Гудон обдумал предложение.
— У тебя есть какие-то мысли насчет того, кто бы это мог быть?
— Уверен, у тебя какие-нибудь найдутся, — сказал Эйджер и добавил: — Думаю, тебе не придется искать далеко.
ГЛАВА 11
Ариве было холодно у себя в опочивальне. В камине пылал огонь, через восточное окно лился утренний свет, но она все равно мерзла. Камеристки уложили ей волосы, затем одели ее. Когда закончили с платьем, были надеты также кольца и тиара, а также венок из звездовок — единственных цветов, которые цвели зимой. И, наконец, камеристки осторожно повесили королеве на шею Ключ Скипетра и Ключ Меча. Кто-то постучался, и дверь медленно открылась. В проеме появилось лицо Харнана Бересарда.
— Ваше величество?
— Можешь войти, Харнан. Я закончила одеваться.
Он сделал несколько шагов в опочивальню и охнул, глядя на нее.
— Ваше величество! Вы… — Он несколько раз открыл и закрыл рот, но так и не смог произнести ни слова.
Арива повернулась к секретарю. Ее платье — слои бело-золотистой шерсти — прошуршало по деревянному полу. Харнан пораженно покачал головой. Если бы зима могла быть воплощена, подумалось ему, она выглядела бы, как его королева. Высокая и бледная, суровая, болезненно прекрасная. Вся, кроме глаз, взгляд которых блуждал.
— Что случилось? — спросил он.
Арива кивнула камеристкам, и те поспешили удалиться.
— Я правильно поступаю? — спросила она.
Харнан моргнул. Он никак не ожидал, что королева огласит подобный вопрос.
— Ваше величество?
— Выходя замуж за Сендаруса. Это правильный поступок?
Харнан беспомощно развел руками.
— Весь Гренда-Лир в восторге. Все рады за вас. Безумно рады.
Арива выглядела разочарованной, но кивнула. Харнан покраснел, понимая, что ответил как-то не так, но он не знал, какой ответ будет «тем».
— Чего ты хотел?
— Уведомить вас, что прибыл король Марин.
— А… Хорошо.
— Он хотел узнать, не пожелаете ли вы принять его сразу же.
— Пусть сперва поздоровается с сыном, — покачала головой Арива. — Они несколько месяцев не виделись друг с другом. А у меня и после свадьбы будет много случаев поговорить с королем… с моим свекром. — Она сглотнула.
— Как пожелаете. — Харнан поклонился и двинулся к выходу, но заколебался. У него возникло невольное ощущение, что ее не следует оставлять одну.
— Есть что-то еще? — невыразительно спросила Арива.
— Нет, ваше величество. — Он снова поклонился и направился к двери. Та открылась прежде, чем он добрался до нее, и в опочивальню вошел Олио. Харнан встретил его появление неслышным вздохом облегчения.
— Д-доброе утро, сестра, — весело поздоровался Олио.
— Я правильно поступаю? — сразу же спросила она и у него.
Олио бросил взгляд на Хариана; секретарь поднял брови, но ничего не сказал, а затем вышел.
— В чем?
— Не валяй дурака, — резко сказала она, а затем закрыла глаза. — Извини.
— Ты любишь Сендаруса? — осторожно спросил Олио.
— Всем сердцем.
— Значит, ты волнуешься о королевстве.
— Я его королева, — кивнула Арива.
— Но ты еще и женщина. Никакое королевство не требует, чтобы его правительница сохраняла целомудрие. — И он улыбнулся своему выбору слов, отлично зная, что с целомудрием как раз сложностей не возникало. — Или безбрачие.
— Но замужество не с кем-либо из Двадцати Домов?
— Наша мать тоже вышла не за кого-то из Двад… — Олио со стуком закрыл рот и мысленно обругал себя.
— И произвела на свет Линана.
— Но ты-то в-выходишь не за простолюдина, — возразил Олио. — Ты выходишь замуж за принца.
— И вступая в брак, заключаю союз.
— Невозможно з-заключать союз с покоренной п-провинцией.
— Выходя замуж за Сендаруса, я поднимаю Аман с колен. Ему больше не нужно преклоняться перед Кендрой.
— М-может, это не так уж и плохо.
Арива посмотрела на него с чем-то, похожим на отчаяние.
— Ты это серьезно?
— Да, если Гренда-Лир хочет быть чем-то большим, чем Кендра.
— Хотелось бы верить. Но я все гадаю: а не выдумываю ли я всяческие оправдания моей любви к Сендарусу?
— М-могущество Двадцати Домов д-должно быть снижено. А привнесение новой королевской крови поможет это сделать. — Его слова, похоже, не убедили Ариву. Он подошел к ней и взял ее руки в свои; они оказались удивительно холодными на ощупь. — Хоть я и не думаю, что на Тиире есть кто-то, равный тебе, Сендарус, подозреваю, к этому ближе всех. Ваш союз усилит королевство, уж в этом-то я уверен.