты все погубишь!
— Отыщи своего друга и скажи ему, что мой господин хочет встретиться с ним. Пусть сам назначит место. Я найду тебя завтра после закрытия лавки.
— Ему нельзя появляться на людях!
— Я передал тебе слова моего господина. Остальное решайте сами. Я приду за ответом завтра, — с этими словами Шарби продолжил идти в том же направлении, но затем свернул в переулок.
Через несколько шагов на его плечо легла тяжелая рука: