— Ну… Допустим, на раздевание!
Шарби фыркнул, глядя на совершенно голую женщину.
— Я оденусь.
— Тогда и я — тоже, — ответил Шарби и побежал к себе.
Он ходил по дому в трусах и майке, поэтому надел рубашку, штаны и носки. Когда он вернулся, Балора еще одевалась.
— Ну что, в «перекидного»? — спросила Менса.
— Ага, — ответила Балора. — Шарби, ты правила знаешь?
— Знаю, — ответил мальчик и сел рядом с Менсой.
Нет, шулером он не был. Но, прожив полгода в воровском притоне, нельзя не научиться некоторым приемам… Конечно, на деньги он бы не стал обжуливать своих, но если играть просто так, почему бы и нет? Через полчаса он довольно смотрел, как Балора снимает с себя трусы. Менса лишилась одежды еще раньше.
— Будете знать, как со мною играть! — гордо провозгласил мальчик.
— Ладно, будем теперь играть по моим правилам! — ответила Балора.
— А как это?
— А так!
Она быстро опрокинула его на спину и ловким движением спустила штаны вместе с трусами.
— А то поди-ка не знаешь, чем мужчина от женщины отличается и зачем тебе то, что между ног!
— Да нет, знаю! — возразил Шарби. — Видел я раза два, как надсмотрщики рабыню насиловали!
Балора ойкнула и отпрянула от него.
— Я, наверное, дура, да? — с какой-то странной интонацией спросила она.
— Дура, как есть, — ответила Менса. — В общем, так. Кончай к ребенку приставать. Вот как он к тебе начнет — тогда пожалуйста! А ты, Шарби, не думай, когда люди нравятся друг другу, они от этого получают удовольствие. Ты еще не вырос, когда поймешь, что хочешь этого — просто скажи. Мы поймем. А пока — все на этом! Поняла, Балора?
— Поняла…
Шарби задумался. Понятно, чем и почему она с Калши занималась… Он прислушался к себе, но никакого особого чувства не нашел. Наверное, надо еще подрасти.
— Спасибо, — искренне сказал он, — с вами так хорошо!
— А будет еще лучше! — по-прежнему легкомысленно ответила Балора. — Вот увидишь через несколько лет!
— А мы будем еще в карты играть?
— Сколько угодно! Вчетвером еще лучше играть, чем втроем!
Шарби улыбнулся и вышел из комнаты: теперь нужно придумать отговорку, чтобы не ужинать. Кража — дело серьезное, нечего им обо всем рассказывать…
Дела шли нормально. Шарби дважды участвовал во взломах, не как мальчик-помощник, а как настоящий взломщик. Его умение открывать замки было отмечено, и он обогатился на полсотни ауров — по-настоящему хорошая доля. И в зельеварении он дошел уже до окончательной варки «вспышки». Теперь его действия были довольно однообразными: взять немного подготовленных ингредиентов, уколоть палец иглой, капнув в котелок каплю крови, немного поварить, взять ампулу, наполнить ее получившейся жидкостью, запечатать ее, пойти вниз и попробовать разбить деревянный щит. Один раз у него получилось, но он не смог это повторить. На следующий день Свева заметила, что пальцы у Шарби все в красных точках. Он не стал запираться и рассказал все, чем привел женщин в ужас. Балора ухватила его за другую руку и чуть ли не силой потащила в главный зал. Там она обратилась к старому волшебнику, Мастеру Гейворину.
Старик одним движением руки излечил мальчика и велел ему приходить после каждых нескольких уколов.
— Возможно, именно боль отвлекает тебя и поэтому тебе не получается повторить лучший результат, — сказал он Шарби.
Похоже, он был прав, потому что через полчаса у Шарби оказалось столько «вспышки», сколько было свободных ампул. Для дальнейшей работы пришлось отвлечься и наделать еще ампул, чем он и занялся с утра. Он так был занят, что не обращал внимания ни на что, пока его не отвлек громкий женский визг из коридора. Шарби схватил «вспышку» со стола, сунул еще теплую ампулу в рот и выскочил в коридор — убивать, если понадобится.
В прихожей он столкнулся нос к носу с Мастер-Лордом, за спиной которого стоял громадный черный пес. Даже в сказках не было ничего подобного. Его нос был на уровне глаз мальчика, а глаза горели красным огнем.
— Ничего себе, — растерянно проговорил Шарби.
Пес вдруг сделал быстрый шаг и смачно лизнул не успевшего среагировать Шарби прямо в лицо. Большой, слюнявый и чуть шершавый язык умыл ему все лицо, от подбородка до лба. Совершив эту диверсию, пес тоненько взвизгнул, что совершенно не подходило его внешнему виду, и убрался назад, за Мастер-Лорда.
— Вот это да! — выдохнула Свева.
— Боится, глупышка, — ласково сказал Мастер-Лорд.
— Что это за чудище? — дрожащим голосом спросила Менса. Похоже, визжала именно она.
— Да вот, щенок к нам на обратном пути прибился. Мать погибла, наверное. А он самостоятельно жить еще не может.