— Мы с ними не воюем, — объяснил Гудон. — В добавок это Верхний Суак. Здесь никаких боев не допускается. На самом-то деле, для молодых воинов Белого Волка не такое уж неслыханное дело взять мужа или жену из клана Совы. — Говоря эти слова, он нашел время улыбнуться и помахать рукой ехавшей в противоположном направлении особенно гибкой четтке с изображенным на пончо отчетливым рисунком совы. Та улыбнулась и помахала ему в ответ.
— Четтка может выходить замуж, за кого хочет?
— Верно. Воительница также может выбирать, членом какого клана ей быть после брака. Иногда, во избежание стычек, двое воинов из разных кланов могут пожениться и присоединиться к третьему, нейтральному клану.
— Я думала, ваши кланы были основаны на семьях.
— Они и сейчас на них основываются, по большей части, но клановая традиция и история поважнее любой родословной.
Рисунок последнего стана, мимо которого они проехали, состоял из трех волнистых линий.
— Клан Реки? — предположила Дженроза.
— Клан Океана, — покачал головой Гудон.
— Океанов Травы?
— Нет.
— Это странно, не правда ли? Ваш народ принадлежит степи, а не морю.
— Сейчас да, но самые древние наши предания как раз о море. Мы много веков назад пришли из-за моря.
— Какого моря?
— Разделяющего.
— Вы прибыли из Дальнего Королевства?
— Кто может сказать, что правда, а что миф в тех древних преданиях?
— А они враг или союзник вашего клана?
— Союзник, с самых недавних пор. Они были первым кланом, побежденным отцом Кориганы в ходе войны за объединение всех кланов под его началом. С тех пор они всегда оставались преданными.
Что-то в голосе Гудона заставило Дженрозу гадать, действительно ли он считает, что клан Океана всегда оставался верным союзником. Но прежде, чем она смогла задать еще какие-либо вопросы, они уже ехали меж высоких стреловников, и их кобылы, которые наконец почуяли воду сквозь наполнявший всю округу запах скота, ускорили шаг. По мере продвижения деревья становились все гуще, а любое свободное пространство между ними занимали высокие кусты. Тропу теперь стали пересекать тени ветвей и листьев.
Первым увиденным ими намеком на Суак был проблеск лазури, сверкающей сквозь зелень. Когда они подъехали ближе, стреловники начали редеть, сменяясь пальмами и папоротниками. Во все стороны брызнули птицы с ярким оперением. Начали появляться постоянные дома из глиняных кирпичей, построенные наподобие тех, которые Дженроза видела в Суаке Странников.
— А какому клану принадлежит этот суак?
— Никакому. Те, кто постоянно здесь живет, не похожи на других четтов. Они не держат никакого своего скота.
— Тогда чем же они живут?
— Получают десятину от наведывающихся зимой кланов и имеют кое-какую прибыль от торговли. Травы для выпечки хлеба у них в избытке, здешние деревья дают самые сочные плоды, а в озере полно рыбы. По сравнению с той жизнью, какой живет большинство четтов, здесь живется легко.
Они достигли берега озера и спешились. Их окружили улыбающиеся дети, которые взяли у них поводья лошадей и увели их на водопой. А вокруг Кориганы собрались взрослые, по большей части с глиняными блюдами, заваленными едой. Дженроза наблюдала за тем, как Коригана старательно взяла и съела что-нибудь с каждого блюда.
Когда королева касалась блюда, его владелец дотрагивался до ее руки или на мгновение накрывал ее своей.
— Они приветствуют ее на свой лад, — пояснил Дженрозе Гудон. — Деля с ними еду, она обязуется защищать их.
— Они проделывают это со всеми предводителями кланов?
Гудон кивнул.
— Поэтому у них нет врагов, и все кланы знают, что никакой другой клан не может забрать суак и не пускать их туда зимой.
Когда Коригана закончила, местные затянули песню, протяжное завывание, которое волнообразно подымалось и опускалось.
— Похоже, они очень довольны этим, — заметила Дженроза.
— Верно. Потому что однажды настал год, когда отец Кориганы не принял еду, — голос Гудона сделался мрачным.
— Он забрал у этих людей суак?
— Не в смысле прямого захвата — но отказавшись защищать его, он бросил вызов всем кланам, которые не заключили с ним союз. Вызов, который они не могли оставить без внимания. В ту зиму произошла самая большая и самая страшная битва нашей гражданской войны. Пало много воинов.
— И что произошло?
— Отец Кориганы стал королем, — просто ответил Гудон.
— Значит всякий, кто против Кориганы, может сделать то же самое?
— Только если его поддержит достаточно много кланов.