Выбрать главу

— Который час, брат Антикус?

— Ранний, отец. — Послушник глядел на Поула ошалелыми глазами.

— Брат, что случилось?

— Примас Нортем.

— С его милостью что-то случилось? — нахмурился Поул.

Антикус схватил было Поула за руку, но тот убрал ее.

— Пожалуйста, брат, скажите же, что случилось.

— Вы должны пойти взглянуть, отец. Вы должны пойти взглянуть. — На этот раз Поул позволил Антикусу взять его руку и дал увлечь себя босиком по холодному каменному полу коридора к покоям Нортема.

Нортем лежал в постели, уставясь в потолок широко раскрытыми и слегка выпученными глазами, словно перед ним вдруг предстало видение бога. Поул подошел к телу и дотронулся пальцем чуть ниже шеи. Пульса не было. Тело уже порядком остыло, но еще не сделалось совершенно холодным.

— Брат Антикус, я хочу, чтобы вы привели отца Роуна. Никому больше не говорите о том, что увидели, но сейчас же приведите отца Роуна.

Брат Антикус бросился выполнять, дыхание его уже прерывалось рыданиями. Дожидаясь его возвращения, Поул придал примасу достойный вид — одернул ночную рубашку, закрыл глаза, сложил руки крестом на груди. Он не знал, сколько у него времени, и поэтому поискал в комнате лишь поверхностно. Услышав приближающиеся шаги двух человек, он выпрямился и склонил голову в молитве.

— О боже, нет, — раздался у него за спиной голос отца Роуна.

— Заходите, — пригласил Поул, взмахом руки предлагая священнику и Антикусу войти в комнату. — Закройте за собой дверь, — приказал он. Антикус так и сделал.

Отец Роун тоже проверил пульс. Не почувствовав его, он в ужасе повернулся к Поулу.

— Вы… вы…

— Я что, отец? — спросил, задержав дыхание, Поул.

— Вы знаете, кого… — Роун съежился под нахмуренным взглядом Поула. — …Я хочу сказать, вы знаете, какое это слово?

— Слово?

— Примас Нортем передал вам…

— А, имя Божье, — закончил за него Поул и снова задышал.

— Да, да! — со сжавшимся от напряжения лицом подтвердил Роун.

— Конечно, передал, — не моргнув, соврал Поул. — Думаете, Нортем забыл бы про такое?

Роун облегченно вздохнул. Лицо его, казалось, расправилось до своего нормального состояния.

— Вы должны разбудить братию, — велел Антикусу Поул. — Не сообщайте им новость. Велите всем собраться в королевской часовне.

Антикус поспешил выполнять распоряжение.

— Вы сами сообщите им новость? — спросил Роун.

— Нет, отец, ее сообщите вы.

— Я? Почему я?

— Потому что мой первый долг как преемника примаса — это уведомить королеву и ее канцлера. Я займусь этим сейчас же. И мой долг также избрать нового секретаря на мое прежнее место. Я избираю вас, отец Роун. А теперь ступайте и исполните свой долг.

Отец Роун поклонился в знак благодарности и признания восхождения Поула на более высокий пост. Когда он снова поднял голову, на лице его появилась полуулыбка.

— Я исполню свой долг.

— Знаю. А теперь я должен исполнить свой.

Оркид поднял голову, оторвав взгляд от бумаг на столе, и увидел стоящую в дверях его кабинета королеву. И встал так быстро, что рассыпал по полу стопку документов.

— Ваше величество! Я вас не ожидал…

— Это было вчера, канцлер? Или днем раньше?

Оркид пытался подобрать бумаги и сообразить, к чему именно клонит королева. Двое секретарей ползали на четвереньках, тоже собирая бумаги, и пригоршнями передавая их канцлеру.

— Мне интересно, как вы завязали разговор на эту тему? Наверное, сказали что-то о том, как холодно в это время года в Хьюме?

И Оркид понял. Он выпрямился, тогда как секретари по-прежнему ползали по полу около него.

— Вы на меня сердитесь.

— Конечно же, чертовски сержусь, — сказала она без малейшего раздражения в голосе. — Об этом вам следовало в первую очередь поговорить со мной.

— Вы бы ответили отказом.

— Такова моя прерогатива. Вы бы убедили меня своими доводами.

— В конечном итоге, возможно, и убедил бы. Но таким способом было быстрее.

— Этот способ вам не подходит.

— Мой долг подавать вам самые наилучшие советы и добиваться, чтобы ваши пожелания исполнялись, — развел руками Оркид. — Поговорить с Олио для того, чтобы он мог убедить вас, было кратчайшим путем, который я выбрал для достижения обеих целей.

Арива круто повернулась и ушла. Оркид не был уверен, как ему следует поступить — последовать за ней или остаться. Он посмотрел на беспорядок у себя на полу и решил, что принесет больше пользы подальше от своего кабинета.